Махрина E.A., Тутова Ю.И. Диагностика и профилактика интернет-аддикции у подростков

М

Наша жизнь в насто­я­щий момент про­хо­дит в эпо­ху инфор­ма­ции с гос­под­ством инфор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий, имен­но это явля­ет­ся при­чи­ной изу­че­ния вли­я­ния сети Интер­нет на наше обще­ство, это важ­ная зада­ча, посколь­ку интер­нет-ком­му­ни­ка­ции име­ют боль­шое вли­я­ние на соци­аль­ную реаль­ность. Как гово­рит­ся, «кто вла­де­ет инфор­ма­ци­ей – тот вла­де­ет миром». 

Интер­нет сей­час явля­ет­ся самым объ­ем­ным хра­ни­ли­щем инфор­ма­ции. В насто­я­щее вре­мя мож­но жить и рабо­тать, не поки­дая сво­е­го жилья, толь­ко имея ком­пью­тер, под­клю­чен­ный к сети Интернет. 

Но про­сто­ры сети таят в себе опас­ность. Одну из них пред­став­ля­ет интер­нет-зави­си­мость, кото­рая появ­ля­ет­ся у неко­то­рых пользователей. 

При­зна­ка­ми интер­нет-зави­си­мо­сти явля­ют­ся: неже­ла­ние отвле­кать­ся от рабо­ты (на вто­рой план ухо­дят домаш­ние дела, обще­ние, лич­ные встре­чи, обу­че­ние); зна­чи­тель­ное уве­ли­че­ние денеж­ных затрат на Интер­нет; пре­не­бре­га­ет­ся обще­ние с дру­зья­ми; голод удо­вле­тво­ря­ет­ся слу­чай­ной пищей перед мони­то­ром ком­пью­те­ра, не соблю­да­ет­ся лич­ная гиги­е­на и аддикт начи­на­ет пре­не­бре­жи­тель­но отно­сить­ся к сво­е­му здо­ро­вью; не при­ни­ма­ет кри­ти­ку отно­си­тель­но выбран­но­го обра­за жиз­ни [1 7]

Интер­нет-зави­си­мость еще мало изу­че­на в нашей стране; она явля­ет­ся акту­аль­ной про­бле­мой на сего­дняш­ний день, тре­бу­ю­щей деталь­но­го изу­че­ния и раз­ра­бот­ки про­фи­лак­ти­че­ских и реа­би­ли­та­ци­он­ных программ.

Аддик­тив­ное пове­де­ние (от англ. addiction – склон­ность, пагуб­ная при­выч­ка) явля­ет­ся одним из видов деви­ант­но­го (откло­ня­ю­ще­го­ся) пове­де­ния, в кото­ром у инди­ви­да фор­ми­ру­ет­ся стрем­ле­ние уйти от реаль­но­сти при помо­щи искус­ствен­но­го изме­не­ния сво­е­го пси­хи­че­ско­го состо­я­ния, посред­ством при­ме­не­ния неко­то­рых веществ или посто­ян­ном фик­си­ро­ва­нии вни­ма­ния на опре­де­лен­ных видах дея­тель­но­сти с целью раз­ви­тия и под­дер­жа­ния интен­сив­ных эмо­ций (В.Д. Мен­де­ле­вич, 2007) [7, с. 34].

Такая тен­ден­ция ста­но­вит­ся глав­ной в созна­нии чело­ве­ка, и он пред­при­ни­ма­ет дей­ствия по поис­ку мето­да, поз­во­ля­ю­ще­го ему уйти от реаль­но­сти. Как итог такой чело­век начи­на­ет суще­ство­вать в при­ду­ман­ном мире. Дан­ные дей­ствия не реша­ют про­бле­мы, наобо­рот, усу­губ­ля­ют их, и, как след­ствие, чело­век оста­нав­ли­ва­ет­ся в сво­ем раз­ви­тии, вплоть до деградации.

В 90‑х годах ХХ века фено­мен аддик­ции при­об­ре­та­ет новое направ­ле­ние. Бри­тан­ский уче­ный Марк Гриф­фитс в 1995 г. выявил, что лица, кото­рые актив­но игра­ют в игро­вые авто­ма­ты, име­ют те же симп­то­мы, что и лица, кото­рые упо­треб­ля­ют ПАВ [4, с. 15 16].

М. Гриф­фитс обна­ру­жи­ва­ет эти же при­зна­ки у людей, поль­зу­ю­щих­ся раз­ны­ми тех­но­ло­ги­че­ски­ми устрой­ства­ми (настоль­ные элек­трон­ные игры, теле­при­став­ки, ком­пью­те­ры и т.д.) [4, с. 15 16]. Эти фак­ты при­ве­ли М. Гриф­фит­са к вве­де­нию ново­го науч­но­го тер­ми­на «нехи­ми­че­ская (пове­ден­че­ская) аддик­ция» [4, с. 14 15]. На сего­дняш­ний день выде­ля­ет­ся два вида аддик­ций – хими­че­ская (при при­ме­не­нии ПАВ) и нехи­ми­че­ская (пове­ден­че­ская).

М. Гриф­фитс при помо­щи наблю­де­ния, срав­не­ния и ана­ли­за симп­то­мов нехи­ми­че­ской и хими­че­ской зави­си­мо­стей выде­лил общие при­зна­ки: полу­че­ние удо­воль­ствия от дея­тель­но­сти; повы­ше­ние толе­рант­но­сти, тре­бу­ю­щее уве­ли­че­ния интен­сив­но­сти и про­дол­жи­тель­но­сти дея­тель­но­сти; нали­чие абсти­нент­но­го син­дро­ма; появ­ле­ние кон­флик­та меж­ду посто­ян­ной аддик­тив­ной дея­тель­но­стью и преж­ней иден­тич­но­стью аддик­та в его ближ­нем и более широ­ком соци­аль­ном окружении. 

Как след­ствие – стрем­ле­ние к соци­аль­ной само­изо­ля­ции; реци­ди­вы (подоб­ные алко­голь­ным запо­ям); мно­же­ствен­ные и раз­лич­ные по харак­те­ру кон­флик­ты с соци­аль­ным окру­же­ни­ем в свя­зи с дея­тель­но­стью [3, с. 21 23].

С раз­ви­ти­ем элек­трон­ных тех­но­ло­гий М. Гриф­фин опре­де­лил появ­ле­ние новой фор­мы аддик­ции, свя­зан­ной с сетью Интер­нет. Он пред­рек уве­ли­че­ние коли­че­ства и видов аддик­тив­но­го пове­де­ния из-за откры­ва­ю­щих­ся мно­го­чис­лен­ных воз­мож­но­стей гло­баль­ной инфор­ма­ти­за­ции [4].

Оте­че­ствен­ный уче­ный Ц.П. Коро­лен­ко отме­ча­ет, что эле­мен­ты аддик­ции харак­тер­ны для любой лич­но­сти, ухо­дя­щей от реаль­но­сти при помо­щи изме­не­ния сво­е­го пси­хи­че­ско­го состояния. 

Про­бле­мой аддик­ция ста­но­вит­ся тогда, когда в созна­ние пре­ва­ли­ру­ет жела­ние уйти от реаль­но­сти, явля­ясь глав­ной целью, кото­рая втор­га­ет­ся в жизнь и при­во­дит к раз­ры­ву с реаль­но­стью [5, с. 87].

И.А. Лав­ро­вич при помо­щи сво­их иссле­до­ва­ний создал раз­вер­ну­тую систе­му кри­те­ри­ев интер­нет-аддик­ции. Он счи­та­ет, что о нали­чии интер­нет-аддик­ции может гово­рить нали­чие трех пунктов:

  1. вре­мя, про­ве­ден­ное в сети Интер­нет, для дости­же­ния удо­вле­тво­ре­ния (в неко­то­рых слу­ча­ях при обще­нии в сети чув­ство удо­вле­тво­ре­ния гра­ни­чит с эйфо­ри­ей) зна­чи­тель­но увеличивается.При рав­но­мер­ном по вре­ме­ни пре­бы­ва­нии чело­ве­ка в сети Интер­нет эффект зна­чи­тель­но снижается;
  2. чело­век ста­ра­ет­ся отка­зать­ся от интер­не­та или уде­лять ему мень­ше времени;
  3. при пре­кра­ще­нии или сокра­ще­нии вре­ме­ни пре­бы­ва­ния в сети у поль­зо­ва­те­ля ухуд­ша­ет­ся само­чув­ствие в пери­од от несколь­ких дней до меся­ца и наблю­да­ет­ся два или более пере­чис­лен­ных фак­то­ра: эмо­ци­о­наль­ное и дви­га­тель­ное воз­буж­де­ние; тре­во­га; навяз­чи­вые раз­мыш­ле­ния о том, что сей­час про­ис­хо­дит в интер­не­те; фан­та­зии и меч­ты об интер­не­те; про­из­воль­ные или непро­из­воль­ные дви­же­ния паль­ца­ми, напо­ми­на­ю­щие печа­та­ние на кла­ви­а­ту­ре [6, c. 13].

Рас­смот­рим вли­я­ние интер­нет-аддик­ции на под­рост­ков. Под­рост­ки вклю­ча­ют­ся в ком­пью­тер­ную игру настоль­ко силь­но, что их пере­ста­ет инте­ре­со­вать реаль­ность. Ведь в игре суще­ству­ют пра­ви­ла и зада­чи, кото­рые нуж­но выпол­нять, и если что-то пой­дет не так, то не будет ника­ких реаль­ных потерь, и эту ошиб­ку мож­но будет испра­вить многократно. 

Пере­чис­лим неко­то­рые фак­то­ры, при­вле­ка­ю­щие под­рост­ка в ком­пью­тер­ных играх:

  • малая доля ответ­ствен­но­сти либо пол­ное ее отсутствие;
  • созда­ние соб­ствен­но­го мира, где он глав­ный герой;
  • отвле­че­ние от реаль­ной жиз­ни и про­блем в ней;
  • само­сто­я­тель­ность;
  • воз­мож­ность исправ­ле­ния оши­бок, в том чис­ле многоразовая.

Исхо­дя из этих фак­то­ров, мы можем сде­лать вывод, что ком­пью­тер­ная зави­си­мость начи­на­ет фор­ми­ро­вать­ся на эмо­ци­о­наль­ном уровне, и она воз­ни­ка­ет не мгно­вен­но, а постепенно.

Выде­лим основ­ные при­чи­ны, спо­соб­ству­ю­щие воз­ник­но­ве­нию ком­пью­тер­ной зави­си­мо­сти подростков:

  • недо­ста­ток или отсут­ствие дове­рия и бла­го­при­ят­ных эмо­ци­о­наль­ных отно­ше­ний в семье;
  • неиме­ние у под­рост­ка хоб­би, увле­че­ний, при­вя­зан­но­стей, кото­рые не свя­за­ны с компьютером;
  • низ­кая ком­му­ни­ка­бель­ность, соци­аль­ность, отсут­ствие друзей;
  • нали­чие тяже­лой инва­лид­но­сти либо серьез­но­го забо­ле­ва­ния [7, c. 16]. 

Для про­ве­де­ния эмпи­ри­че­ско­го иссле­до­ва­ния были выбра­ны под­рост­ки, уча­щи­е­ся в сред­ней обра­зо­ва­тель­ной шко­ле № 32 г. Таганрога. 

В иссле­до­ва­нии при­ня­ли уча­стие школь­ни­ки 7 9 клас­сов в коли­че­стве 50 чело­век, воз­раст их соста­вил 13 16 лет. Дан­ная груп­па под­хо­дит под дан­ные пара­мет­ры иссле­до­ва­ния. Бла­го­да­ря тому, что испы­ту­е­мые под­рост­ки хоро­шо зна­ко­мы друг с дру­гом, иссле­до­ва­ние про­хо­ди­ло в сво­бод­ной, спо­кой­ной обстановке.

В каче­стве мето­ди­ки иссле­до­ва­ния был выбран тест Ким­бер­ли Янг на интер­нет-зави­си­мость (в ори­ги­на­ле «Internet Addiction Test» – тест на интер­нет-аддик­цию) – тесто­вая мето­ди­ка, раз­ра­бо­тан­ная и апро­би­ро­ван­ная в 1994 году док­то­ром Ким­бер­ли Янг (Kimberley S.Young), про­фес­со­ром пси­хо­ло­гии Питс­бург­ско­го уни­вер­си­те­та в Брэдфорде.

Тест явля­ет­ся инстру­мен­том для диа­гно­сти­ки пато­ло­ги­че­ско­го при­стра­стия к интер­не­ту (не зави­сит от фор­мы при­стра­стия). Тест состо­ит из 40 вопро­сов, испы­ту­е­мый дает ответ в соот­вет­ствии с 5‑бальной шка­лой Лайк­кер­та. Затем бал­лы сум­ми­ру­ют­ся, и опре­де­ля­ет­ся ито­го­вое зна­че­ние. В. Лос­ку­то­ва адап­ти­ро­ва­ла опрос­ник для рус­ско­го языка. 

Тест запол­ня­ет­ся испы­ту­е­мы­ми само­сто­я­тель­но, так­же суще­ству­ют онлайн-вер­сии. Тест может слу­жить скри­нин­го­вым инстру­мен­том для выбо­ра лиц, нуж­да­ю­щих­ся в кон­суль­та­ции спе­ци­а­ли­ста, так­же тести­ро­ва­ние в дина­ми­ке мож­но про­во­дить для оцен­ки улуч­ше­ния состо­я­ния боль­но­го в про­цес­се лечения.

Мето­ди­ка «Уро­вень соци­аль­ной фруст­ри­ро­ван­но­сти» пред­став­ля­ет собой ори­ги­наль­ный иссле­до­ва­тель­ский инстру­мент, раз­ра­бо­тан­ный для оцен­ки соци­аль­но­го бла­го­по­лу­чия, в том чис­ле соци­аль­ной состав­ля­ю­щей каче­ства жиз­ни. Раз­ра­бо­та­на в 2004 г. в НИПНИ име­ни Бех­те­ре­ва Л.И. Вас­сер­ма­ном, Б.В. Иовле­вым и М.А. Беребиным.

Соци­аль­ная фруст­ри­ро­ван­ность явля­ет­ся след­стви­ем нере­а­ли­за­ции лич­но­стью (здо­ро­вой либо боль­ной) сво­их соци­аль­ных потреб­но­стей. Зна­че­ния этих потреб­но­стей явля­ют­ся инди­ви­ду­аль­ны­ми для каж­дой лич­но­сти и зави­сят от само­оцен­ки (само­со­зна­ния), жиз­нен­ных цен­но­стей и целей, инди­ви­ду­аль­ных спо­соб­но­стей и опы­та реше­ния про­блем­ных и кри­зис­ных ситуаций. 

Соци­аль­ная фруст­ри­ро­ван­ность явля­ет­ся лич­ност­ной харак­те­ри­сти­кой, она опре­де­ля­ет стрес­со­ген­ность соци­аль­ных фруст­ра­то­ров (неудо­вле­тво­рен­ность в семей­ных и рабо­чих отно­ше­ни­ях, поло­же­ни­ем в обще­стве, соци­аль­но-эко­но­ми­че­ским ста­ту­сом, обра­зо­ва­ни­ем, рабо­то­спо­соб­но­стью, пси­хи­че­ским и физи­че­ским здо­ро­вьем и пр.). 

Оцен­ка опре­де­лен­ных пара­мет­ров дает воз­мож­ность запол­нить кон­крет­ным внут­рен­ним содер­жа­ни­ем и поня­ти­ем каче­ства жиз­ни с пози­ций соци­аль­но­го функ­ци­о­ни­ро­ва­ния лич­но­сти и ее адап­тив­ных воз­мож­но­стей. Ины­ми сло­ва­ми, соци­аль­ную фруст­ри­ро­ван­ность мож­но рас­смат­ри­вать как спе­ци­фи­че­ский ком­плекс пере­жи­ва­ний и отно­ше­ний лич­но­сти, воз­ни­ка­ю­щий в ответ на дей­ствие фруст­ри­ру­ю­щих факторов.

На заклю­чи­тель­ном эта­пе на осно­ва­нии мето­да мате­ма­ти­че­ской ста­ти­сти­ки про­из­ве­де­на обра­бот­ка дан­ных при помо­щи U‑критерия Манна-Уитни.

В резуль­та­те тести­ро­ва­ния по мето­ди­ке Ким­бер­ли Янг мы выяви­ли дан­ные, соглас­но кото­рым 48% испы­ту­е­мых (24 чело­ве­ка) име­ют интер­нет-зави­си­мость, 52% (26 чело­век) не име­ют чет­ко выра­жен­ной про­бле­мы с исполь­зо­ва­ни­ем Интер­не­та. Из всех испытуемых:

  • 48% не могут отстра­нить­ся от ком­пью­те­ра, даже если у них есть более важ­ные дела;
  • 30% ста­ра­ют­ся скрыть от род­ных вре­мя, кото­рое они про­во­дят в сети;
  • 40% выби­ра­ют интер­нет вме­сто реаль­но­го общения;
  • 54% счи­та­ют жизнь без интер­не­та скуч­ной и однообразной;
  • 60% игно­ри­ру­ют вре­мя сна для того, что­бы про­во­дить боль­ше вре­ме­ни в интернет-сети;
  • 84% про­во­дят в онлайн-сети более 3‑х часов в день;
  • 54% лег­че общать­ся онлайн с дру­зья­ми, чем в реальности;
  • 40% не могут само­сто­я­тель­но огра­ни­чить вре­мя, про­во­ди­мое онлайн. Из 48% с интер­нет-зави­си­мо­стью 58,3% (14 под­рост­ков) име­ют про­бле­мы, кото­рые свя­за­ны с избы­точ­ным вре­ме­нем, про­ве­ден­ным в сети Интер­нет, 41,7% (10 под­рост­ков) име­ют ярко выра­жен­ную интернет-зависимость.

Резуль­та­ты иссле­до­ва­ния по дан­ной мето­ди­ке явля­ют­ся пуга­ю­щи­ми, так как почти поло­ви­на испы­ту­е­мых ока­за­лись интер­нет-зави­си­мы­ми подростками.

По резуль­та­там мето­ди­ки «Уро­вень соци­аль­ной фруст­ри­ро­ван­но­сти» мы раз­де­ли­ли испы­ту­е­мых на две груп­пы. В первую груп­пу вхо­дят интер­нет-зави­си­мые под­рост­ки, во вто­рую – под­рост­ки с невы­ра­жен­ной интернет-зависимостью. 

По резуль­та­там иссле­до­ва­ния под­рост­ки груп­пы 1 (под­рост­ки с интер­нет-аддик­ци­ей) более не удо­вле­тво­ре­ны сво­ей жиз­нью, име­ют повы­ше­ний уро­вень фруст­ра­ции и тре­вож­но­сти, чем под­рост­ки груп­пы 2 (с невы­ра­жен­ной интернет-аддикцией). 

Мы пред­по­ла­га­ем, что под­рост­ки с интер­нет-аддик­ци­ей пере­клю­ча­ют­ся на интер­нет-сети, что­бы в них чув­ство­вать себя спо­кой­нее и уве­рен­нее, чем в реаль­ной жиз­ни. Рас­смот­рим дан­ные по сфе­рам неудо­вле­тво­рен­но­сти под­рост­ков с интернет-зависимостью:

  • неудо­вле­тво­рен­ность обра­зо­ва­ни­ем выяв­ле­но у 50% респондентов;
  • неудо­вле­тво­рен­ность отно­ше­ни­я­ми со сверст­ни­ка­ми у 41,6%;
  • неудо­вле­тво­рен­ность отно­ше­ни­я­ми с роди­те­ля­ми у 54,2%;
  • неудо­вле­тво­рен­ность про­ве­де­ния досу­га у 33,3%.

Пред­став­лен­ные дан­ные жиз­нен­ных аспек­тов под­рост­ков в таком высо­ком зна­че­нии гово­рят о том, что неудо­вле­тво­рен­ность эти­ми аспек­та­ми при­во­дит к фор­ми­ро­ва­нию интернет-аддикции. 

На при­чи­ны соци­аль­ной фруст­ра­ции и неудо­вле­тво­рен­но­сти могут вли­ять сле­ду­ю­щие фак­то­ры: низ­кая само­оцен­ка, соци­аль­ная дез­адап­та­ция, деви­ант­ное пове­де­ние либо уже сфор­ми­ро­вав­ша­я­ся зависимость. 

Отме­тим, что в пери­од под­рост­ко­во­го воз­рас­та у несо­вер­шен­но­лет­не­го меня­ет­ся созна­ние и при­о­ри­те­ты, в этот пери­од про­ис­хо­дит взрос­ле­ние, и неудо­вле­тво­рен­ность соци­аль­ны­ми дости­же­ни­я­ми явля­ет­ся вре­мен­ным явлением.

По пока­за­те­лям ста­ти­сти­че­ской обра­бот­ки дан­ных U‑критерия Ман­на-Уит­ни по уров­ню фруст­ри­ро­ван­но­сти в груп­пах под­рост­ков про­ис­хо­дит ста­ти­сти­че­ское раз­ли­чие с высо­ким зна­че­ни­ем, где р < 0,05.

Из это­го мы дела­ем вывод, что под­рост­ки с интер­нет-зави­си­мо­стью име­ют более высо­кую соци­аль­ную фруст­ри­ро­ван­ность, чем груп­па под­рост­ков без интернет-зависимости.

На сно­ва­нии про­ве­ден­но­го иссле­до­ва­ния мы дела­ем вывод, что к интер­нет-аддик­ции под­рост­ков при­во­дит соци­аль­ная фруст­ра­ция, осно­ван­ная на неудо­вле­тво­рен­но­сти таки­ми сфе­ра­ми жиз­ни, как обра­зо­ва­ние, отно­ше­ния с семьей и сверст­ни­ка­ми, нере­а­ли­зо­ван­ность, вслед­ствие чего под­ро­сток пере­клю­ча­ет­ся на ком­пью­тер, что­бы чем-то себя занять, он реа­ли­зо­вы­ва­ет­ся на про­сто­рах Интернета.

Исхо­дя из это­го, ста­но­вит­ся оче­вид­ным, что интер­нет-аддик­ция явля­ет­ся фак­то­ром фор­ми­ро­ва­ния деви­ант­но­го пове­де­ния. Про­фи­лак­ти­че­ские меро­при­я­тия аддик­тив­но­го пове­де­ния реко­мен­ду­ет­ся осу­ществ­лять до нача­ла фор­ми­ро­ва­ния деви­а­ции, объ­яс­няя под­рост­кам при­чи­ны и след­ствия подоб­но­го действия.

Библиографический список

  1. Ано­хи­на И.П. Основ­ные био­ло­ги­че­ские меха­низ­мы алко­голь­ной и нар­ко­ти­че­ской зави­си­мо­сти. Руко­вод­ство по нар­ко­ло­гии: в 2 т. Москва, 2002; Т. 1: 33 41.
  2. Буров В.А., Еса­у­лов В.И. Меха­низ­мы фор­ми­ро­ва­ния интер­нет-аддик­ции. Мате­ри­а­лы XIII съез­да пси­хи­ат­ров Рос­сии. Москва, 2014: 290 291.
  3. Гриф­фитс М.Д. Пове­ден­че­ская зави­си­мость: про­бле­мы для всех? Обу­че­ние на рабо­чем месте. 1996; Т. 8, № 3: 19 25.
  4. Гриф­фитс М.Д. Тех­но­ло­ги­че­ская зави­си­мость. Форум кли­ни­че­ской пси­хо­ло­гии. 1995; Выпуск 76, № 2: 14 19.
  5. Коро­лен­ко Ц.П. Соци­о­ди­на­ми­че­ская пси­хи­ат­рия. Обо­зре­ние пси­хи­ат­рии и меди­цин­ской пси­хо­ло­гии. 1993; № 1: 17 29.
  6. Лав­ро­вич А.И., Поп­ко­ва Т.А. Интер­нет-аддик­ция в под­рост­ко­вом воз­расте. Вест­ник обра­зо­ва­ния. 2013: 3 – 19.
  7. Мен­де­ле­вич В.Д. Зави­си­мость как пси­хо­ло­ги­че­ский и пси­хо­па­то­ло­ги­че­ский фено­мен (про­бле­мы диа­гно­сти­ки и дифференциации). 
Источ­ник: МИР НАУКИ, КУЛЬТУРЫ, ОБРАЗОВАНИЯ. 2021. №3 (88).

Об авторах

  • E.A. Махри­на — кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ский наук, доцент, Сева­сто­поль­ский госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет, г. Севастополь.
  • Ю.И. Туто­ва — маги­странт, Таган­рог­ский инсти­тут име­ни А.П. Чехо­ва, г. Таганрог.

Смот­ри­те также:

Категории

Метки

Публикации

ОБЩЕНИЕ

CYBERPSY — первое место, куда вы отправляетесь за информацией о киберпсихологии. Подписывайтесь и читайте нас в социальных сетях.

vkpinterest