Сапон И.В., Леденев Д.Е. Возраст пользователя и самораскрытие в профиле социальной сети «ВКонтакте»

С

Введение

В эпоху социальных сетей проблема приватности личных данных становится одной из важнейших проблем современности. Социальные сети, являясь наиболее популярными и удобными платформами для общения, способствуют распространению большого количества личных данных пользователей [1]. Они позволяют моментально, почти «в один клик» поделиться информацией о себе с любым количеством людей. 

Одним из таких способов является заполнение личного профиля — публичного пространства социальной сети, где можно разместить почти всю информацию о себе: город проживания, личные фото, электронную почту, номер телефона, мировоззрение, предпочтения в музыке, книгах или фильмах.

Заполненный профиль играет важную роль в создании благоприятного образа и увеличивает доверие к персоне владельца. Раскрытие информации в профиле может помочь в поиске единомышленников: схожие интересы создают предпосылки к успешной коммуникации и развитию отношений [2].

Акцентируя внимание на преимуществах раскрытия личных данных, пользователи нередко публикуют гораздо больше информации о себе, чем они изначально планировали [3].

Однако наличие в сети большого количества персональных данных может таить в себе определенную угрозу. Пользователь может подвергнуться шантажу и мошенничеству, на основе его данных составляется психологический портрет личности для предложения микротаргентинговой рекламы. 

Изучение самораскрытия в профиле и факторов, оказывающих на него влияние, поможет приблизиться к пониманию поведения пользователей в социальных сетях и пролить свет на проблему распространения и использования персональных данных в современном мире.

На данный момент некоторые аспекты онлайн-самораскрытия изучены достаточно хорошо. За более чем 15 лет зарубежными социологами было приложено немало усилий к осмыслению данного феномена. 

Изучались типы раскрываемой информации в профиле [4; 5], культурные различия в онлайн-самораскрытии между пользователями разных стран [6; 7], мотивы самораскрытия в социальных сетях [8–10]. Тем не менее существующих эмпирических исследований, которые рассматривают, как демографические характеристики пользователей влияют на количество и тип раскрываемой в профиле информации, недостаточно. 

Проведенное нами ранее исследование показало, что гендер оказывает определенное влияние на типы раскрываемой информации в профиле социальной сети «ВКонтакте».

Статистически значимая разница наблюдалась в раскрытии 18 из 27 категорий информации, при этом большинство полей в профиле мужчины заполняли чаще женщин (особенно это касалось «Мировоззрения», «Музыкальных» и «Политических предпочтений») [11].

Являясь одной из основных демографических переменных, возраст пользователя также может оказывать значительное влияние на самораскрытие, что может быть обусловлено различиями в использовании интернет-пространства у людей разных возрастов, к примеру, разным отношением к формированию онлайн-идентичности [12].

Таким образом, цель настоящего исследования — проверить, оказывает ли возраст пользователя влияние на количество и тип раскрываемой информации в профиле российской социальной сети «ВКонтакте». Для этого мы сравним самораскрытие в профиле пользователей разных возрастов и оценим статистическую значимость выявленных различий. Полученные результаты могут быть интересны исследователям, изучающим вопросы приватности и поведение людей в онлайн-пространстве.

Обзор литературы

В отечественной литературе тема влияния возраста на самораскрытие в профиле социальной сети представлена недостаточно. Исследователи, которые затрагивают проблему раскрытия персональных данных в социальных сетях, зачастую не акцентируют внимание на профиле или не рассматривают влияние возраста [13; 14].

Одной из последних работ, наиболее близких к этой теме, можно назвать работу Я. Е. Синявской. В ней изучалась приватность пользователей различных поколений в социальных сетях. Показатели приватности рассчитывались на основе данных о количестве личной информации, которую сообщил о себе респондент в социальной сети для разных по степени «близости» категорий людей [15].

Несомненным достоинством работы является использование в качестве метода исследования контент-анализа личных страниц, который, по сравнению с опросом, позволяет объективнее изучить степень раскрытия личной информации в профиле. Минусом работы можно считать недостаточный, на наш взгляд, размер выборки — 188 пользователей социальной сети «ВКонтакте» в возрасте от 14 до 88 лет. 

Были выделены три поколения (по возрасту): 14–23; 24–50; 51–88 лет, куда вошли 92, 70 и 26 человек соответственно. При данном размере выборки, изучая частоту раскрытия различных типов информации, можно столкнуться с ситуацией, когда количество человек, заполнивших то или иное «поле» в профиле, меньше десятка или вовсе близко к нулю, что негативно сказывается на качестве анализа и выявлении возрастных различий в самораскрытии.

В зарубежных исследованиях последних лет, изучающих влияние возраста на самораскрытие в социальной сети, чаще всего рассматриваются записи на стене или статусы на личной странице. Результаты таких исследований противоречивы: в ряде работ отмечается, что возраст оказывает отрицательное влияние на степень саморасрытия [16; 17]; в других же обнаруживается, что с возрастом пользователи, наоборот, более склонны к раскрытию информации в социальных сетях [5].

В контексте самораскрытия в профиле следует выделить менее современную работу (2010 года), в которой рассматривалось влияние возраста на раскрытие определенных типов информации в профиле Facebook [18]. Контент-анализ включил в себя личную информацию 301 пользователя в возрасте от 19 до 47 лет. 

Данные были разделены на три категории: идентификационная информация (пол, возраст, город, фотография профиля), приватная информация (электронная почта, работодатель, должность, список подарков и список друзей) и потенциально стигматизирующая информация (религиозные и политические взгляды, интересы, деятельность). 

Результаты линейной регрессии показали, что возраст оказывал значимое влияние на частоту указания всех категорий информации. Плюсом данной работы является использование контент-анализа в качестве метода сбора данных и применение статистических методов анализа (линейной регрессии), что может говорить о высоком уровне представленных научных результатов.

В целом на данный момент исследований, которые изучали бы влияние возраста на самораскрытие в профиле социальной сети, недостаточно, как в зарубежной, так и в отечественной литературе. Наша работа направлена на то, чтобы заполнить данный пробел.

Одной из важных теоретических основ данной работы является теория управления приватностью (ТУП) Сандры Петронио (Communication privacy management theory). Как показал проведенный нами в 2018 году обзор эмпирических исследований, данная теория помогает наиболее системно объяснить самораскрытие в социальных сетях [19]. К тому же ТУП высоко оценивают многие зарубежные исследователи [20; 21]. Она оказалась созвучной времени: определение приватности Сандры Петронио совпадает с актуальным в эпоху социальных медиа понятием информационной приватности и понимается как управление потоком личной информации, то есть способность человека контролировать, какая информация и при каких условиях станет известна другим или останется в тайне.

Теория рассматривает самораскрытие с точки зрения управления границами приватности (границами между частной и общественной информацией). Фундаментальным положением ТУП является утверждение о том, что люди обладают правом собственности на частную информацию, то есть считают, что владеют ею и могут решать: предоставлять другим доступ или отказывать им в праве владения.

Теория также дает наиболее широкое представление о факторах, влияющих на самораскрытие. Так, она постулирует, что границы приватности могут расширяться или сжиматься на разных этапах жизни человека [22].

Например, у подростков и взрослых существует тенденция расширения границ приватности, поскольку данные жизненные этапы характеризуются активным развитием новых отношений. А у пожилых людей наоборот границы приватности начинают сужаться, и они выражают большую обеспокоенность по поводу сохранения конфиденциальности информации [23].

Как известно, самораскрытие является важным структурным элементом построения взаимоотношений как в онлайн-, так и в оффлайн-пространстве. Согласно теории социального проникновения (Social penetration theory), близкие отношения между людьми выстраиваются в ходе их поочередного и последовательного самораскрытия [24].

Учитывая все вышесказанное, можно предположить, что молодые люди, находящиеся в процессе поиска и развития социальных отношений [25], являющиеся при этом наиболее активными пользователями социальных медиа [26], раскрывают бóльшее количество сведений о себе на страницах социальных сетей, чем пользователи других возрастов.

Таким образом, в рамках данной статьи на примере раскрытия личных данных в профиле социальной сети «ВКонтакте» мы выявим, какое влияние оказывает возраст на онлайн-самораскрытие пользователя. Мы проверим следующие гипотезы:

  1. Возраст пользователя оказывает влияние на раскрытие информации в профиле.
  2. Молодые люди раскрывают бóльшее количество различных типов информации в профиле социальной сети, чем пользователи более зрелого возраста.

Материалы и методы

В июле 2018 года был проведен контент-анализ персональных страниц участников социальной сети «ВКонтакте» (входящих в список друзей одного из авторов) с целью определить, оказывает ли возраст пользователя влияние на его самораскрытие. 

С помощью автоматизированной системы сбора и обработки данных, реализованной на языке программирования Python, были получены данные 2 122 личных страниц пользователей социальной сети «ВКонтакте», добровольно раскрытые ими в публичном пространстве сети.

Рисунок 1. Возрастной состав 2 122 пользователей социальной сети «ВКонтакте»
Рисунок 1. Возрастной состав 2 122 пользователей социальной сети «ВКонтакте»

Из полученного массива (рис. 1) для дальнейшего анализа были отобраны аккаунты пользователей в возрасте от 22 до 42 лет (в этом диапазоне количество человек одного возраста было представлено в достаточной мере, что позволяло проводить статистический анализ и делать обоснованные выводы). 

Выбор данного возрастного диапазона можно также объяснить тем, что именно эта категория людей является наиболее активной аудиторией социальной сети «ВКонтакте», что подтверждается результатами ежемесячного мониторинга активности пользователей, проводимого компанией Brand Analytics [27].

Итоговый массив данных включил 1 658 пользователей. Средний возраст составил 31,2 года (SD = 4,69), мужчин было несколько больше, чем женщин (856 против 802).

Далее мы проанализировали самораскрытие пользователей по 27 типам информации в профиле. В рамках нашего исследования учитывалась лишь частота раскрытия данных: наличие (1) или отсутствие (0) сведений в соответствующем поле; но не рассматривался объем самораскрытия (например, количество указанных слов) или его содержание (семантическое наполнение полей личной страницы).

Для оценки статистической значимости влияния возраста на самораскрытие использовался критерий хи-квадрат Пирсона (χ2) для таблиц сопряженности. Мы разделили всех пользователей на 3 равные возрастные категории: 22–28; 29–35; 36–42 года, в которые вошли 490, 864 и 304 человек соответственно. Далее мы сравнили эти группы по средней частоте раскрытия каждого из 27 типов информации в профиле (было построено 27 таблиц сопряженности). 

Если вычисленное значение критерия хи-квадрат Пирсона по каждому типу информации превышало критическое (например, χ2 критическое, равное 4,605 при р = 0,1 и df = 2), то гипотеза о независимости переменных отвергалась, а выявленные различия считались существенными на данном уровне статистической значимости. Это позволяло сделать вывод о существовании некоторой связи между переменными «возраст» и «самораскрытие».

Результаты и обсуждение

В социальной сети «ВКонтакте» пользователи могут раскрывать различные типы личной информации в профиле: интересы, образование, семейное положение, номер телефона. Для удобства предоставления данных мы разделили все типы информации на несколько категорий, согласно тому, как близко они находятся в интерфейсе данной социальной сети.

Так, категория «Основная информация» (табл. 1) включила в себя демографическую и контактную информацию пользователя, а также фотографию профиля и текущий «Статус».

Результаты проведенного анализа с применением критерия хи-квадрат Пирсона показали, что между рассмотренными возрастными группами пользователей существует значимая разница в частоте раскрытия трех типов информации: «Возраст», «Статус» и «Ссылки на другие соцсети». Но если частота публикации «Статуса» с возрастом увеличивается, то частота указания «Возраста», наоборот, уменьшается.

Таблица 1. Частота раскрытия категории «Основная информация», %

Таблица 1. Частота раскрытия категории «Основная информация»
Примечание. *, **, *** — значимость на 10, 5 и 1 %-м уровнях соответственно (df = 2).

На данном этапе исследования этому сложно найти очевидное объяснение. Можем лишь выдвинуть некоторые предположения. Как показало одно из наших предыдущих исследований [28], поле «Статус» может содержать немалую долю рекламной информации (например, сведений о товарах и услугах). 

Предполагаем, что пользователи постарше чаще используют данную социальную сеть для профессиональной самопрезентации [29], в силу чего чаще заполняют графу «Статус» для рекламы товаров и услуг. Однако это утверждение требует проверки в будущих исследованиях.

Более редкое указание взрослыми пользователями (категория «36–42») своих данных в профиле в поле «Возраст», можно с некоторой осторожностью связать с темами эйджизма и возрастной идентичности. 

Учитывая, что «возрастная самопрезентация зависит от социального и исторического контекста» [30], а контекст социальных сетей все же предполагает молодежную среду, вероятно, что взрослые пользователи могут стараться избегать указания своей даты рождения. По крайней мере нам известны случаи, когда несовершеннолетние при ответах на вопросы анкеты или при заполнении полей профиля социальной сети намеренно завышали свой возраст, считая такую самопрезентацию более престижной и выгодной [29].

Аналогично этому предполагаем, что и пользователи постарше могут скрывать свой возраст в социальных сетях для того, чтобы соответствовать более «молодежному» социальному контексту данной онлайн-среды. Это утверждение также может стать гипотезой для проверки в последующих работах.

Как можно заметить, пользователи в возрасте 22–28 лет чаще других размещают в своем профиле «Ссылки на другие социальные сети». По нашему предположению, это может быть связано с тем, что молодежь, являясь самой активной аудиторией Интернета, по всей видимости, использует бóльшее количество социальных сетей [26]. Вполне возможно, что повышенный интерес к различным социальным ресурсам у молодого поколения сопровождается и более частым указанием перекрестных ссылок на аккаунты в других социальных сетях.

Перейдем к следующим типам личных данных в профиле. В категорию «Жизненная позиция» вошла информация, отражающая взгляды и мировоззрение пользователя (табл. 2).

Таблица 2. Частота раскрытия категории «Жизненная позиция», %

Таблица 2. Частота раскрытия категории «Жизненная позиция», %
Примечание. *, **, *** — значимость на 10, 5 и 1 %-м уровнях соответственно (df = 2).

Наибольшая разница между тремя возрастными группами наблюдалась в раскрытии почти всех типов информации данной категории. Особенно заметно влияние возраста было на раскрытие таких типов информации, как «Мировоззрение», «Главное в людях», «Политические предпочтения». Чем это может быть обусловлено?

Заполнение полей «Мировоззрение» и «Политические предпочтения» в социальной сети «ВКонтакте» представляет собой раскрытие религиозных и политических взглядов. Для этого пользователь должен выбрать подходящий вариант из представленного списка (рис. 2) или указать собственный.

Рисунок 2. Варианты заполнения полей «Мировоззрение» и «Политические предпочтения» в социальной сети «ВКонтакте»
Рисунок 2. Варианты заполнения полей «Мировоззрение» и «Политические предпочтения» в социальной сети «ВКонтакте»

Как можно заметить, «Мировоззрение» и «Политические предпочтения» чаще указываются более зрелыми пользователями (категория «36–42»). Возможно, к этому возрасту индивиды уже точно определились со своими жизненными приоритетами, поэтому охотнее раскрывают данные типы информации. К тому же есть все основания полагать, что с возрастом у людей меняется отношение к политике и религии. В нескольких российских исследованиях было показано, что возраст положительно влияет на интерес к религиозной [31] и политической сферам жизни [32].

В следующую категорию «Интересы» вошла информация о предпочтениях пользователя в музыке, фильмах, играх и книгах. Также тут размещены сведения о роде деятельности и краткое описание себя (табл. 3).

Таблица 3. Частота раскрытия категории «Интересы», %

Таблица 3. Частота раскрытия категории «Интересы», %
Примечание.*,**,*** — значимость на 10,5 и 1 %м уровнях соответственно (df=2).

Как можно заметить, статистически значимая разница была обнаружена в пяти типах информации данной категории. Особенно заметные отличия наблюдались при заполнении полей «О себе», «Деятельность» и «Интересы». Чем старше пользователь, тем в большей степени он был склонен раскрывать эти данные.

Надо сказать, что указанные поля, в отличие от других, требуют от пользователя бо́льших временных и когнитивных затрат, так как заполняются им вручную (без выпадающего списка предлагаемых вариантов). То есть пользователи старшей возрастной категории готовы были потратить большее количество времени на заполнение данных полей. А для этого нужна была определенная мотивация.

Как было показано в одном из отечественных исследований, «полнота самораскрытия личности связана с широтой ее Я-концепции» [33]. С возрастом у человека утверждается система представлений о собственной личности [34], расширяется Я-концепция [33] и очерчивается круг интересов. Поэтому, вполне возможно, взрослые пользователи, лучше понимая себя и свои интересы, имели больше возможностей и стимулов для самоописания. И данные поля профиля позволили им более подробно и точно рассказать о себе, своих интересах и деятельности.

Перейдем к последней категории данных, которая представляет собой контент, накопленный пользователем в процессе использования социальной сети (табл. 4). Доступ к каждому типу контента в профиле «ВКонтакте» регулируется отдельной настройкой приватности. 

К примеру, пользователь может предоставить доступ к «Фотографиям», на которых он был отмечен, или к списку своих «Подарков». Самораскрытие по данным типам информации рассматривается нами как наличие контента и одновременно предоставление сетевым друзьям права доступа к нему.

Таблица 4. Частота предоставления доступа к категории «Медиаконтент», %

Таблица 4. Частота предоставления доступа к категории «Медиаконтент», %
Примечание.*,**,***— значимость на 10 ‚5 и 1 %м уровнях соответственно (df=2).

Можно заметить, что более зрелые пользователи чаще других предоставляют доступ к своему медиаконтенту («Список групп», «Фото с пользователем», «Список аудиозаписей»). При этом в каждой последующей возрастной группе частота раскрытия увеличивается. Вероятно, молодые пользователи либо реже добавляют данный контент на свою страницу, либо чаще скрывают его настройками приватности.

Объяснить подобное поведение на данном этапе исследования сложно. Можно лишь предположить, что все три типа контента могут нести в себе опасность стигматизации. А, как известно, молодые люди в целом чаще используют настройки приватности в социальных сетях [15; 23]. 

Так, по нашему предположению, пользователи старшей возрастной категории («36–42») в большей степени готовы предоставлять доступ к «Фото с пользователем», так как у взрослых людей на фотографиях чаще могут быть изображены социально приемлемые темы (например, семья). 

В то время как молодые пользователи могут чаще закрывать доступ к данной информации: предпочитая «шумные компании», они могут опасаться того, что в сеть попадут не вполне приемлемые фотографии. По такой же причине молодые люди могут чаще скрывать «Список групп», где могут преобладать неформальные или стигматизирующие сообщества. Аналогичная ситуация может быть и со «Списком аудиозаписей»: в данный перечень зачастую могут попадать записи, наличие которых не хотелось бы показывать взрослым и значимым фигурам [35].

Выводы

В данной работе была предпринята попытка подтвердить предположение теории управления приватностью Сандры Петронио о том, что с возрастом у людей изменяются границы приватности. Для этого мы рассмотрели влияние возраста пользователя на количество и тип раскрываемой информации в профиле социальной сети «ВКонтакте».

Мы установили, что возраст пользователя оказывает влияние на раскрытие 17 из 27 типов данных в профиле. Наибольшая разница между возрастными группами проявлялась в частоте заполнения полей: «Возраст», «Список групп», «О себе», «Фото с пользователем», «Мировоззрение».

При этом, чем старше пользователи, тем в большей степени они склонны были раскрыть большинство категорий личных данных в профиле (исключение составили «Возраст» и «Ссылки на другие соцсети»: раскрытие данных типов информации более характерно для младших пользователей нашей выборки). 

Таким образом, можно сделать вывод, что с возрастом у людей действительно изменяются границы приватности, в частности, по отношению к некоторым типам информации в профиле социальной сети.

Однако, на наш взгляд, влияние возраста пользователя на самораскрытие в профиле может быть связано не только с тем, как с возрастом меняются интересы человека и его социальные потребности, но и с тем, как изменяется мода на приватность.

Взрослые пользователи из нашей выборки, скорее всего, зарегистрировались на начальном этапе становления данной социальной сети (в 2007–2008 годах), когда самораскрытие в профиле, так сказать, «вошло в моду». 

Как отмечали пользователи «ВКонтакте» в ходе проведенного нами ранее интервью, именно на этапе появления данной сети заполнять профиль было интересно. Молодые люди массово регистрировались и активно раскрывали информацию на личных страницах. Их интерес подогревался не только модой, но и техническим стимулом — системой рейтинга: заполненный профиль получал высокие баллы, и это давало пользователю определенные преимущества в данной сети. 

При этом, как отмечали многие респонденты, заполненный на начальном этапе становления сети профиль с течением времени редко подвергался изменениям, поэтому объем самораскрытия сохранился в нем почти в первоначальном виде [35].

Так как в социальной сети «ВКонтакте» существует минимальный возрастной порог вхождения (14 лет), можем предположить, что часть пользователей из возрастной группы 22–28 зарегистрировались и заполнили профиль не на начальном этапе появления данной сети, а несколько позже, когда пик популярности сети несколько снизился, а рейтинг аккаунтов был устранен (в 2010–2012 годах). 

Соответственно, у зарегистрировавшихся позже пользователей было меньше стимулов для заполнения информации в профиле.

Таким образом, вероятно, найденная нами разница в самораскрытии пользователей обусловлена также временем вхождения в сеть и соответствующей модой на приватность, существовавшей в данной онлайн-среде на момент регистрации пользователей.

Сравнивая полученные результаты с результатами зарубежных исследований, можно увидеть противоречия. Так в одной из работ, в которой рассматривалось самораскрытие в профиле Facebook, отмечалось: чем старше пользователь, тем в целом он меньше склонен раскрывать личную информацию и в большей степени проявляет обеспокоенность вопросами приватности [16; 18]. 

Возможно, отличия в полученных результатах обусловлены тем, что в работах анализировались различные социальные сети в разные периоды их существования, а в выборку входили пользователи из разных географических и культурных областей. А, как известно, самораскрытие может сильно меняться в зависимости от культурной среды и контекста, в котором происходит коммуникация [22].

В данной работе можно выделить следующие ограничения.

Во-первых, неслучайная выборка: рассматривались пользователи, входящие в список друзей одного из авторов. Это затрудняет интерпретацию и не позволяет распространить полученные результаты на всех пользователей «ВКонтакте». Однако это позволило нам проанализировать наибольшее количество информации в профиле пользователей, так как она не была скрыта настройками приватности. К тому же такой подход помог нам исключить из выборки «ненастоящие» страницы, так как автор в той или иной степени был знаком со всеми пользователями, вошедшими в выборку.

Во-вторых, в силу того, что выборка включала только друзей автора, в нее попал ограниченный диапазон возрастов (22–42 года). Тем не менее данный диапазон охватил наиболее многочисленную возрастную группу пользователей социальной сети «ВКонтакте» [27].

Несмотря на приведенные недостатки, данное исследование может внести определенный вклад в изучение влияния возраста на самораскрытие в профиле и привлечь внимание к проблеме приватности личных данных в онлайн-пространстве.

В будущих исследованиях необходимо учесть вышеперечисленные недостатки и проанализировать влияние возраста на случайной выборке. Фактор случайности может обеспечить присутствие всех возрастных диапазонов, а полученные результаты можно будет распространить на всех пользователей социальной сети «ВКонтакте».

В дальнейших работах также важно применять не только количественные, но и качественные методы исследования. Это необходимо для изучения мотивов и особенностей самораскрытия пользователей разных возрастных категорий. 

Также стоит рассмотреть влияние на данный процесс и других факторов, таких как проведенное в сети время, цель использования социальной сети, семейное положение пользователя. Все это будет способствовать наиболее полному и глубокому пониманию процесса самораскрытия в профиле социальной сети и в онлайн-пространстве в целом.

Благодарности

Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ и Правительства Новосибирской области в рамках научного проекта № 19-411-543002 «Исследование самораскрытия в профиле на примере социальной сети “ВКонтакте”».

Библиографический список

  1. Cheung, C. Self-disclosure in social networking sites : The role of perceived cost, perceived benefits and social influence / C. Cheung, Z. W. Y. Lee, T. K. H. Chan. – Текст : непосредственный // Internet Research. – 2015. – Vol. 25, Issue 2. – P. 279–299.
  2. Baym, N. K. Socially mediated publicness : An introduction / N. K. Baym, D. Boyd. – DOI 10.1080/08838151.2012.705200. – Текст : непосредственный // Journal of Broadcasting & Electronic Media. – 2012. – Vol. 56, Issue 3. – P. 320–329.
  3. Schouten, A. P. An experimental Test of Processes Underlying Self-Disclosure in Computer-Mediated Communication / A. P. Schouten, P. M. Valkenburg, J. Peter. – Текст : электронный // Cyberpsychology : Journal of Psychosocial Research on Cyberspace. – 2009. – Vol. 3, Issue 2.
  4. Bevan-Dye, A. L. South African Generation Y students’ self-disclosure on Facebook / A. L. Bevan-Dye, U. Akpojivi. – DOI 10.1177/0081246315602645. – Текст : непосредственный // South African Journal of Psychology. – 2016. – Vol. 46, Issue 1. – P. 114–129.
  5. Wang, Y. C. Modeling Self-Disclosure in Social Networking Sites / Y. C. Wang, M. Burke, R. Kraut.– Текст : непосредственный // Proceedings of the 19th ACM conference on Computer-Supported Cooperative Work & Social Computing. – 2016. – P. 74–85.
  6. Trepte, S. Cultural differences in social media use, privacy, and self-disclosure : research report on a multicultural study / S. Trepte, P. K. Masur. – 2016. – Текст : электронный.
  7. Themes of Facebook Status Updates and Levels of Online Disclosure : The Case of University Students / S. Aljasir, A. Bajnaid, T. Elyas, M. Alnawasrah. – DOI 10.5430/ijba.v8n7p80. – Текст : непосредственный // International Journal of Business Administration. – 2017. – Vol. 8, Issue 7. – P. 80–97.
  8. Febriawan, I. M. Convenient for Positive Expression : Role of Expressivity and Internet Use Motives to Online Self-disclosure / I. M. Febriawan. – Текст : непосредственный // International Conference on Psychology and Multiculturalism 2017. – Atma Jaya Catholic University of Indonesia (November, 2017). – P. 147–157.
  9. Al-Kandari, A. Needs and Motives of Instagram Users that Predict Self-disclosure Use : A Case Study of Young Adults in Kuwait / A. Al-Kandari, S. R. Melkote, A. Sharif. – DOI 10.1177/0973258616644808. – Текст : непосредственный // Journal of Creative Communications. – 2016. – Vol. 11, Issue 2. – P. 85–101.
  10. Crabtree, M. A. Extending the Dual Factor Model of Facebook Use: Social motives and network density predict Facebook use through impression management and open selfdisclosure / M. A. Crabtree, D. R. Pillow. – DOI 10.1016/j.paid.2017.06.017. – Текст : непосредственный // Personality and Individual Differences. – 2018. – Vol. 133. – P. 34–40.
  11. Сапон, И. В. Раскрытие личной информации в профиле социальной сети «ВКонтакте» / И. В. Сапон, Д. Е. Леденев. – Текст : непосредственный // Устойчивое развитие науки и образования. – 2018. – № 9. – С. 207–214.
  12. Online and offline social networks : Use of social networking sites by emerging adults / K. Subrahmanyam, S. M. Reich, N. Waechter, G. Espinoza – Текст : непосредственный // Journal of applied developmental psychology. – 2008. – Vol. 29, Issue 6. – P. 420–433.
  13. Солдатова, Г. У. Персональные данные и дети : вопросы безопасности / Г. У. Солдатова, О. И. Теславская. – Текст : непосредственный // Эпоха науки. – 2017. – № 12. – С. 92–102.
  14. Ефимова, Г. З. Влияние социальных сетей на личность / Г. З. Ефимова, Е. В. Зюбан. – Текст : электронный // Мир науки. Педагогика и психология. – 2016. – T. 4, № 5. 
  15. Синявская, Я. Э. Отношение к приватности в социальных сетях у людей разных поколений : специальность 030300 «Психология», основная образовательная программа «Социальная психология» : диссертация на соискание степени магистра. – Санкт-Петербург, 2016. – 129 с. – Текст : непосредственный.
  16. Age differences in privacy attitudes, literacy and privacy management on Facebook / M. Kezer, B. Sevi, Z. Cemalcilar, L. Baruh. – Текст : электронный // Cyberpsychology: Journal of Psychosocial Research on Cyberspace. – 2016. – Vol. 10, Issue 1. 
  17. Li, K. An empirical analysis of users’ privacy disclosure behaviors on social network sites / K. Li, Z. Lin, X. Wang. – DOI 10.1016/j.im.2015.07.006. – Текст : непосредственный // Information & Management. – 2015. – Vol. 52, Issue 7. – P. 882–891.
  18. Nosko, A. All about me : Disclosure in online social networking profiles : The case of FACEBOOK / A. Nosko, E. Wood, S. Molema. – DOI 10.1016/j.chb.2009.11.012. – Текст : непосредственный // Computers in Human Behavior. – 2010. – Vol. 26, Issue 3. – P. 406–418.
  19. Сапон, И. В. Самораскрытие пользователей в социальных сетях : теоретический обзор / И. В. Сапон, Д. Е. Леденев. – Текст : непосредственный // Вестник НГУЭУ. – 2018. – № 3. – С. 267–288.
  20. Margulis, S. T. Three Theories of Privacy : An Overview / S. T. Margulis. – DOI 10.1007/978-3-642-21521-6_2. – Текст : непосредственный // Privacy Online : Perspectives on Privacy and Self-Disclosure in the Social Web / Edited by S. Trepte, L. Reinecke. – Springer, Berlin, Heidelberg, 2011. – P. 9–17.
  21. Masur, P. K. Situational Privacy and Self-Disclosure : Communication processes in online environments / P. K. Masur. – DOI 10.1007/978-3-319-78884-5. – Springer, 2018. – 394 р. – Текст : непосредственный.
  22. Petronio, S. Boundaries of Privacy : Dialectics of Disclosure / S. Petronio. – State University of New York Press, Albany, 2002. – 231 p. – Текст : непосредственный.
  23. Litt, E. Understanding social network site users’ privacy tool use / E. Litt. – DOI 10.1016/j.chb.2013.01.049. – Текст : непосредственный // Computers in Human Behavior. – 2013. – Vol. 29, Issue 4. – P. 1649–1656.
  24. Altman, I. Social penetration : the development of interpersonal relationships / I. Altman, D. Taylor. – New York: Holt, Rinehart & Winston, 1973. – 212 p. – Текст : непосредственный.
  25. Van den Broeck, E. Older and Wiser? Facebook Use, Privacy Concern, and Privacy Protection in the Life Stages of Emerging, Young, and Middle Adulthood / E. Van den Broeck, K. Poels, M. Walrave. – Текст : электронный // Social Media + Society. – 2015. – Vol. 1, Issue 2.
  26. Волков, Д. Российский медиа-ландшафт 2019 : телевидение, пресса, интернет и социальные сети / Д. Волков, С. Гончаров. – Текст : электронный. 
  27. Brand Analytics. Статистика социальных сетей. – Текст : электронный.
  28. Сапон, И. В. Виртуальная личность: сетевой эффект самораскрытия / И. В. Сапон, Д. Е. Леденев. – Текст : непосредственный // Научный результат. Социология и управление. – 2020. – Т. 6, №. 2. – С. 36–50.
  29. Сапон, И. В. Особенности самораскрытия в профиле социальной сети у пользователей различных поколений (X, Y, Z) / И. В. Сапон, Д. Е. Леденев. – Текст : непосредственный // Психология человека и общества. – 2020. – № 3 (20). – С. 33–40.
  30. Григорьева, И. А. Пожилые женщины: «вниз по лестнице» возраста и гендера / И. А. Григорьева. – Текст : непосредственный // Женщина в российском обществе. – 2018. – №. 1. – С. 5–18.
  31. Нусхаева, Б. Б. Религия : по рождению или сознательный выбор? / Б. Б. Нусхаева. – Текст : непосредственный // Монголоведение (Монгол судлал). – 2017. – № 11 (11). – С. 206–215.
  32. ФОМ. Интерес к событиям в политике. Какие события политической жизни обсуждают россияне в последнее время? – Текст : электронный.
  33. Перепелица, Н. В. Самораскрытие взрослых людей и его связь с Я-концепцией : специальность 19.00.01 «Общая психология, психология личности, история психологии» : диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук / Перепелица Наталья Валерьевна. – Ростов-на-Дону, 2003. – 222 с. – Текст : непосредственный.
  34. Блохина, Т. С. Соотношение понятий «Я-концепция» и «образ Я» / Т. С. Блохина. – Текст : непосредственный // Акмеология. – 2017. – № 3 (63). – С. 23–28.
  35. Сапон, И. В. Приватность данных в профиле социальной сети : интервью с пользователями «ВКонтакте» / И. В. Сапон, Д. Е. Леденев. – Текст : непосредственный // Психология человека и общества. – 2020. – №. 2. – С. 23–28.
Источник: Известия вузов. Социология. Экономика. Политика. 2021.

Об авторах

  • Ирина Валерьевна Сапон - кафедра социологии, политологии и психологии, Сибирский государственный университет телекоммуникаций и информатики, г. Новосибирск, Россия.
  • Дмитрий Евгеньевич Леденев - факультет информатики и вычислительной техники, Сибирский государственный университет телекоммуникаций и информатики, г. Новосибирск, Россия.

Смотрите также:

Категории

Метки

Публикации

ОБЩЕНИЕ

CYBERPSY — первое место, куда вы отправляетесь за информацией о киберпсихологии. Подписывайтесь и читайте нас в социальных сетях.

vkpinterest