Первитская А.М. Личностные и социально-психологические особенности девушек, самопрезентирующих кросс-пол в социальных сетях

П

Введение

Иссле­до­ва­ния, свя­зан­ные с ген­дер­ной сте­рео­ти­пи­за­ци­ей [1—3] в про­цес­се соци­а­ли­за­ции под­рас­та­ю­ще­го поко­ле­ния [5; 9], актив­но про­во­дят­ся в рам­ках социо­ло­ги­че­ских и пси­хо­ло­ги­че­ских наук. Имен­но ген­дер­ные роли во мно­гом обу­слав­ли­ва­ют само­пре­зен­та­ци­он­ное пове­де­ние людей, так как они пред­пи­сы­ва­ют опре­де­лен­ные мане­ры и жесты, рече­вые обо­ро­ты, соот­вет­ству­ю­щую одеж­ду [16]. Сре­ди авто­ров, иссле­до­вав­ших про­бле­му ген­дер­ной само­пре­зен­та­ции, мож­но выде­лить И.В. Кости­ко­ву, Е.А. Здра­во­мыс­ло­ву, А.А. Тем­ки­ну, И.А. Оста­пен­ко и дру­гих [3; 6; 14].

Про­бле­ма соот­не­се­ния себя с про­ти­во­по­лож­ным полом акту­аль­на не толь­ко для минув­ших сто­ле­тий, где ярким при­ме­ром мож­но было бы назвать феми­низм и все, что из него выте­ка­ет: борь­ба за рав­но­пра­вие полов, эман­си­па­ция жен­щин, но и для нынеш­не­го вре­ме­ни [8; 13; 17—19].

Вир­ту­аль­ная ком­му­ни­ка­ция поз­во­ля­ет поль­зо­ва­те­лю экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать с соб­ствен­ной иден­тич­но­стью, созда­вая «вир­ту­аль­ные субъ­ек­ты» ком­му­ни­ка­ции, кото­рые часто отли­ча­ют­ся и от пер­со­наль­ной иден­тич­но­сти, и от реаль­ной само­пре­зен­та­ции.

Интер­нет обес­пе­чи­ва­ет чело­ве­ку воз­мож­ность «уйти от соб­ствен­но­го тела» — как от внеш­не­го обли­ка, так и от инди­ка­то­ров ста­ту­са во внеш­нем обли­ке. А сле­до­ва­тель­но, и от ряда осно­ва­ний соци­аль­ной кате­го­ри­за­ции: пола, воз­рас­та, соци­аль­но-эко­но­ми­че­ско­го ста­ту­са, этни­че­ской при­над­леж­но­сти. Утвер­жда­ет­ся, что имен­но воз­мож­ность мак­си­маль­но­го само­вы­ра­же­ния вплоть до неузна­ва­е­мо­го само­из­ме­не­ния явля­ет­ся одной из рас­про­стра­нен­ных моти­ва­ций вир­ту­аль­ной ком­му­ни­ка­ции у наи­бо­лее актив­ных ее участ­ни­ков [14].

Сей­час, когда инфор­ма­ци­он­ные тех­но­ло­гии поз­во­ля­ют общать­ся и зани­мать­ся само­пре­зен­та­ци­ей не толь­ко в реаль­ном обще­нии, но и в вир­ту­аль­ной сре­де, пред­став­ляя себя на свое соб­ствен­ное усмот­ре­ние, фено­мен кросс-пола явля­ет­ся прак­ти­че­ски соци­аль­ной нор­мой. Одна­ко, несмот­ря на повсе­мест­ное про­яв­ле­ние это­го явле­ния, на сего­дняш­ний день про­бле­ма кросс-пола оста­ет­ся не раз­ра­бо­тан­ной [6; 7; 10].

Кросс-пол — это испол­не­ние роли пер­со­на­жа про­ти­во­по­лож­но­го пола в роле­вой игре, т.е. когда девуш­ка игра­ет пер­со­на­жа муж­ско­го пола и наобо­рот [4].

Кросс-пол — обще­упо­тре­би­тель­ный в сре­де роле­ви­ков тер­мин, обо­зна­ча­ю­щий рас­про­стра­нен­ную прак­ти­ку анту­раж­но­го отыг­ры­ша игро­ком на роле­вой игре пер­со­на­жа дру­го­го пола, свое­об­раз­ный ана­лог теат­раль­но­го амплуа тра­ве­сти.

Кросспол неред­ко явля­ет­ся одним из спо­со­бов выра­же­ния сек­су­аль­ной и/или ген­дер­ной иден­тич­но­сти и/или само­иден­ти­фи­ка­ции оных у игро­ка, при этом обыч­но никак не свя­зан с их изме­не­ни­ем [4].

Поня­тие кросс-пола чаще все­го исполь­зу­ет­ся при упо­ми­на­нии роле­вой игры в соци­аль­ных сетях или же роле­вой игры живо­го дей­ствия. В рам­ках дан­ной ста­тьи явле­ние кросс-пола рас­смот­ре­но в кон­тек­сте само­предъ­яв­ле­ния в соци­аль­ных сетях. В таком слу­чае опре­де­ле­ние кросс-пола будет выгля­деть ина­че.

Кросс-пол в соци­аль­ных сетях — это созда­ние стра­ни­цы про­ти­во­по­лож­но­го пола в соци­аль­ной сети и обще­ние в соот­вет­ствии с этим. Оформ­ле­ние и веде­ние такой стра­ни­цы вклю­ча­ет в себя:

  • ука­за­ние сво­е­го отно­ше­ния к муж­ско­му полу в про­фи­ле;
  • наиме­но­ва­ние стра­ни­цы муж­ским име­нем, фами­ли­ей, отче­ством;
  • обще­ние с этой стра­ни­цы в муж­ском роде и т.д.

Есть мно­же­ство при­чин, по кото­рым люди откры­ва­ют для себя кросс-пол. Это может быть соци­аль­ный про­тест или же жела­ние экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать, про­явить себя, при этом речь не идет о транс­сек­су­а­лах или хирур­ги­че­ской смене пола.

Сама суть явле­ния — это поза­им­ство­ван­ное из пси­хо­ло­гии экс­пе­ри­мен­таль­ное моде­ли­ро­ва­ние какой-либо ситу­а­ции груп­пой людей, что дела­ет­ся, в первую оче­редь, ради удо­воль­ствия. Люди соби­ра­ют­ся и хотят как-то абстра­ги­ро­вать­ся от реаль­но­сти, создав ситу­а­цию, в кото­рой усло­вия и пер­со­на­жи зара­нее уста­нов­ле­ны по жела­нию собрав­ших­ся, это будут «пра­ви­ла игры», по кото­рым мож­но разыг­ры­вать вме­сте какой-то сюжет или сце­на­рий [11].

Кросс-пол подроб­но не рас­смат­ри­вал­ся в рам­ках пси­хо­ло­гии, но были про­ве­де­ны социо­ло­ги­че­ские иссле­до­ва­ния [15], кото­рые пока­за­ли, что к кросс-полу более склон­ны имен­но девуш­ки, тогда как сре­ди юно­шей это явле­ние встре­ча­ет­ся реже.

Есть опре­де­лен­ная сре­да, где нор­мой обще­ния явля­ет­ся неод­но­знач­ность пола гово­ря­ще­го в речи, напри­мер, для моло­дых деву­шек будет нор­маль­но общать­ся меж­ду собой так, слов­но это раз­го­вор меж­ду муж­чи­на­ми. Они гово­рят о себе, исполь­зуя гла­го­лы муж­ской фор­мы, место­име­ния «он» там, где вне суб­куль­тур­но­го сооб­ще­ства ска­за­ли бы о себе «она». Или же они мак­си­маль­но обез­ли­чи­ва­ют свою речь, сред­ства рус­ско­го язы­ка поз­во­ля­ют это. При этом такое пове­де­ние явля­ет­ся нор­мой для дан­ных сооб­ществ и не вос­при­ни­ма­ет­ся как нечто экс­тра­ор­ди­нар­ное и уни­каль­ное.

Целью иссле­до­ва­ния явля­ет­ся изу­че­ние явле­ния кросс-пола в соци­аль­ных сетях сре­ди деву­шек 18—25 лет.

Гипо­те­зы иссле­до­ва­ния:

  1. Девуш­ки, само­пре­зен­ти­ру­ю­щие кросс-пол в соци­аль­ных сетях, отли­ча­ют­ся от деву­шек, не име­ю­щих отно­ше­ния к про­яв­ле­нию кросс-пола, по ряду лич­ност­ных и соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ских осо­бен­но­стей.
  2. Девуш­ки, кросс-пол кото­рых про­яв­ля­ет­ся в соци­аль­ных сетях, харак­те­ри­зу­ют­ся опре­де­лен­ны­ми осо­бен­но­стя­ми меж­лич­ност­но­го вза­и­мо­дей­ствия.
  3. Девуш­ки, кросс-пол кото­рых про­яв­ля­ет­ся в соци­аль­ных сетях, харак­те­ри­зу­ют­ся опре­де­лен­ны­ми осо­бен­но­стя­ми сек­су­аль­ных уста­но­вок.

Программа исследования

Участ­ни­ки иссле­до­ва­ния. В интер­не­тис­сле­до­ва­нии при­ни­ма­ли уча­стие 157 деву­шек в воз­расте 18—25 лет. 75 чело­век соста­ви­ли груп­пу «кросс-пол» (име­ют муж­ской про­филь в соци­аль­ных сетях), 82 чело­ве­ка — кон­троль­ную груп­пу (про­филь в соци­аль­ных сетях соот­вет­ству­ет полу). Иссле­до­ва­ние про­во­ди­лось с янва­ря по июнь 2018 года.

Эта­пы и мето­ды иссле­до­ва­ния. Иссле­до­ва­ние про­во­ди­лось в три эта­па. На пер­вом эта­пе иссле­до­ва­ния для выяв­ле­ния опре­де­лен­ных лич­ност­ных черт деву­шек было про­ве­де­но эмпи­ри­че­ское иссле­до­ва­ние, ори­ен­ти­ро­ван­ное на диа­гно­сти­ку черт лич­но­сти, само­оцен­ки, уров­ня феми­нин­но­сти-мас­ку­лин­но­сти, соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ской адап­та­ции.

Цель пер­во­го эта­па: выявить и срав­нить лич­ност­ные чер­ты деву­шек, явля­ю­щих­ся кроссполь­щи­ца­ми и име­ю­щих про­филь муж­ско­го пола в соци­аль­ной сети (груп­па «кросс-пол»), и деву­шек, не име­ю­щих отно­ше­ния к кросс-полу (кон­троль­ная груп­па).

В каче­стве диа­гно­сти­че­ско­го инстру­мен­та­рия исполь­зо­ва­лись: 16-фак­тор­ный лич­ност­ный опрос­ник Р. Кет­тел­ла (16PF), мето­ди­ка диа­гно­сти­ки соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ской адап­та­ции К. Род­жер­са и Р. Дай­монд, мето­ди­ка «Мас­ку­лин­ность-феми­нин­ность» С. Бем, мето­ди­ка лич­ност­но­го диф­фе­рен­ци­а­ла, адап­ти­ро­ван­ная в НМИЦ ПН им. В.М. Бех­те­ре­ва.

На вто­ром эта­пе про­ве­де­но эмпи­ри­че­ское иссле­до­ва­ние, направ­лен­ное на диа­гно­сти­ку меж­лич­ност­ных отно­ше­ний в груп­пе «кросс-пол». Целью дан­но­го эта­па явля­ет­ся выяв­ле­ние обще­го вида меж­лич­ност­ных отно­ше­ний сре­ди деву­шек­кроссполь­щиц. В каче­стве основ­но­го инстру­мен­та сбо­ра инфор­ма­ции исполь­зо­ва­лась мето­ди­ка диа­гно­сти­ки меж­лич­ност­ных отно­ше­ний Т. Лири (ДМО).

На тре­тьем эта­пе было про­ве­де­но эмпи­ри­че­ское иссле­до­ва­ние, направ­лен­ное на выяв­ле­ние сек­су­аль­ных уста­но­вок деву­шек груп­пы «кросс-пол». Целью это­го эта­па было выяв­ле­ние и срав­не­ние сек­су­аль­ных уста­но­вок деву­шек внут­ри груп­пы.

В каче­стве основ­но­го инстру­мен­та сбо­ра инфор­ма­ции исполь­зо­вал­ся опрос­ник «Сек­су­аль­ные уста­нов­ки» Айзен­ка-Виль­со­на. Опрос­ник рас­смат­ри­ва­ет раз­лич­ные аспек­ты сек­су­аль­ных отно­ше­ний и сек­су­аль­но­го пове­де­ния и име­ет 11 основ­ных шкал и 2 допол­ни­тель­ных (сек­су­аль­ное либи­до и сек­су­аль­ная удо­вле­тво­рен­ность).

Мето­ды ана­ли­за дан­ных: опи­са­тель­ная ста­ти­сти­ка, ана­лиз зна­чи­мо­сти раз­ли­чий по t‑критерию Стью­ден­та для неза­ви­си­мых выбо­рок, одно­фак­тор­ный дис­пер­си­он­ный ана­лиз (ANOVA), кор­ре­ля­ци­он­ный ана­лиз, кла­стер­ный ана­лиз.

Результаты исследования и их обсуждение

На пер­вом эта­пе две неза­ви­си­мых выбор­ки были сопо­став­ле­ны по 4 мето­ди­кам, а резуль­та­ты по каж­до­му пока­за­те­лю были обра­бо­та­ны с помо­щью t‑критерия Стью­ден­та (p≤0,01, при n=157).

В опрос­ни­ке 16PF Р. Кет­тел­ла не были исполь­зо­ва­ны сле­ду­ю­щие шка­лы: фак­тор «Е», так как он выде­ля­ет при­знак, кото­рый опре­де­ля­ет­ся дру­гой мето­ди­кой, так­же исполь­зу­е­мой в дан­ном иссле­до­ва­нии, и явля­ет­ся менее инфор­ма­тив­ным; фак­тор «О», так как его зна­че­ние может быть ситу­а­тив­ным пока­за­те­лем; фак­тор «Q3» — свя­зан с опре­де­ле­ни­ем успеш­но­сти дея­тель­но­сти и к иссле­до­ва­нию отно­ше­ния не име­ет.

В опрос­ни­ке 16PF Р. Кет­тел­ла зна­чи­мые раз­ли­чия обна­ру­же­ны по фак­то­рам «A», «G», «H», «M», «N», «Q1» и «Q2». По осталь­ным пока­за­те­лям опрос­ни­ка Р. Кет­тел­ла зна­чи­мых раз­ли­чий не обна­ру­же­но. По лич­ност­но­му опрос­ни­ку соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ской адап­та­ции Род­жер­са-Дай­монд зна­чи­мых раз­ли­чий не обна­ру­же­но (p≥0,05). Мож­но сде­лать вывод, что в плане соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ской адап­та­ции девуш­ки схо­жи.

У респон­ден­ток в обе­их груп­пах выше кори­до­ра нор­мы нахо­дят­ся пока­за­те­ли шка­лы «интер­наль­ность» (56,3±6,12). Им всем свой­стве­нен чрез­мер­ный внут­рен­ний кон­троль, кото­рый про­яв­ля­ет­ся в при­ня­тии на себя ответ­ствен­но­сти за про­ис­хо­дя­щие жиз­нен­ные собы­тия. Воз­мож­но, в свя­зи с дан­ным пока­за­те­лем зна­че­ния осталь­ных шкал нахо­дят­ся в диа­па­зоне нор­маль­ных зна­че­ний.

Резуль­та­ты мето­ди­ки «Мас­ку­лин­ность-феми­нин­ность» С. Бем гово­рят об иден­тич­но­сти обе­их групп (p≥0,05). Одна­ко при инди­ви­ду­аль­ном рас­смот­ре­нии каж­дой груп­пы, све­де­нии их пока­за­те­лей к общим сред­ним пока­за­те­лям и сопо­став­ле­нии с основ­ным индек­сом мож­но заклю­чить, что у кон­троль­ной груп­пы более выра­же­на феми­нин­ность (1,75±0,27), а у груп­пы «кросс-пол» — андро­гин­ность (0,18±0,05).

Девуш­ки, отно­ся­щи­е­ся к кросс-полу, не харак­те­ри­зу­ют­ся ярко выра­жен­ны­ми жен­ски­ми или муж­ски­ми чер­та­ми, про­яв­ляя их гар­мо­нич­но. В свя­зи с этим пред­став­ля­ет инте­рес соот­не­се­ние пока­за­те­лей по дан­ной мето­ди­ке с резуль­та­та­ми опрос­ни­ка «Сек­су­аль­ные уста­нов­ки» Айзен­ка-Виль­со­на в груп­пе «кросс-пол» (исполь­зу­ет­ся в каче­стве основ­но­го инстру­мен­та­рия для сбо­ра мате­ри­а­ла на тре­тьем эта­пе иссле­до­ва­ния).

Кор­ре­ля­ци­он­ный ана­лиз поз­во­лил выде­лить зна­чи­мые кор­ре­ля­ци­он­ные свя­зи (p≤0,01, при n=75) меж­ду феми­нин­но­стью и склон­но­стью к обез­ли­чен­но­му сек­су (r=-0,33), агрес­си­ей по отно­ше­нию к парт­не­ру (r=-0,31). При уве­ли­че­нии пока­за­те­ля феми­нин­но­сти при­ни­ма­ют­ся во вни­ма­ние инди­ви­ду­аль­ные осо­бен­но­сти сек­су­аль­но­го парт­не­ра, девуш­ки стре­мят­ся вой­ти с парт­не­ром в зна­чи­мую лич­ност­ную связь, агрес­сия по отно­ше­нию к парт­не­ру не свой­ствен­на.

В мето­ди­ке лич­ност­но­го диф­фе­рен­ци­а­ла зна­чи­мые раз­ли­чия обна­ру­же­ны по фак­то­рам Оцен­ки и Актив­но­сти (p≤0,01, при n=157). Груп­па «кросс-пол» отно­сит­ся к сво­е­му пове­де­нию, дости­же­ни­ям более кри­тич­но, девуш­ки менее актив­ны при соци­аль­ном вза­и­мо­дей­ствии и не все­гда удо­вле­тво­ре­ны соб­ствен­ным пове­де­ни­ем. Девуш­ки кон­троль­ной груп­пы в боль­шей сте­пе­ни удо­вле­тво­ре­ны собой, более экс­тра­вер­ти­ро­ва­ны.

Обна­ру­жен­ные зна­чи­мые раз­ли­чия по шка­лам мето­дик пер­во­го эта­па иссле­до­ва­ния пред­став­ле­ны в табл. 1.

Таблица 1. Личностные черты девушек группы «кросс-пол» и контрольной группы

  Шка­лы мето­ди­ки Пока­за­те­ли груп­пы «кросспол» (n=75) M±m Пока­за­те­ли кон­троль­ной груп­пы (n=82) M±m Зна­че­ние t‑критерия Стью­ден­та (при р0,01, n=157)
Опрос­ник 16PF Р. Кет­тел­ла
Общи­тель­ность (фак­тор «А») 4,3±0,12 6,05±0,13 2,61
Нор­ма­тив­ность пове­де­ния (фак­тор «G») 4,14±0,35 6,16±0,71 3,24
Сме­лость в соци­аль­ных кон­так­тах (фак­тор «H») 4,13±0,11 5,11±0,17 2,75
Прак­тич­ность (фак­тор «M») 6,1±0,22 4,3±0,22 2,76
Пря­мо­ли­ней­ность (фак­тор «N») 4,31±0,21 5,14±0,1 3,11
Кон­сер­ва­тизм (фак­тор «Q1») 7,16±1,12 4,71±0,14 3,05
Кон­форм­ность (фак­тор «Q2») 8,23±1,09 6,28±0,19 2,81
Мето­ди­ка лич­ност­но­го диф­фе­рен­ци­а­ла
Фак­тор Оцен­ки 5,17±1,12 15,05±2,13 2,62
Фак­тор Актив­но­сти 7,14±1,31 13,16±3,51 3,24

Опи­ра­ясь на дан­ные табл. 1, мож­но дать харак­те­ри­сти­ку девуш­кам груп­пы «кросс-пол» и кон­троль­ной груп­пы.

Характеристика личностных черт девушек, являющихся кросспольщицами и имеющих профиль мужского пола в социальной сети (группа «кросс-пол»).

Опрос­ник 16PF Р. Кет­тел­ла. Девуш­ки склон­ны к холод­но­сти, скеп­ти­циз­му и отчуж­ден­но­сти, харак­те­ри­зу­ют­ся уме­рен­ной нор­ма­тив­но­стью пове­де­ния, име­ют­ся тен­ден­ции к непо­сто­ян­ству целей, непри­нуж­ден­но­сти в пове­де­нии. Они не при­ла­га­ют уси­лий к выпол­не­нию груп­по­вых задач, выпол­не­нию соци­аль­но-куль­тур­ных тре­бо­ва­ний.

Девуш­ки харак­те­ри­зу­ют­ся застен­чи­во­стью, неуве­рен­но­стью, бояз­ли­во­стью, робо­стью, но име­ют раз­ви­тое вооб­ра­же­ние, погру­же­ны во внут­рен­ние пере­жи­ва­ния, пря­мо­ли­ней­ны, им свой­стве­нен ради­ка­лизм. Они могут быть оха­рак­те­ри­зо­ва­ны как экс­пе­ри­мен­ти­ру­ю­щие, кри­тич­ные, ана­ли­тич­ные, сво­бод­но мыс­ля­щие.

Девуш­ки явля­ют­ся неза­ви­си­мы­ми от окру­жа­ю­щих, склон­ны идти соб­ствен­ной доро­гой, при­ни­мать соб­ствен­ные реше­ния, дей­ство­вать само­сто­я­тель­но, не счи­та­ют­ся с обще­ствен­ным мне­ни­ем.

Мето­ди­ка лич­ност­но­го диф­фе­рен­ци­а­ла. Фак­тор Оцен­ки ука­зы­ва­ет на неудо­вле­тво­рен­ность соб­ствен­ным пове­де­ни­ем, на низ­кий уро­вень при­ня­тия само­го себя. Фак­тор Актив­но­сти — на интро­вер­ти­ро­ван­ность дан­ных лич­но­стей.

Характеристика личностных черт девушек, не имеющих отношения к кроссполу (контрольная группа).

Опрос­ник 16PF Р. Кет­тел­ла. Для деву­шек харак­те­рен уме­рен­ный уро­вень откры­то­сти в обще­нии, они есте­ствен­ны, в меру довер­чи­вы к окру­жа­ю­щим. В боль­шин­стве слу­ча­ев при­дер­жи­ва­ют­ся обще­ствен­ных норм и пра­вил, руко­вод­ству­ют­ся мора­лью. Девуш­ки раци­о­наль­ны, подо­зри­тель­ны к ново­му и необыч­но­му.

Мето­ди­ка лич­ност­но­го диф­фе­рен­ци­а­ла. Фак­тор Оцен­ки ука­зы­ва­ет на удо­вле­тво­рен­ность соб­ствен­ным пове­де­ни­ем, на доста­точ­ный уро­вень при­ня­тия само­го себя. Фак­тор Актив­но­сти ука­зы­ва­ет, что сре­ди дан­ных лич­но­стей при­сут­ству­ют в боль­шин­стве сво­ем экс­тра­вер­ты и амби­вер­ты.

Таким обра­зом, выяв­лен­ные при помо­щи t‑критерия Стью­ден­та раз­ли­чия меж­ду груп­па­ми деву­шек поз­во­ля­ют ука­зать на наи­бо­лее яркие харак­те­ри­сти­ки пред­ста­ви­тель­ниц. Полу­чен­ные резуль­та­ты под­твер­ди­ли выдви­ну­тое пред­по­ло­же­ние о том, что девуш­ки, само­пре­зен­ти­ру­ю­щие кросс-пол в соци­аль­ных сетях, отли­ча­ют­ся от деву­шек, не име­ю­щих отно­ше­ния к про­яв­ле­нию кросс-пола, по ряду лич­ност­ных и соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ских осо­бен­но­стей.

Дан­ная гипо­те­за осно­вы­ва­лась на резуль­та­тах тео­ре­ти­че­ско­го ана­ли­за выдви­ну­той про­бле­мы [7; 10], логи­че­ским ито­гом кото­ро­го явля­ет­ся при­зна­ние нали­чия ряда лич­ност­ных харак­те­ри­стик, спо­соб­ству­ю­щих про­яв­ле­нию дан­но­го фено­ме­на в пове­де­нии лич­но­сти.

Пере­хо­дя ко вто­ро­му эта­пу иссле­до­ва­ния, сле­ду­ет отме­тить, что кон­троль­ная груп­па далее не участ­ву­ет, так как она была нуж­на толь­ко для срав­не­ния с пер­вой груп­пой и под­твер­жде­ния раз­ли­чий по ряду лич­ност­ных черт.

Дан­ный этап иссле­до­ва­ния при­зван най­ти в груп­пе деву­шек, отно­ся­щих себя к кросс-полу, нечто общее в меж­лич­ност­ном вза­и­мо­дей­ствии. Зада­ча реше­на с помо­щью диа­гно­сти­ки меж­лич­ност­ных отно­ше­ний по мето­ди­ке Т. Лири.

Все резуль­та­ты све­де­ны к сред­ним ариф­ме­ти­че­ским по груп­пе, что­бы выявить общий стиль вза­и­мо­дей­ствия (все пока­за­те­ли не пре­вы­ша­ют 8 бал­лов, что свой­ствен­но гар­мо­нич­ным лич­но­стям), и пред­став­ле­ны в табл. 2.

Таблица 2. Особенности межличностных отношений в группе «кросс-пол» (Методика диагностики межличностных отношений Т. Лири)

  Октант В груп­пе в целом (n=75) M±m В пер­вом кла­сте­ре (n=51) M±m Во вто­ром кла­сте­ре (n=24) M±m Зна­че­ние t‑критерия Стью­ден­та (при р0,01, n=75)
Авто­ри­тар­ный 5,3±1,12 7,21±1,32 4,13±0,12 2,64
Неза­ви­си­мый-доми­ни­ру­ю­щий 6,94±0,75 7,04±0,12 6,15±0,65 3,01
Агрес­сив­ный 7,18±1,17 8,18±1,32 5,18±2,07 2,55
Недо­вер­чи­вый-скеп­ти­че­ский 8,16±0,72 9,26±0,32 6,22±1,33 2,71
Покор­но-застен­чи­вый 7,21±1,51 5,11±0,21 7,91±0,21 ‑3,01
Зави­си­мый 5,19±1,02 4,18±1,02 6,19±1,12 ‑3,25
Сотруд­ни­ча­ю­щий 7,21±1,09 6,91±1,17 7,98±1,79 ‑2,83
Аль­тру­и­сти­че­ский 8,04±2,01 6,14±1,21 8,84±1,77 ‑2,77

Кла­стер­ный ана­лиз пока­за­те­лей меж­лич­ност­ных отно­ше­ний поз­во­лил выде­лить две груп­пы деву­шек, кросс-пол кото­рых про­яв­ля­ет­ся в соци­аль­ных сетях.

В пер­вом кла­сте­ре сосре­до­то­чи­лись респон­ден­ты с пре­об­ла­да­ни­ем нон­кон­форм­ных тен­ден­ций, склон­но­стью к кон­фликт­ным про­яв­ле­ни­ям и доста­точ­ным упор­ством в отста­и­ва­нии соб­ствен­ной точ­ки зре­ния (51 девуш­ка — 68% выбор­ки), во вто­ром кла­сте­ре — девуш­ки с про­ти­во­по­лож­ным сти­лем меж­лич­ност­но­го вза­и­мо­дей­ствия: пре­об­ла­да­ни­ем кон­форм­ных уста­но­вок, неуве­рен­но­стью в себе, склон­но­стью к уступ­чи­во­сти (24 девуш­ки — 32% выбор­ки) (табл. 2).

В кла­сте­рах под­счи­та­ны коэф­фи­ци­ен­ты «Доми­ни­ро­ва­ние» и «Дру­же­лю­бие» (мето­ди­ка ДМО), зна­чи­мые раз­ли­чия по дан­ным пока­за­те­лям обна­ру­же­ны (p≤0,01, при n=75) в соот­вет­ствии с кла­сте­ра­ми.

Итак, вто­рой этап эмпи­ри­че­ско­го иссле­до­ва­ния поз­во­лил выявить осо­бен­но­сти меж­лич­ност­но­го вза­и­мо­дей­ствия в груп­пе деву­шек, отно­ся­щих себя к кросспо­лу. Кро­ме того, дан­ная груп­па за счет про­це­ду­ры кла­сте­ри­за­ции раз­де­ле­на на две под­груп­пы с отли­чи­тель­ны­ми сти­ля­ми меж­лич­ност­но­го вза­и­мо­дей­ствия. Важ­но под­черк­нуть, что в целом резуль­та­ты груп­пы «кросс-пол» не выхо­дят за пре­де­лы 8 бал­лов, что свой­ствен­но гар­мо­нич­ным лич­но­стям.

Полу­чен­ные в ходе наше­го иссле­до­ва­ния дан­ные об осо­бен­но­стях меж­лич­ност­но­го вза­и­мо­дей­ствия согла­су­ют­ся со схо­жи­ми иссле­до­ва­ни­я­ми [3; 5], в кото­рых респон­ден­ты харак­те­ри­зу­ют­ся отли­чи­тель­ны­ми сти­ля­ми меж­лич­ност­но­го вза­и­мо­дей­ствия в зави­си­мо­сти от ген­дер­ных осо­бен­но­стей.

Тре­тий этап иссле­до­ва­ния направ­лен на выяв­ле­ние и срав­не­ние внут­ри груп­пы «кросс-пол» сек­су­аль­ных уста­но­вок с помо­щью мето­ди­ки Айзен­ка-Виль­со­на «Сек­су­аль­ные уста­нов­ки». В мето­ди­ке выде­ле­ны шка­лы, кото­рые непо­сред­ствен­но отно­сят­ся имен­но к уста­нов­кам и не затра­ги­ва­ют реаль­ную сек­су­аль­ную жизнь деву­шек. Сре­ди них: «Склон­ность к обез­ли­чен­но­му сек­су», «Отно­ше­ние к пор­но­гра­фии», «Цело­муд­рие», «Отвра­ще­ние к сек­су», «Агрес­сия по отно­ше­нию к парт­не­ру».

Дан­ные одно­фак­тор­но­го дис­пер­си­он­но­го ана­ли­за поз­во­ли­ли уста­но­вить, что струк­ту­ра респон­ден­тов зна­чи­мо отли­ча­ет­ся друг от дру­га в груп­пе по выде­лен­ным шка­лам (табл. 3).

Таблица 3. Структура группы «кросс-пол» с учетом выраженности показателей методики «Сексуальные установки» Айзенка—Вильсона

  Назва­ние шкал Лица с низ­ки­ми пока­за­те­ля­ми (n/%) Лица со сред­ними пока­за­те­ля­ми (n/%) Лица c высо­ки­ми пока­за­те­ля­ми (n/%)   ANOVA
Склон­ность к обез­ли­чен­но­му сек­су 39/52% 16/21% 20/27% F=141, p≤0,001
Отно­ше­ние к пор­но­гра­фии 16/21% 35/46% 24/33% F=26,9 p≤0,001
Цело­муд­рие 9/12% 46/61% 20/27% F=114,8 p≤0,001
Отвра­ще­ние к сек­су 15/20% 44/59% 16/21% F=7,4 p≤0,01
Агрес­сия по отно­ше­нию к парт­не­ру 32/43% 7/9% 36/48% F=67,4 p≤0,01

Девуш­кам, отно­ся­щим себя к кросс-полу, в боль­шин­стве слу­ча­ев не свой­ствен­но рас­смат­ри­вать сек­су­аль­но­го парт­не­ра толь­ко в каче­стве объ­ек­та для полу­че­ния чув­ствен­но­го удо­воль­ствия, они при­ни­ма­ют во вни­ма­ние его лич­ность, инди­ви­ду­аль­ные осо­бен­но­сти харак­те­ра и тем­пе­ра­мен­та, пыта­ясь вой­ти с парт­не­ром во сколь­ко-нибудь зна­чи­мую лич­ност­ную связь.

Харак­тер­но сдер­жан­но-одоб­ри­тель­ное отно­ше­ние к полу­че­нию удо­воль­ствия от рисун­ков и фото­гра­фий эро­ти­че­ско­го содер­жа­ния, сло­вес­ных опи­са­ний сек­су­аль­ных сцен, в эту же кате­го­рию отно­сит­ся и вуай­е­ризм.

Цело­муд­рие чаще вос­при­ни­ма­ет­ся как есте­ствен­ное явле­ние жиз­ни, не про­ти­во­ре­ча­щее про­яв­ле­ни­ям сек­су­аль­но­сти и не накла­ды­ва­ю­щее запрет на мыс­ли по дан­ной теме, отвра­ще­ния к сек­су у боль­шин­ства респон­ден­тов не наблю­да­ет­ся.

Инте­рес­но деле­ние выбор­ки по шка­ле «Агрес­сия по отно­ше­нию к парт­не­ру». Груп­па раз­де­ли­лась почти ров­но на под­груп­пы с высо­ки­ми и низ­ки­ми зна­че­ни­я­ми. Кор­ре­ля­ци­он­ный ана­лиз меж­ду пока­за­те­ля­ми по дан­ной шка­ле и коэф­фи­ци­ен­та­ми «Доми­ни­ро­ва­ние» и «Дру­же­лю­бие» по мето­ди­ке ДМО поз­во­лил выде­лить зна­чи­мые кор­ре­ля­ци­он­ные свя­зи меж­ду доми­ни­ро­ва­ни­ем и агрес­си­ей по отно­ше­нию к парт­не­ру (r=0,33, p≤0,01, при n=75) и дру­же­лю­би­ем и агрес­си­ей по отно­ше­нию к парт­не­ру (r=-0,34, p≤0,01, при n=75).

Таким обра­зом, мож­но отме­тить, что в боль­шин­стве слу­ча­ев груп­па одно­род­на по сек­су­аль­ным уста­нов­кам, за исклю­че­ни­ем шка­лы «Агрес­сия по отно­ше­нию к парт­не­ру», где про­изо­шло деле­ние на под­груп­пы с низ­ки­ми и высо­ки­ми резуль­та­та­ми.

Выводы

  1. Най­де­ны раз­ли­чия меж­ду лич­ност­ны­ми чер­та­ми деву­шек, кросс-пол кото­рых про­яв­ля­ет­ся в соци­аль­ных сетях, и лич­ност­ны­ми чер­та­ми деву­шек, не име­ю­щих отно­ше­ния к про­яв­ле­ни­ям кросспо­ла в соци­аль­ных сетях. Кроссполь­щи­цы более замкну­тые, осмот­ри­тель­ные, пря­мо­ли­ней­ные, экс­пе­ри­мен­ти­ру­ю­щие, менее ответ­ствен­ные и кон­форм­ные.
  2. Девуш­ки, кросс-пол кото­рых про­яв­ля­ет­ся в соци­аль­ных сетях, харак­те­ри­зу­ют­ся опре­де­лен­ны­ми осо­бен­но­стя­ми меж­лич­ност­но­го вза­и­мо­дей­ствия. В резуль­та­те ана­ли­за дан­ных были выяв­ле­ны две груп­пы деву­шек, пер­вая — с ори­ен­та­ци­ей на доми­ни­ро­ва­ние, вто­рая — на дру­же­лю­бие.
  3. Девуш­ки, кросс-пол кото­рых про­яв­ля­ет­ся в соци­аль­ных сетях, харак­те­ри­зу­ют­ся опре­де­лен­ны­ми осо­бен­но­стя­ми сек­су­аль­ных уста­но­вок. По боль­шин­ству пока­за­те­лей груп­па одно­род­на, исклю­чая пока­за­тель агрес­сии по отно­ше­нию к парт­не­ру.

Литература

  1. Ажги­хи­на Н. Ген­дер­ные сте­рео­ти­пы в совре­мен­ных масс-медиа // Жен­щи­ны: сво­бо­да сло­ва и твор­че­ства: сбор­ник ста­тей. М.: Эслан, 2001. 200 с.
  2. Айз­ман Н.И., Зин­чен­ко Ю.П. Осо­бен­но­сти сек­су­аль­ной сфе­ры сту­ден­ток вуза // Сибир­ский пси­хо­ло­ги­че­ский жур­нал. 2012. № 43. С. 59—67.
  3. Кости­ко­ва И.В. Вве­де­ние в ген­дер­ные иссле­до­ва­ния: учеб­ное посо­бие для сту­ден­тов вузов. М.: Аспект Пресс, 2005. 235 с.
  4. Гущин В.А., Буга­ков И.С., Луст­берг А.Э., Чере­пен­чук И.С., Мали­нов­ская С.В. Твор­че­ское дви­же­ние роле­вых игр // Нефор­маль­ные моло­деж­ные сооб­ще­ства Санкт-Петер­бур­га: тео­рия, прак­ти­ка, мето­ды про­фи­лак­ти­ки экс­тре­миз­ма / Под ред. А.А. Коз­ло­ва. СПб.: «Кон­такт», 2008. 277 с.
  5. Жуй­ко­ва И.В. Ген­дер­ные осо­бен­но­сти выбо­ра пове­ден­че­ских стра­те­гий в под­рост­ко­вом воз­расте // Новые педа­го­ги­че­ские тех­но­ло­гии. 2014. № 16. С. 119—122.
  6. Здра­во­мыс­ло­ва Е.А., Тем­ки­на А.А. Соци­аль­ное кон­стру­и­ро­ва­ние ген­де­ра // Социо­ло­ги­че­ский жур­нал. 2003. № 3—4. С. 171—182.
  7. Ильин Е.П. Пол и ген­дер. СПб.: Питер, 2010. 688 с.
  8. Каса­бо­ва И.С. Кри­те­рии выбо­ра одеж­ды совре­мен­ны­ми девуш­ка­ми в свя­зи с их ген­дер­ной иден­тич­но­стью // Изве­стия Южно­го феде­раль­но­го уни­вер­си­те­та. Педа­го­ги­че­ские нау­ки. 2016. № 1. С. 99—105.
  9. Кле­ци­на И.С. Ген­дер­ная соци­а­ли­за­ция: учеб­ное посо­бие. СПб.: Изда­тель­ство РГПУ им. А.И. Гер­це­на, 1998. 92 с.
  10. Коз­лов В.В., Шухо­ва Н.А. Ген­дер­ная пси­хо­ло­гия: учеб­ник для вузов. СПб.: Речь, 2010. 270 с.
  11. Кул­ди­на Е.С. Прак­ти­ки кросспо­ла в ани­ме-суб­куль­ту­ре // Тези­сы докла­дов меж­дис­ци­пли­нар­ной науч­но-иссле­до­ва­тель­ской сту­ден­че­ской кон­фе­рен­ции «Модер­ни­за­ция Рос­сии: вари­ан­ты, пути, реше­ния» (Санкт-Петер­бург, 24 апре­ля 2010). СПб: Изда­тель­ство Поли­тех­ни­че­ско­го уни­вер­си­те­та, 2010. С. 263—266.
  12. Лати­на С.В. Феми­низм и ген­дер­ные иссле­до­ва­ния. Запад и Рос­сия // Моло­дой уче­ный. 2012. № 11. С. 527—531.
  13. Меще­ря­ко­ва Э.И., Жиги­нас Н.В. Пси­хо­ло­ги­че­ские осо­бен­но­сти мас­ку­лин­но­го и фемин­но­го агрес­сив­но­го рече­во­го сти­ля // Сибир­ский пси­хо­ло­ги­че­ский жур­нал. 2002. № 16—17. С. 52—55.
  14. Оста­пен­ко И.А. Ген­дер­ная иден­тич­ность и само­пре­зен­та­ция в Интер­нет­ком­му­ни­ка­ции (соци­аль­но-фило­соф­ский ана­лиз): Дис. … канд. фило­соф. наук. Ростов-на-Дону, 2004. 196 с.
  15. Омель­чен­ко Е.Л. Моло­деж­ные куль­ту­ры и суб­куль­ту­ры = Youth Cultures and Subcultures. М.: Ин‑т социо­ло­гии РАН, 2000. 261 с.
  16. Пику­лё­ва О.А. Само­пре­зен­та­ция лич­но­сти в про­цес­се соци­аль­но­го вза­и­мо­дей­ствия // Вест­ник С‑Петерб. ун-та. Сер. 6 «Фило­со­фия, поли­то­ло­гия, социо­ло­гия, пра­во, меж­ду­на­род­ные отно­ше­ния». 2005. № 3. С. 75—97.
  17. Экс­а­ку­сто Т.В., Черед­ни­чен­ко М.О. Осо­бен­но­сти цен­ност­ных и карьер­ных ори­ен­та­ций жен­щин с раз­ной ген­дер­ной иден­тич­но­стью // Гума­ни­тар­ные науч­ные иссле­до­ва­ния. 2014. № 11 (39). С. 142—148.
  18. Butler J. Gender Trouble: Feminism and the Subversion of Identity. London: Routledge, 1990.
  19. Lakoff R. Language and women’s Place / Language in Society. 1973. № 2. P. 45—79.
Источ­ник: Соци­аль­ная пси­хо­ло­гия и обще­ство. 2019. Т. 10. № 4. С. 131—142. doi:10.17759/sps.2019100409

Об авторе

Алё­на Михай­лов­на Первит­ская — кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ских наук, доцент, доцент кафед­ры пси­хо­ло­гии, Кур­ган­ский госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет, Кур­ган, Рос­сия.

Категории

Метки

Публикации

ОБЩЕНИЕ

CYBERPSY — первое место, куда вы отправляетесь за информацией о киберпсихологии. Подписывайтесь и читайте нас в социальных сетях.

vkpinterest