Семенова Н.Б. Современные представления о роли социальных факторов в развитии интернет-зависимого поведения у детей и подростков (по материалам зарубежных исследований)

Введение

Чрез­мер­ное исполь­зо­ва­ние интер­не­та сре­ди детей и под­рост­ков пред­став­ля­ет серьез­ную про­бле­му для обще­ствен­но­го здра­во­охра­не­ния, одна­ко фак­то­ры вли­я­ния и меха­низ­мы фор­ми­ро­ва­ния интер­нет-зави­си­мо­сти (ИЗ) оста­ют­ся в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни неизвестными. 

До сих пор не суще­ству­ет фор­ма­ли­зо­ван­ной номен­кла­ту­ры для обо­зна­че­ния ИЗ [Pontes, 2015], хотя боль­шин­ство иссле­до­ва­те­лей схо­дят­ся во мне­нии, что дан­ное рас­строй­ство отно­сит­ся к сфе­ре пове­ден­че­ских нару­ше­ний и харак­те­ри­зу­ет­ся «чрез­мер­ной оза­бо­чен­но­стью или пло­хо кон­тро­ли­ру­е­мым пове­де­ни­ем, направ­лен­ным на воз­мож­ность исполь­зо­ва­ния интер­не­та, при­во­дя­щим к ухуд­ше­нию обще­го состо­я­ния или дис­трес­су» [LaRose, 2001, с. 353].

На сего­дняш­ний день суще­ству­ет несколь­ко тео­ре­ти­че­ских моде­лей, объ­яс­ня­ю­щих фор­ми­ро­ва­ние пато­ло­ги­че­ско­го исполь­зо­ва­ния интернета. 

Соци­аль­но-когни­тив­ная модель исполь­зо­ва­ния и удо­вле­тво­ре­ния Р. ЛаРо­уз (R. LaRose) объ­яс­ня­ет ИЗ как удо­вле­тво­ре­ние лич­ной потреб­но­сти в само­пре­зен­та­ции на фоне бег­ства от реаль­но­сти [LaRose, 2004; LaRose, 2001]. 

Когни­тив­но-пове­ден­че­ская модель Р. Дэви­са [Davis, 2002] рас­смат­ри­ва­ет ИЗ как след­ствие опе­рант­ной обу­слов­лен­но­сти (или вли­я­ния слу­чай­но полу­чен­но­го сти­му­ла на изме­не­ние даль­ней­ше­го пове­де­ния), при кото­рой зави­си­мое пове­де­ние раз­ви­ва­ет­ся в ответ на поло­жи­тель­ное подкрепление. 

Ком­по­нент­ная модель М. Гриф­фит­са [Griffiths, 2005; Kuss, 2014] трак­ту­ет ИЗ как рас­строй­ство при­вы­ка­ния, меха­низм кото­ро­го вклю­ча­ет шесть основ­ных ком­по­нен­тов: зна­чи­мость сти­му­ла, изме­не­ние настро­е­ния, толе­рант­ность, симп­то­мы абсти­нен­ции, кон­флик­ты и рецидивы.

С точ­ки зре­ния выше­пе­ре­чис­лен­ных моде­лей чрез­мер­ное исполь­зо­ва­ние интер­не­та рас­смат­ри­ва­ет­ся пре­иму­ще­ствен­но в кон­тек­сте инди­ви­ду­аль­ных фак­то­ров риска. 

Одна­ко меха­низ­мы фор­ми­ро­ва­ния ИЗ более слож­ны и раз­но­об­раз­ны. Поэто­му в насто­я­щее вре­мя обще­при­знан­ной счи­та­ет­ся био­пси­хо­со­ци­аль­ная модель, кото­рая рас­смат­ри­ва­ет пато­ло­ги­че­ское исполь­зо­ва­ние интер­не­та как рас­строй­ство при­вы­ка­ния и объ­яс­ня­ет его раз­ви­тие как след­ствие соче­тан­но­го вза­и­мо­дей­ствия био­ло­ги­че­ских [1; 33; 43; 46], пси­хо­ло­ги­че­ских [Ayas, 2013; Kim, 2009; Kuss, 2014а; Müller, 2013] и соци­аль­ных [Ko, 2015; Wu, 2016] факторов.

Зна­че­ние соци­аль­ных фак­то­ров в фор­ми­ро­ва­нии зави­си­мо­го пове­де­ния у детей и под­рост­ков бес­спор­но, одна­ко под­чер­ки­ва­ет­ся край­няя огра­ни­чен­ность дан­но­го рода иссле­до­ва­ний [Bonnaire, 2017; Bussone, 2020]. 

До сих пор не выяв­ле­ны мно­гие меха­низ­мы, объ­яс­ня­ю­щие вклад семей­ных и школь­ных фак­то­ров в раз­ви­тие ИЗ. 

Оста­ет­ся откры­тым вопрос о том, поче­му при нали­чии оди­на­ко­вых усло­вий вос­пи­та­ния у одних под­рост­ков раз­ви­ва­ет­ся ИЗ, а у дру­гих — нет. Поэто­му изу­че­ние соци­аль­ных фак­то­ров, их роли в фор­ми­ро­ва­нии ИЗ явля­ет­ся акту­аль­ной про­бле­мой и при­вле­ка­ет все боль­шее вни­ма­ние иссле­до­ва­те­лей [Zhai, 2019].

Цель иссле­до­ва­ния. Про­ана­ли­зи­ро­вать име­ю­щи­е­ся к насто­я­ще­му вре­ме­ни дан­ные о соци­аль­ных фак­то­рах рис­ка и их вли­я­нии на фор­ми­ро­ва­ние интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния у под­рост­ков. Опре­де­лить воз­мож­ные пер­спек­ти­вы даль­ней­ших иссле­до­ва­ний в этой области.

Роль семейных факторов

Семья счи­та­ет­ся одним из глав­ных соци­аль­ных фак­то­ров, участ­ву­ю­щих в фор­ми­ро­ва­нии пси­хи­че­ско­го здо­ро­вья детей и опре­де­ля­ю­щих их даль­ней­шую модель поведения. 

Что каса­ет­ся роли семей­ных фак­то­ров, то в насто­я­щее вре­мя дока­за­но вли­я­ние на фор­ми­ро­ва­ние ИЗ низ­ко­го соци­аль­но-эко­но­ми­че­ско­го ста­ту­са семьи, в том чис­ле бед­но­сти [7; 9; 40], низ­ко­го обра­зо­ва­тель­но­го уров­ня роди­те­лей [Tian, 2019], про­жи­ва­ния в бед­ном рай­оне [Ševčíková, 2020]. 

Отме­че­но, что в бед­ных рай­о­нах име­ют­ся широ­кий доступ к ком­пью­тер­ным кафе и агрес­сив­ное воз­дей­ствие рекла­мы, кото­рые про­во­ци­ру­ют и под­дер­жи­ва­ют инте­рес к раз­но­об­раз­но­му онлайн-кон­тен­ту [Chung, 2019].

Важ­ное зна­че­ние в фор­ми­ро­ва­нии ИЗ игра­ет состо­я­ние здо­ро­вья семьи. Пока­за­но, что нали­чие в семье близ­ких род­ствен­ни­ков, стра­да­ю­щих пси­хи­че­ски­ми забо­ле­ва­ни­я­ми, таки­ми как аффек­тив­ные рас­строй­ства или депрес­сия [27], алко­голь­ная или нар­ко­ти­че­ская зави­си­мость, суще­ствен­но уве­ли­чи­ва­ет риск ИЗ у детей и под­рост­ков [Ko, 2015].

Боль­шое вли­я­ние на фор­ми­ро­ва­ние зави­си­мо­го пове­де­ния ока­зы­ва­ет пси­хо­ло­ги­че­ское небла­го­по­лу­чие семьи и такие его состав­ля­ю­щие, как состав и чис­лен­ность семьи, каче­ство семей­ных отношений. 

В целом ряде иссле­до­ва­ний пока­за­но, что чрез­мер­ное исполь­зо­ва­ние интер­не­та чаще встре­ча­ет­ся у под­рост­ков, вос­пи­ты­ва­ю­щих­ся в непол­ных семьях, в семьях с нали­чи­ем внут­ри­се­мей­ных кон­флик­тов и низ­кой спло­чен­но­стью [6; 9; 27; 40; 49; 50]. 

Сре­ди семей­ных фак­то­ров наи­бо­лее важ­ны­ми явля­ют­ся каче­ство дет­ско-роди­тель­ских отно­ше­ний и сте­пень эмо­ци­о­наль­но­го кон­так­та [4; 17; 41]. 

В бла­го­по­луч­ных семьях фор­ми­ро­ва­ние пси­хи­че­ско­го здо­ро­вья опре­де­ля­ет­ся балан­сом меж­ду эмо­ци­о­наль­ной теп­ло­той, любо­вью и забо­той и адек­ват­ным роди­тель­ским кон­тро­лем, обес­пе­чи­ва­ю­щим усво­е­ние соци­аль­ных норм и пра­вил соци­аль­но­го вза­и­мо­дей­ствия [Faltýnková, 2020]. 

В небла­го­по­луч­ных семьях, где при­сут­ству­ют жесто­кость и наси­лие, отсут­ству­ет эмо­ци­о­наль­ная под­держ­ка, риск фор­ми­ро­ва­ния ИЗ у детей доволь­но высок. Это про­ис­хо­дит как при эмо­ци­о­наль­ном отвер­же­нии (непри­ня­тие, игно­ри­ро­ва­ние), так и при индиф­фе­рент­ном отно­ше­нии (рав­но­ду­шие, холод­ное отно­ше­ние, отсут­ствие сопереживания).

Выяв­ле­но, что дефи­цит эмо­ци­о­наль­ных кон­так­тов при­во­дит к нару­ше­нию рас­по­зна­ва­ния, вер­ба­ли­за­ции и регу­ля­ции эмо­ций [Karaer, 2019]. У детей, испы­ты­ва­ю­щих эмо­ци­о­наль­ное отвер­же­ние, нару­ша­ет­ся вос­при­я­тие окру­жа­ю­ще­го мира, появ­ля­ет­ся нега­тив­но-насто­ро­жен­ное отно­ше­ние к окру­жа­ю­щим людям, что при­во­дит к труд­но­стям соци­аль­ной адап­та­ции и явля­ет­ся пре­дик­то­ром ИЗ [Kalaitzaki, 2014; Yan, 2014].

В насто­я­щее вре­мя актив­но изу­ча­ют­ся меха­низ­мы вли­я­ния небла­го­при­ят­ных семей­ных фак­то­ров на фор­ми­ро­ва­ние ИЗ у детей и под­рост­ков, таких как жесто­кое обра­ще­ние, чрез­мер­ный роди­тель­ский кон­троль, физи­че­ское или пси­хо­ло­ги­че­ское наси­лие и других. 

Так, при изу­че­нии вза­и­мо­свя­зи меж­ду жесто­ким обра­ще­ни­ем в дет­стве и зави­си­мо­стью от мобиль­ных теле­фо­нов выяв­ле­но, что у под­рост­ков, испы­тав­ших наси­лие со сто­ро­ны роди­те­лей, появ­ля­ет­ся чув­ство оди­но­че­ства, кото­рое опо­сре­ду­ет фор­ми­ро­ва­ние зави­си­мо­го пове­де­ния [Ma, 2020]. 

Эффект вли­я­ния оди­но­че­ства на фор­ми­ро­ва­ние зави­си­мо­сти силь­нее выра­жен у под­рост­ков с низ­ким само­кон­тро­лем, то есть само­кон­троль в дан­ном слу­чае рас­смат­ри­ва­ет­ся как модератор.

Дру­гие авто­ры [Bussone, 2020; Yang, 2020] объ­яс­ня­ют при­чи­ну вли­я­ния жесто­ко­го обра­ще­ния в дет­стве на пред­рас­по­ло­жен­ность к ИЗ тем фак­том, что у детей и под­рост­ков, пере­жив­ших наси­лие, в ответ на пси­хо­трав­му появ­ля­ют­ся нару­ше­ния со сто­ро­ны пси­хи­че­ско­го здо­ро­вья, в част­но­сти, депрес­сив­ные рас­строй­ства, кото­рые явля­ют­ся свя­зу­ю­щим зве­ном меж­ду пере­не­сен­ным наси­ли­ем и ИЗ. Эта связь была пока­за­на при изу­че­нии семей­но­го ана­мне­за у под­рост­ков, стра­да­ю­щих зави­си­мо­стью от интер­нет-кон­тен­та [Bussone, 2020], в том чис­ле от онлайн-игр [Yang, 2020].

Изу­че­но вли­я­ние сти­ля семей­но­го вос­пи­та­ния на чрез­мер­ное исполь­зо­ва­ние интер­не­та у под­рост­ков. Так, в одном из недав­них иссле­до­ва­ний, про­ве­ден­ных Hwang с соавт. [Hwang, 2020], была выяв­ле­на ассо­ци­а­ция меж­ду зави­си­мо­стью от онлайн-игр у под­рост­ков и отсут­стви­ем систе­мы роди­тель­ско­го воз­на­граж­де­ния. Так­же пока­за­на роль роди­тель­ско­го кон­тро­ля как фак­то­ра, вли­я­ю­ще­го на фор­ми­ро­ва­ние зави­си­мо­сти от интер­не­та [Ding, 2017] и от онлайн-игр [Lin, 2020]. 

Меха­низм воз­ник­но­ве­ния зави­си­мо­го пове­де­ния в обо­их слу­ча­ях был оди­на­ков и объ­яс­нял­ся деви­ант­ной при­над­леж­но­стью к сверст­ни­кам, кото­рая раз­ви­ва­лась вслед­ствие недо­ста­точ­но­го или избы­точ­но­го роди­тель­ско­го кон­тро­ля и ока­зы­ва­ла опо­сре­до­ван­ное вли­я­ние на фор­ми­ро­ва­ние игро­вой зависимости. 

C. Лин с соавт. (S. Lin et al.) пока­за­ли, что воз­дей­ствие эффек­та не было линей­ным, так как меха­низм вли­я­ния вклю­чал так­же пси­хо­ло­ги­че­ские пара­мет­ры, такие как само­кон­троль [Lin, 2020]. 

У под­рост­ков с доста­точ­ным уров­нем само­кон­тро­ля не про­ис­хо­ди­ла инте­гра­ция в деви­ант­ные груп­пы даже при отсут­ствии кон­тро­ля со сто­ро­ны роди­те­лей. В то вре­мя как моло­дые люди с низ­ким уров­нем само­кон­тро­ля нуж­да­лись в над­зо­ре со сто­ро­ны взрос­лых, отсут­ствие кото­ро­го пред­ска­зы­ва­ло деви­ант­ную принадлежность.

В ряде иссле­до­ва­ний, про­ве­ден­ных в Южной Корее [Jeong, 2020; Kim, 2018; Throuvala, 2019], изу­че­на роль отца в меха­низ­ме раз­ви­тия зави­си­мо­сти от онлайн-игр у подростков. 

Выяв­ле­но, что нега­тив­ный стиль обще­ния отца с ребен­ком (уни­же­ние, агрес­сия) вызы­ва­ет ответ­ное агрес­сив­ное пове­де­ние у под­рост­ка, при­во­дит к нару­ше­нию соци­а­ли­за­ции и опо­сре­ду­ет раз­ви­тие игро­вой зави­си­мо­сти [Kim, 2018]. То есть меха­низм фор­ми­ро­ва­ния ИЗ в дан­ном слу­чае вклю­ча­ет несколь­ко зве­ньев одной цепоч­ки. Ана­лиз отно­ше­ний «мать—ребенок» не пока­зал тако­го воздействия.

Дру­гие иссле­до­ва­те­ли про­де­мон­стри­ро­ва­ли, что недо­ста­точ­ное уча­стие отца в вос­пи­та­тель­ном про­цес­се пред­став­ля­ет собой не един­ствен­ную про­бле­му, а явля­ет­ся одним из ком­по­нен­тов обще­го семей­но­го неблагополучия. 

Так, M. Тру­ва­ла c соавт. (M. Throuvala et al.) обна­ру­жи­ли в таких семьях общий дефи­цит эмо­ци­о­наль­но­го теп­ла [Throuvala, 2019], а Х. Чон с соавт. (H. Jeong et al.) выяви­ли нали­чие частых кон­флик­тов [Jeong, 2020]. И в том, и в дру­гом слу­ча­ях при­сут­ство­ва­ло эмо­ци­о­наль­ное отвер­же­ние ребен­ка соб­ствен­ным отцом либо недо­ста­точ­ное уча­стие отца в про­цес­се вос­пи­та­ния. Как след­ствие игно­ри­ро­ва­ния у детей фор­ми­ро­ва­лась низ­кая само­оцен­ка, кото­рая была одним из зве­ньев в меха­низ­ме фор­ми­ро­ва­ния зави­си­мо­го поведения. 

Авто­ры при­шли к еди­но­му мне­нию о том, что отцам сле­ду­ет при­ла­гать боль­ше уси­лий для улуч­ше­ния навы­ков откры­то­го и пози­тив­но­го обще­ния со сво­и­ми детьми.

По мере взрос­ле­ния эффект воз­дей­ствия семей­но­го окру­же­ния на зави­си­мое пове­де­ние детей и под­рост­ков сни­жа­ет­ся, и на пер­вый план выхо­дит вли­я­ние под­рост­ко­вой среды. 

Это было под­твер­жде­но в одном из иссле­до­ва­ний, про­ве­ден­ном в Испа­нии Л. Баде­нес-Рибе­рой (L. Badenes-Ribera et al.) при изу­че­нии ассо­ци­а­ции зави­си­мо­сти от соци­аль­ных сетей (Facebook¹) с роди­тель­ской при­вя­зан­но­стью у под­рост­ков 11—17 лет [3].

В млад­шем под­рост­ко­вом воз­расте отно­ше­ния с роди­те­ля­ми игра­ют зна­чи­тель­ную роль, и нару­ше­ния дет­ско-роди­тель­ских отно­ше­ний (игно­ри­ро­ва­ние, непри­ня­тие, кон­фликт) уве­ли­чи­ва­ют риск зави­си­мо­сти от соци­аль­ных сетей. В то вре­мя как для стар­ших под­рост­ков на пер­вый план выхо­дят отно­ше­ния со сверст­ни­ка­ми, и нару­ше­ние имен­но это­го вида отно­ше­ний уве­ли­чи­ва­ет риск фор­ми­ро­ва­ния зависимости. 

Дан­ное иссле­до­ва­ние демон­стри­ру­ет, что в соот­вет­ствии с зако­на­ми воз­раст­ной пси­хо­ло­гии вли­я­ние роди­те­лей и сверст­ни­ков при­об­ре­та­ет раз­ную силу в млад­ших и стар­ших воз­раст­ных груп­пах подростков.

Вли­я­ние семьи может высту­пать как в роли фак­то­ра рис­ка, так и защит­но­го фак­то­ра. Уста­нов­ле­но, что семей­ная спло­чен­ность, пози­тив­ные внут­ри­се­мей­ные отно­ше­ния, хоро­шие отно­ше­ния под­рост­ка с роди­те­ля­ми, отсут­ствие семей­ных кон­флик­тов и адек­ват­ный роди­тель­ский кон­троль обес­пе­чи­ва­ют защи­ту от фор­ми­ро­ва­ния онлайн-зави­си­мо­сти [Hwang, 2020; Wartberg, 2015]. 

В одном из послед­них иссле­до­ва­ний, про­ве­ден­ном в Китае [Zhai, 2019], на при­ме­ре вли­я­ния вик­ти­ми­за­ции на фор­ми­ро­ва­ние ИЗ была дока­за­на защит­ная функ­ция семьи. Авто­ры рас­кры­ли двой­ной меха­низм этой свя­зи, пока­зав, что связь меж­ду вик­ти­ми­за­ци­ей и ИЗ частич­но опо­сре­ду­ет­ся деви­ант­ным пове­де­ни­ем подростка. 

При этом у под­рост­ков из бла­го­по­луч­ных семей эта связь была сла­бее, вслед­ствие чего авто­ры при­шли к выво­ду о том, что под­держ­ка со сто­ро­ны близ­ко­го семей­но­го окру­же­ния явля­ет­ся моде­ра­то­ром меж­ду вик­ти­ми­за­ци­ей и деви­ант­ным поведением.

Таким обра­зом, каче­ство семей­ных отно­ше­ний, спло­чен­ность семьи и эмо­ци­о­наль­ный кон­такт ока­зы­ва­ют суще­ствен­ное вли­я­ние на часто­ту исполь­зо­ва­ния интер­не­та у детей и подростков.

Влияние школьных факторов

Вли­я­ние школь­ных фак­то­ров в появ­ле­нии ИЗ у под­рост­ков изу­че­но в мень­шей сте­пе­ни. Извест­но, что к основ­ным школь­ным фак­то­рам, вли­я­ю­щим на фор­ми­ро­ва­ние здо­ро­вья детей и под­рост­ков, отно­сит­ся школь­ный кли­мат, кото­рый скла­ды­ва­ет­ся из мно­гих состав­ля­ю­щих — спло­чен­но­сти или раз­об­щен­но­сти класс­но­го кол­лек­ти­ва, доб­ро­же­ла­тель­но­сти или враж­деб­но­сти педа­го­ги­че­ско­го соста­ва и так далее. 

Пози­тив­ный школь­ный кли­мат вклю­ча­ет нор­мы и цен­но­сти, кото­рые созда­ют и под­дер­жи­ва­ют чув­ство физи­че­ской, эмо­ци­о­наль­ной и соци­аль­ной без­опас­но­сти, спо­соб­ству­ют лич­ност­но­му раз­ви­тию учащихся.

Недав­ние про­спек­тив­ные иссле­до­ва­ния, про­ве­ден­ные Ю. Лью с соавт. (Y. Liu et al.), пока­за­ли, что бла­го­при­ят­ный школь­ный кли­мат спо­соб­ству­ет груп­по­вой спло­чен­но­сти и раз­ви­ва­ет чув­ство при­над­леж­но­сти к сверст­ни­кам [Liu, 2020]. Это игра­ет важ­ную роль в фор­ми­ро­ва­нии пси­хо­ло­ги­че­ской без­опас­но­сти и в конеч­ном ито­ге сни­жа­ет риск ИЗ у подростков.

Нега­тив­ный школь­ный кли­мат при­во­дит к про­ти­во­по­лож­ным резуль­та­там и часто ассо­ци­и­ро­ван с пато­ло­ги­че­ским исполь­зо­ва­ни­ем интер­не­та у уча­щих­ся [Zhai, 2020]. 

Меха­низм дан­ной ассо­ци­а­ции Б. Чжай с соавт. (B. Zhai et al.) объ­яс­ня­ют появ­ле­ни­ем симп­то­мов депрес­сии вслед­ствие груп­по­вой раз­об­щен­но­сти школь­но­го кол­лек­ти­ва, что потен­ци­ру­ет риск фор­ми­ро­ва­ния ИЗ [Zhai, 2020]. 

Так­же обна­ру­же­на связь нега­тив­но­го школь­но­го кли­ма­та [Yu, 2015] и бул­лин­га [Yang, 2020] с зави­си­мо­стью от ком­пью­тер­ных игр. C. Ю с соавт. (C. Yu et al.) обос­но­вы­ва­ют эту связь раз­ви­ти­ем чув­ства оди­но­че­ства у уча­щих­ся [Yu, 2015]. Стрем­ле­ние к ком­пью­тер­ным играм в дан­ном слу­чае более выра­же­но у под­рост­ков с низ­кой воле­вой саморегуляцией. 

Полу­чен­ные резуль­та­ты под­чер­ки­ва­ют, что раз­ви­тие эмо­ци­о­наль­ных нару­ше­ний — чув­ства оди­но­че­ства или депрес­сии — явля­ет­ся потен­ци­аль­ным свя­зу­ю­щим зве­ном меж­ду небла­го­при­ят­ным школь­ным кли­ма­том и пато­ло­ги­че­ским увле­че­ни­ем под­рост­ков интернетом.

Еще один меха­низм, объ­яс­ня­ю­щий связь меж­ду раз­об­щен­но­стью школь­но­го кол­лек­ти­ва и про­блем­ным исполь­зо­ва­ни­ем интер­не­та, был рас­крыт Д. Ли с соавт. (D. Li et al.). В их рабо­тах было пока­за­но, что низ­кая вклю­чен­ность под­рост­ков в школь­ное сооб­ще­ство спо­соб­ству­ет инте­гра­ции в дру­гую соци­аль­ную сре­ду, кото­рая часто быва­ет деви­ант­ной [Li, 2013]. Тен­ден­ция при­над­леж­но­сти к деви­ант­ной сре­де выше у под­рост­ков с низ­ким самоконтролем.

Дж. Тан c соавт. (J. Tang et al.) счи­та­ют, что вли­я­ние небла­го­при­ят­но­го школь­но­го кли­ма­та на раз­ви­тие ИЗ может быть опо­сре­до­ва­но неадап­тив­ным сти­лем совла­да­ю­ще­го пове­де­ния, кото­рый потен­ци­ру­ет эффект стрес­со­вых школь­ных собы­тий, уве­ли­чи­вая риск фор­ми­ро­ва­ния зави­си­мо­сти [Tang, 2014].

Изу­че­на роль враж­деб­но­го отно­ше­ния со сто­ро­ны педа­го­гов на уве­ли­че­ние рис­ка пато­ло­ги­че­ско­го исполь­зо­ва­ния интер­не­та [Martín-Babarro, 2018] и игро­вой зави­си­мо­сти [Yang, 2020]. 

Меха­низм этой свя­зи был рас­крыт груп­пой уче­ных из Испа­нии [Martín-Babarro, 2018], кото­рые обна­ру­жи­ли, что враж­деб­ное отно­ше­ние педа­го­га спо­соб­ству­ет фор­ми­ро­ва­нию у под­рост­ка неадап­тив­ной вре­мен­ной пер­спек­ти­вы и фата­ли­сти­че­ско­го отно­ше­ния к будущему. 

В то же вре­мя доб­ро­же­ла­тель­ное отно­ше­ние со сто­ро­ны педа­го­гов в соче­та­нии с под­держ­кой авто­но­мии у уча­щих­ся явля­ют­ся важ­ны­ми защит­ны­ми фак­то­ра­ми от игро­вой зави­си­мо­сти, а удо­вле­тво­ре­ние основ­ных пси­хо­ло­ги­че­ских потреб­но­стей и уча­стие шко­лы явля­ют­ся основ­ны­ми посред­ни­ка­ми в этой ассо­ци­а­ции [Yu, 2019]. 

Авто­ры при­шли к выво­ду, что для предот­вра­ще­ния ИЗ необ­хо­ди­мо повы­шать само­оцен­ку и уве­рен­ность под­рост­ка в лич­ном потен­ци­а­ле путем пози­тив­но­го вза­и­мо­дей­ствия с учи­те­ля­ми и при­зна­ния дости­же­ний уча­ще­го­ся в учеб­ном процессе.

Низ­кая ака­де­ми­че­ская успе­ва­е­мость так­же ассо­ци­и­ро­ва­на с ИЗ, в част­но­сти, с зави­си­мо­стью от ком­пью­тер­ных игр. Одна­ко низ­кая успе­ва­е­мость — это не един­ствен­ная про­бле­ма у зави­си­мых подростков. 

В иссле­до­ва­ни­ях, про­ве­ден­ных евро­пей­ски­ми уче­ны­ми [6; 48], было выяв­ле­но, что у таких под­рост­ков так­же отме­ча­ют­ся про­бле­мы в семье, они несут бре­мя пси­хо­па­то­ло­ги­че­ских про­блем, у них фор­ми­ру­ют­ся такие осо­бен­но­сти харак­те­ра, как сен­си­тив­ность и неуве­рен­ность, отме­ча­ют­ся нару­ше­ния в сфе­ре меж­лич­ност­ных вза­и­мо­от­но­ше­ний, отсут­ствие друзей. 

Все это сви­де­тель­ству­ет о мно­же­ствен­ных фак­то­рах рис­ка, кото­рые при­во­дят к зави­си­мо­сти от интер­не­та у под­рост­ков, и мно­го­чис­лен­ных про­бле­мах, кото­рые ее сопровождают.

Заключение

Таким обра­зом, семья и шко­ла явля­ют­ся важ­ны­ми фак­то­ра­ми, опре­де­ля­ю­щи­ми пси­хи­че­ское здо­ро­вье и успеш­ность соци­а­ли­за­ции детей и под­рост­ков. Соци­аль­ная сре­да, каче­ство семей­ных отно­ше­ний и школь­ное окру­же­ние ока­зы­ва­ют суще­ствен­ное вли­я­ние на фор­ми­ро­ва­ние ИЗ у моло­дых людей. 

Это вли­я­ние опо­сре­ду­ет­ся через раз­ви­тие опре­де­лен­ных черт харак­те­ра, кото­рые либо спо­соб­ству­ют усво­е­нию соци­аль­ных норм и пра­вил, либо про­во­ци­ру­ют зави­си­мое поведение. 

Даль­ней­шее изу­че­ние меха­низ­мов вли­я­ния семей­ных и школь­ных фак­то­ров явля­ет­ся акту­аль­ным направ­ле­ни­ем с точ­ки зре­ния раз­ра­бот­ки мер про­фи­лак­ти­ки интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния и свое­вре­мен­но­го вмешательства.

В то же вре­мя соци­аль­ные фак­то­ры вли­я­ния нель­зя назвать абсо­лют­ны­ми. Нали­чие у под­рост­ков таких качеств, как высо­кий уро­вень само­кон­тро­ля и воле­вая само­ре­гу­ля­ция, обес­пе­чи­ва­ет устой­чи­вость к раз­ви­тию ИЗ. Дан­ные харак­те­ри­сти­ки, ско­рее все­го, име­ют био­ло­ги­че­скую при­ро­ду, что под­твер­жда­ет био­пси­хо­со­ци­аль­ную модель интернет-зависимости. 

Фено­мен устой­чи­во­сти явля­ет­ся чрез­вы­чай­но акту­аль­ной, но мало­изу­чен­ной обла­стью [Cousijn, 2018; Masten, 2018], что опре­де­ля­ет пер­спек­ти­вы даль­ней­ших науч­ных поис­ков, в том чис­ле и для про­бле­ма­ти­ки интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния у детей и подростков.

Финан­си­ро­ва­ние. Иссле­до­ва­ние выпол­не­но при финан­со­вой под­держ­ке Рос­сий­ско­го фон­да фун­да­мен­таль­ных иссле­до­ва­ний (РФФИ) в рам­ках науч­но­го про­ек­та № 18-29-22032\20.

Литература

1. Тере­щен­ко С.Ю., Смоль­ни­ко­ва М.В. Ней­ро­био­ло­ги­че­ские фак­то­ры рис­ка фор­ми­ро­ва­ния интер­нет-зави­си­мо­сти у под­рост­ков: акту­аль­ные гипо­те­зы и бли­жай­шие пер­спек­ти­вы // Соци­аль­ная пси­хо­ло­гия и обще­ство. 2020. Т. 11. № 1. С. 55—71. DOI:10.17759/sps.2020110104
2. Ayas T., Horzum M. Relation between depression, loneliness, self-esteem and internet addiction // Education. 2013. Vol. 133. № 3. Р. 283—290.
3. Badenes-Ribera L., Fabris M.A., Gastaldi F.G.M. et al. Parent and peer attachment as predictors of facebook addiction symptoms in different developmental stages (early adolescents and adolescents) // Addict Behav. 2019. Vol. 95. Р. 226—232. DOI:10.1016/j.addbeh.2019.05.009
4. Ballarotto G., Volpi B., Marzilli E. et al. Adolescent Internet Abuse: A Study on the Role of Attachment to Parents and Peers in a Large Community Sample // Biomed Res Int. 2018. Vol. 8:5769250. DOI:10.1155/2018/5769250
5. Blinka L., Šablatúrová N., Ševčíková A. et al. Social constraints associated with excessive internet use in adolescents: the role of family, school, peers, and neighbourhood // Int J Public Health. 2020. Vol. 65. № 8. Р. 1279—1287. DOI:10.1007/s00038-020-01462-8
6. Bonnaire C., Phan O. Negative perceptions of the risks associated with gaming in young adolescents: An exploratory study to help thinking about a prevention program // Arch. Pediatr. 2017. Vol. 24. № 7. Р. 607—617. DOI:10.1016/j.arcped.2017.04.006
7. Bonnaire C., Phan O. Relationships between parental attitudes, family functioning and Internet gaming disorder in adolescents attending school // Psychiatry Res. 2017. Vol. 255. Р. 104—110. DOI:10.1016/j.psychres.2017.05.030
8. Bussone S., Trentini C., Tambelli R. et al. Early-Life Interpersonal and Affective Risk Factors for Pathological Gaming // Front Psychiatry. 2020. Vol. 15. № 11. Р. 423. DOI:10.3389/ fpsyt.2020.00423
9. Chen H.C., Wang J.Y., Lin Y.L. et al. Association of Internet Addiction with Family Functionality, Depression, Self-Efficacy and Self-Esteem among Early Adolescents // Int J Environ Res Public Health. 2020. Vol. 17. № 23. Р. 8820. DOI:10.3390/ijerph17238820
10. Chung S., Lee J., Lee H.K. Personal Factors, Internet Characteristics, and Environmental Factors Contributing to Adolescent Internet Addiction: A Public Health Perspective // Int J Environ Res Public Health. 2019. Vol. 16. № 23. Р. 4635. DOI:10.3390/ijerph16234635
11. Cousijn J., Maartje L., Feldstein S. Adolescent resilience to addiction: a social plasticity hypothesis // Lancet Child Adolesc Health. 2018. Vol. 2. № 1. Р. 69—78. DOI:10.1016/S2352-4642(17)30148-7
12. Davis R.A., Flett G.L., Besser A. Validation of a new scale for measuring problematic internet use: implications for pre-employment screening // Cyberpsychol Behav. 2002. Vol. 5. № 4. Р. 331—345.
13. Díaz-Aguado M.J., Martín-Babarro J., Falcón L. Problematic internet use, maladaptive future time perspective and school context // Psicothema. 2018. Vol. 30. № 2. Р. 195—200. DOI:10.7334/ psicothema2017.282
14. Ding Q., Li D., Zhou Y. et al. Perceived parental monitoring and adolescent internet addiction: A moderated mediation model // Addict Behav. 2017. Vol. 74. Р. 48—54. DOI:10.1016/j. addbeh.2017.05.033
15. Faltýnková A., Blinka L., Ševčíková A. et al. The Associations between Family-Related Factors and Excessive Internet Use in Adolescents // Int J Environ Res Public Health. 2020. Vol. 17. № 5. Р. 1754. DOI:10.3390/ijerph17051754
16. Griffiths M. A “components” model of addiction within a biopsychosocial framework // Journal of Substance Use. 2005. Vol. 10. № 4. P. 191—197. DOI:10.1080/14659890500114359
17. Hwang H., Hong J., Kim S.M. et al. The correlation between family relationships and brain activity within the reward circuit in adolescents with Internet gaming disorder // Sci Rep. 2020. Vol. 10. № 1. Р. 9951. DOI:10.1038/s41598-020-66535-3
18. Jeong H., Yim H.W., Lee S.-Y. et al. A partial mediation effect of father-child attachment and self-esteem between parental marital conflict and subsequent features of internet gaming disorder in children: a 12-month follow-up study // BMC Public Health. 2020. Vol. 20. № 1. Р. 484. DOI:10.1186/s12889-020-08615-7
19. Kalaitzaki A.E., Birtchnell J. The impact of early parenting bonding on young adults’ internet addiction, through the mediation effects of negative relating to others and sadness // Addict Behav. 2014. Vol. 39. № 3. Р. 733—736. DOI:10.1016/j.addbeh.2013.12.002
20. Karaer Y., Akdemir D. Parenting styles, perceived social support and emotion regulation in adolescents with internet addiction // Compr Psychiatry. 2019. Vol. 92. Р. 22—27. DOI:10.1016/j. comppsych.2019.03.003
21. Kim E., Yim H.W., Jeong H. et al. The association between aggression and risk of Internet gaming disorder in Korean adolescents: the mediation effect of father-adolescent communication style // Epidemiol Health. 2018. Vol. 40. e2018039. DOI:10.4178/epih.e2018039
22. Kim J., LaRose R., Peng W. Loneliness as the Cause and the Effect of Problematic Internet Use: The Relationship between Internet Use and Psychological Well-Being // Cyberpsych & Behaviour. 2009. Vol. 12. № 4. Р. 451—455
23. .Kircaburun K., Griffiths M., Billieux J. Psychosocial factors mediating the relationship between childhood emotional trauma and internet gaming disorder: a pilot study // Eur J Psychotraumatol. 2019. Vol. 10. № 1. 1565031. DOI:10.1080/20008198.2018.1565031
24. Ko C.H., Wang P.W., Liu T.L. et al. Bidirectional associations between family factors and Internet addiction among adolescents in a prospective investigation // Psychiatry Clin Neurosci. 2015. Vol. 69. № 4. Р. 192—200.
25. Kuss D.J., Shorter G.W., Rooij A.J. et al. Assessing internet addiction using the parsimonious internet addiction components model — A preliminary study // International Journal of Mental Health and Addiction. 2014. Vol. 12. № 3. Р. 351—366. DOI:10.1007/s11469-013-9459-9
26. Kuss D.J., Shorter G.W., Van Rooij A.J. et al. The Internet addiction components model and personality: establishing construct validity via a nomological network // Computers in human behaviour. 2014. Vol. 39. Р. 312—321.
27. Lam L.T. Parental mental health and Internet Addiction in adolescents // Addict Behav. 2015. Vol. 42. Р. 20—23. DOI:10.1016/j.addbeh.2014.10.033
28. LaRose R., Eastin M.S. A social cognitive theory of Internet uses and gratifications: Toward a new model of media attendance // Journal of Broadcasting & Electronic Media. 2004. Vol. 48. № 3. Р. 358—377.
29. LaRose R., Mastro D., Eastin M.S. Understanding internet usage — A social-cognitive approach to uses and gratifications // Social Science Computer Review. 2001. Vol. 19. № 4. Р. 395—413.
30. Lee Y.S., Han D.H., Kim S.M. et al. Substance abuse precedes internet addiction // Addict Behav. 2013. Vol. 38. № 4. Р. 2022—2025.
31. Li D., Li X., Wang Y. et al. School connectedness and problematic internet use in adolescents: a moderated mediation model of deviant peer affiliation and self-control // J Abnorm Child Psychol. 2013. Vol. 41. № 8. Р. 1231—1242. DOI:10.1007/s10802-013-9761-9
32. Lin S., Yu C., Chen J. et al. The Association between Parental Psychological Control, Deviant Peer Affiliation, and Internet Gaming Disorder among Chinese Adolescents: A Two-Year Longitudinal Study // Int J Environ Res Public Health. 2020. Vol. 17. № 21. Р. 8197. DOI:10.3390/ ijerph17218197
33. Liu M., Luo J. Relationship between peripheral blood dopamine level and internet addiction disorder in adolescents: a pilot study // International journal of clinical and experimental medicine. 2015. Vol. 8. № 6. Р. 9943—9948.
34. Liu Y., Li D., Jia J. et al. Perceived school climate and problematic internet use among Chinese adolescents: Psychological insecurity and negative peer affiliation as mediators // Psychol Addict Behav. 2020. Vol. 5. DOI:10.1037/adb0000684
35. Ma S., Huang Y., Ma Y. Childhood Maltreatment and Mobile Phone Addiction Among Chinese Adolescents: Loneliness as a Mediator and Self-Control as a Moderator // Front Psychol. 2020. Vol. 12. № 11. Р. 813. DOI:10.3389/fpsyg.2020.00813
36. Masten A.S., Barnes A.J. Resilience in Children: Developmental Perspectives // Children. 2018. Vol. 5. № 7. Р. 98. DOI:10.3390/children5070098
37. Müller K.W., Koch A., Dickenhorst U. et al. Addressing the question of disorder-specific risk factors of internet addiction: a comparison of personality traits in patients with addictive behaviours and comorbid internet addiction // Biomed. Res. Int. 2013. 546342. DOI:10.1155/2013/546342
38. Pontes H.M., Kuss D., Griffiths M. Clinical psychology of Internet addiction: a review of its conceptualization, prevalence, neuronal processes, and implications for treatment // Neuroscience and Neuroeconomics. 2015. Vol. 4. Р. 11—23. DOI:10.2147/nan.s60982
39. Shaw M., Black D.W. Internet addiction: definition, assessment, epidemiology and clinical management // CNS Drugs. 2008. Vol. 22. № 5. Р. 353—365.
40. Snyder S., Li W., O’Brien J. et al. University Students’ Problematic Internet Use on Family Relationships: A Mixed-Methods Investigation // PLoS One. 2015. Vol. 10. № 12. e0144005. DOI:10.1371/journal.pone.0144005
41. Sugaya N., Shirasaka T., Takahashi K. et al. Bio-psychosocial factors of children and adolescents with internet gaming disorder: a systematic review // Biopsychosoc Med. 2019. Vol. 14. № 13. Р. 3. DOI:10.1186/s13030-019-0144-5
42. Tang J., Yu Y., Du Y. et al. Prevalence of internet addiction and its association with stressful life events and psychological symptoms among adolescent internet users // Addict Behav. 2014. Vol. 39. № 3. Р. 744—747. DOI:10.1016/j.addbeh.2013.12.010
43. Tereshchenko S., Kasparov E. Neurobiological Risk Factors for the Development of Internet Addiction in Adolescents // Behav Sciences. 2019. Vol. 9. № 6. Р. 62.
44. Throuvala M., Janikian M., Griffiths M. et al. The role of family and personality traits in Internet gaming disorder: A mediation model combining cognitive and attachment perspectives // J Behav Addict. 2019. Vol. 8. № 1. Р. 48—62. DOI:10.1556/2006.8.2019.05
45. Tian Y., Yu C., Lin S. et al. Sensation Seeking, Deviant Peer Affiliation, and Internet Gaming Addiction Among Chinese Adolescents: The Moderating Effect of Parental Knowledge // Front Psychol. 2019. Vol. 11. № 9. Р. 2727. DOI:10.3389/fpsyg.2018.02727
46. Vink J.M., Beijsterveldt T.C., Huppertz C. et al. Heritability of compulsive Internet use in adolescents // Addiction biology. 2016. Vol. 21. № 2. Р. 460—8. DOI:10.1111/adb.12218
47. Wartberg L., Aden A., Thomsen M. et al. Relationships between family interactions and pathological internet use in adolescents: an review // Z Kinder Jugendpsychiatr Psychother. 2015. Vol. 43. № 1. Р. 9—17. DOI:10.1024/1422-4917/a000328
48. Wartberg L., Zieglmeier M., Kammerl R. Accordance of Adolescent and Parental Ratings of Internet Gaming Disorder and Their Associations with Psychosocial Aspects // Cyberpsychol Behav Soc Netw. 2019. Vol. 22. № 4. Р. 264—270. DOI:10.1089/cyber.2018.0456
49. Wu C.S.T., Wong H.T., Yu K.F. et al. Parenting approaches, family functionality, and internet addiction among Hong Kong adolescents // BMC Pediatr. 2016. Vol. 16. № 1. Р. 130. DOI:10.1186/ s12887-016-0666-y
50. Yan W., Li Y., Sui N. The relationship between recent stressful life events, personality traits, perceived family functioning and internet addiction among college students // Stress Health. 2014. Vol. 30. № 1. Р. 3—11. DOI:10.1002/smi.2490
51. Yang X., Jiang X., Mo P.K.-H. et al. Prevalence and Interpersonal Correlates of Internet Gaming Disorders among Chinese Adolescents // Int J Environ Res Public Health. 2020. Vol. 17. № 2. Р. 579. DOI:10.3390/ijerph17020579
52. Yu C., Li W., Liang Q. et al. School Climate, Loneliness, and Problematic Online Game Use Among Chinese Adolescents: The Moderating Effect of Intentional Self-Regulation // Front Public Health. 2019. Vol. 30. № 7. Р. 90. DOI:10.3389/fpubh.2019.00090
53. Yu C., Li X., Zhang W. Predicting adolescent problematic online game use from teacher autonomy support, basic psychological needs satisfaction, and school engagement: a 2-year longitudinal study // Cyberpsychol Behav Soc Netw. 2015. Vol. 18. № 4. Р. 228—233. DOI:10.1089/cyber.2014.0385
54. Zhai B., Li D., Jia J. et al. Peer victimization and problematic internet use in adolescents: The mediating role of deviant peer affiliation and the moderating role of family functioning // Addict Behav. 2019. Vol. 96. Р. 43—49. DOI:10.1016/j.addbeh.2019.04.016
55. Zhai B., Li D., Li X. et al. Perceived school climate and problematic internet use among adolescents: Mediating roles of school belonging and depressive symptoms // Addict Behav. 2020. Vol. 110:106501. DOI:10.1016/j.addbeh.2020.106501

Об авторе

Надеж­да Бори­сов­на Семе­но­ва — док­тор меди­цин­ских наук, глав­ный науч­ный сотруд­ник кли­ни­че­ско­го отде­ле­ния сома­ти­че­ско­го и пси­хи­че­ско­го здо­ро­вья детей, Науч­но-иссле­до­ва­тель­ский инсти­тут меди­цин­ских про­блем Севе­ра — обособ­лен­ное под­раз­де­ле­ние ФИЦ КНЦ СО РАН (НИИ МПС), Крас­но­ярск, Рос­сий­ская Федерация.

Смот­ри­те также:

• Атас­ке­вич Н.О. Фор­ми­ро­ва­ние пси­хо­ло­ги­че­ской устой­чи­во­сти лич­но­сти под­рост­ков как фак­тор про­фи­лак­ти­ки интернет-зависимости
• Лосен­ко­ва Т.А. Вза­и­мо­связь интер­нет-зави­си­мо­сти с тре­вож­ны­ми состо­я­ни­я­ми подростков
• Малы­гин В.Л., Хоме­ри­ки Н.С., Анто­нен­ко А.А. Инди­ви­ду­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ские свой­ства под­рост­ков как фак­то­ры рис­ка фор­ми­ро­ва­ния интер­нет-зави­си­мо­го поведения
• Щели­на Т.Т., Мас­ло­ва В.С. Фено­мен интер­нет-зави­си­мо­сти как при­чи­на деви­ант­но­го пове­де­ния подростков

1. C 21 мар­та 2022 года офи­ци­аль­но запре­щен на тер­ри­то­рии России.