Агадуллина Е.Р. Пользователи социальных сетей: современные исследования

А

С момен­та появ­ле­ния соци­аль­ных сетей (в даль­ней­шем СС) — Facebook, Vkontakte, LiveJournal, Instagram, LinkedIn, MySpace и т. д. про­шло не так мно­го вре­ме­ни, но они уже плот­но вошли в повсе­днев­ную жизнь мно­гих людей.

Опро­сы пока­зы­ва­ют, что 76% поль­зо­ва­те­лей Интер­не­та в Рос­сии (по дан­ным агент­ства PRT на январь 2014) и при­мер­но 73% жите­лей Соеди­нен­ных Шта­тов явля­ют­ся актив­ны­ми поль­зо­ва­те­ля­ми CC [42], и эта циф­ра растет.

В совре­мен­ном обще­стве CC ста­но­вят­ся огром­ной базой инфор­ма­ции, кото­рую уче­ные и рабо­то­да­те­ли все чаще при­вле­ка­ют для реше­ния кон­крет­ных задач, будь то науч­ное иссле­до­ва­ние или оцен­ка кан­ди­да­та на опре­де­лен­ную долж­ность1.

Науч­ный инте­рес к изу­че­нию поль­зо­ва­те­лей CC стре­ми­тель­но рас­тет, начи­ная с 2007. По дан­ным R. Wilson, S. Gosling и L. Graham, коли­че­ство ста­тей, посвя­щен­ных поль­зо­ва­те­лям Facebook2, с 2007 по 2012 г. вырос­ло с 2 до 65 в год, в общей слож­но­сти за 5 лет было напи­са­но 97 ста­тей [51], а за 2014—2015 гг. — 77 ста­тей в раз­ных науч­ных обла­стях, вклю­чая психологию.

На дан­ный момент накоп­ле­но боль­шое коли­че­ство эмпи­ри­че­ско­го мате­ри­а­ла в отно­ше­нии харак­те­ри­стик поль­зо­ва­те­лей CC, кото­рый тре­бу­ет систе­ма­ти­за­ции и осмысления.

Для ана­ли­за было ото­бра­но 49 ста­тей из базы Scopus, кото­рые соот­вет­ству­ют сле­ду­ю­щим кри­те­ри­ям: ста­тья опуб­ли­ко­ва­на в науч­ном рефе­ри­ру­е­мом жур­на­ле в кате­го­рии «Пси­хо­ло­гия» и/или «Ком­пью­тер­ные нау­ки» не рань­ше 2004 г.3; в назва­нии или анно­та­ции ста­тьи содер­жат­ся клю­че­вые сло­ва «social networks/ facebook/users»; ста­тья содер­жит эмпи­ри­че­ские резуль­та­ты или обоб­ща­ю­щий ана­лиз эмпи­ри­че­ских иссле­до­ва­ний; ста­тья име­ет хотя бы одно цити­ро­ва­ние по дан­ным Scopus4.

Ана­лиз пока­зал, что все ото­бран­ные ста­тьи попа­да­ют в одну из двух кате­го­рий. В иссле­до­ва­ни­ях из пер­вой кате­го­рии ана­ли­зи­ру­ют­ся основ­ные харак­те­ри­сти­ки поль­зо­ва­те­лей (соци­аль­но-демо­гра­фи­че­ские и/или инди­ви­ду­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ские) и их связь с пове­де­ни­ем инди­ви­дов в сети, в каче­стве основ­ной мето­до­ло­гии в дан­ных иссле­до­ва­ни­ях исполь­зу­ют­ся само­от­че­ты пользователей.

В иссле­до­ва­ни­ях из вто­рой кате­го­рии исполь­зу­ет­ся дру­гая логи­ка и про­яв­ля­ет­ся стрем­ле­ние по содер­жа­нию про­фи­лей в CC пред­ска­зать харак­те­ри­сти­ки их вла­дель­цев, в дан­ном слу­чае иссле­до­ва­те­ли обра­ща­ют вни­ма­ние на раз­лич­ные объ­ек­тив­ные пока­за­те­ли исполь­зо­ва­ния СС (напри­мер, коли­че­ство раз­ме­щен­ных фото­гра­фий, вре­мя про­ве­ден­ное в сети, зафик­си­ро­ван­ное при помо­щи спе­ци­аль­ных средств и т. д.).

Основ­ной целью дан­но­го обзо­ра явля­ет­ся обоб­ще­ние резуль­та­тов пси­хо­ло­ги­че­ских иссле­до­ва­ний поль­зо­ва­те­лей СС и срав­не­ние резуль­та­тов, полу­чен­ных с помо­щью раз­лич­ной методологии.

Социально-демографические характеристики пользователей социальных сетей

По дан­ным Pew Research Center’s Internet and American Life Project, 73% школь­ни­ков в воз­расте от 12 до 17 лет, 87% сту­ден­тов от 18 до 29 лет и 68% взрос­лых от 30 до 49 лет явля­ют­ся актив­ны­ми поль­зо­ва­те­ля­ми CC [35; 42].

Для срав­не­ния, в Рос­сии это 86% инди­ви­дов в воз­расте от 18 до 24 лет, 80% в воз­расте от 25 до 30 лет и 67% — в воз­расте от 31 до 40 лет (по дан­ным агент­ства PRT на январь 2014 г.).

В целом, во всем мире боль­ше все­го про­фи­лей в СС заре­ги­стри­ро­ва­но сре­ди раз­лич­ных групп уча­щих­ся (школь­ни­ки, сту­ден­ты), эта циф­ра колеб­лет­ся от 80% до 90% в зави­си­мо­сти от стра­ны [18; 22]. По мере взрос­ле­ния интен­сив­ность исполь­зо­ва­ния СС умень­ша­ет­ся; в част­но­сти, взрос­лые поль­зо­ва­те­ли раз­ме­ща­ют зна­чи­тель­но мень­ше лич­ной инфор­ма­ции в про­фи­лях и реже исполь­зу­ют функ­ции обнов­ле­ния ста­ту­са и загруз­ки изоб­ра­же­ний [31].

Чаще все­го в СС люди вза­и­мо­дей­ству­ют с поль­зо­ва­те­ля­ми из сво­ей воз­раст­ной груп­пы и стра­ны про­жи­ва­ния [53]. Это свя­за­но с тем, что одним из основ­ных моти­вов исполь­зо­ва­ния СС явля­ет­ся под­дер­жа­ние отно­ше­ний со зна­ко­мы­ми людь­ми [11; 10; 41; 33; 12; 39], что под­твер­жда­ет­ся резуль­та­та­ми, полу­чен­ны­ми на выбор­ках из Тай­ва­ня [11], Австра­лии [4], Аме­ри­ки [23].

Так, боль­шин­ство австра­лий­ских под­рост­ков отме­ти­ли, что они исполь­зу­ют СС для под­дер­жа­ния отно­ше­ний с дру­зья­ми или зна­ко­мы­ми, и толь­ко 17% опро­шен­ных ука­за­ли, что они ста­ра­ют­ся най­ти в СС новых зна­ко­мых [11]. По дан­ным M. Manago, M. Taylor и P. Greenfield, в про­фи­лях аме­ри­кан­ских сту­ден­тов 21% «дру­зей» состав­ля­ют дру­зья из уни­вер­си­те­та, 18% — под­дер­жи­ва­е­мые кон­так­ты из про­шло­го, 27% — зна­ко­мые, 24% — това­ри­щи, одно­класс­ни­ки [23].

Жен­щи­ны чаще поль­зу­ют­ся СС, чем муж­чи­ны, и име­ют боль­ше людей в кате­го­рии «дру­зья» [25; 33; 53]. В Рос­сии 80% жен­щин из выбор­ки в 10000 чело­век отве­ти­ли, что регу­ляр­но поль­зу­ют­ся СС, в то вре­мя как сре­ди муж­чин актив­ных поль­зо­ва­те­лей ока­за­лось толь­ко 70% (по дан­ным агент­ства PRT на январь 2014).

Одно из воз­мож­ных объ­яс­не­ний это­го заклю­ча­ет­ся в том, что жен­щи­ны чаще исполь­зу­ют СС для под­дер­жа­ния отно­ше­ний, в осо­бен­но­сти с близ­ки­ми дру­зья­ми и зна­ко­мы­ми [4; 49], в то вре­мя как муж­чи­ны пред­по­чи­та­ют при помо­щи СС искать инфор­ма­цию и раз­вле­кать­ся (напри­мер, играть в интер­нет-игры) [3]. Кро­ме того, жен­щи­ны оди­на­ко­во часто обща­ют­ся в СС с пред­ста­ви­те­ля­ми обо­их полов, а муж­чи­ны пред­по­чи­та­ют обще­ние с жен­щи­на­ми, что сокра­ща­ет круг их воз­мож­ных «дру­зей» и вре­мя, про­ве­ден­ное в СС [17].

Отдель­но сле­ду­ет уде­лить вни­ма­ние кросс- куль­тур­ным раз­ли­чи­ям в исполь­зо­ва­нии СС. Так, A. Vasalou с кол­ле­га­ми обна­ру­жи­ли, что суще­ству­ют раз­ли­чия в исполь­зо­ва­нии Facebook сре­ди поль­зо­ва­те­лей из Соеди­нен­ных шта­тов, Вели­ко­бри­та­нии, Ита­лии, Гре­ции и Фран­ции. В част­но­сти, в срав­не­нии с поль­зо­ва­те­ля­ми из Соеди­нен­ных Шта­тов, поль­зо­ва­те­ли из Вели­ко­бри­та­нии рас­смат­ри­ва­ют груп­пы как более зна­чи­мый инстру­мент, поль­зо­ва­те­ли из Ита­лии при­да­ют боль­шее зна­че­ние при­ло­же­ни­ям (напри­мер, онлайн- играм), поль­зо­ва­те­ли из Гре­ции счи­та­ют менее важ­ным обнов­ле­ние ста­ту­са, поль­зо­ва­те­ли из Фран­ции в мень­шей сте­пе­ни ценят обнов­ле­ние ста­ту­са и раз­ме­ще­ние фото­гра­фий [51].

В иссле­до­ва­нии, про­ве­ден­ном на выбор­ках из Китая, Егип­та, Фран­ции, Изра­и­ля, Индии, Кореи, Макао, Шве­ции, Тай­лан­да, Тур­ции и Аме­ри­ки, было пока­за­но, что меж­ду пред­ста­ви­те­ля­ми дан­ных стран нет раз­ли­чий в коли­че­стве людей, добав­лен­ных в кате­го­рию «дру­зья». Одна­ко поль­зо­ва­те­ли из кол­лек­ти­вист­ских стран (Китай, Индия, Корея, Макао, Тай­ланд) име­ют в дан­ной кате­го­рии боль­ше людей, с кото­ры­ми они нико­гда не встре­ча­лись лич­но [32].

Опи­сан­ные дан­ные сви­де­тель­ству­ют, что соци­аль­но-демо­гра­фи­че­ские харак­те­ри­сти­ки поль­зо­ва­те­лей свя­за­ны со спе­ци­фи­кой исполь­зо­ва­ния СС.

При этом и по пове­де­нию инди­ви­дов в СС мож­но с доста­точ­но высо­кой веро­ят­но­стью пред­ска­зать их соци­аль­но-демо­гра­фи­че­ские характеристики.

Так, иссле­до­ва­те­ли из Цен­тра пси­хо­мет­ри­ки Кем­бридж­ско­го уни­вер­си­те­та на выбор­ке из 58000 поль­зо­ва­те­лей Facebook пока­за­ли, что на осно­ве дан­ных об отмет­ках «like» кон­крет­но­го поль­зо­ва­те­ля мож­но очень точ­но пред­ска­зать ряд его харак­те­ри­стик: при­над­леж­ность к груп­пе евро­пео­и­дов или афро-аме­ри­кан­цев в 95% слу­ча­ев, пол в 93% слу­ча­ев, сек­су­аль­ную ори­ен­та­цию в 88% слу­ча­ев для муж­чин и в 75% слу­ча­ев для жен­щин, при­над­леж­ность к демо­кра­там или рес­пуб­ли­кан­цам в 85% слу­ча­ев, при­над­леж­ность к хри­сти­а­нам или мусуль­ма­нам в 82% слу­ча­ев [21].

В целом, полу­чен­ные резуль­та­ты нагляд­но демон­стри­ру­ют про­гно­сти­че­скую силу СС в отно­ше­нии соци­аль­но-демо­гра­фи­че­ских харак­те­ри­стик поль­зо­ва­те­лей; зна­чи­тель­но более про­ти­во­ре­чи­вые резуль­та­ты полу­че­ны при ана­ли­зе инди­ви­ду­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ских харак­те­ри­стик пользователей.

Индивидуально-психологические характеристики пользователей социальных сетей

Несмот­ря на то, что пере­чень инди­ви­ду­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ских харак­те­ри­стик инди­ви­дов очень широк, вни­ма­ние иссле­до­ва­те­лей СС чаще все­го при­вле­ка­ет доста­точ­но огра­ни­чен­ный спи­сок, в кото­рый вхо­дят шка­лы пяти­фак­тор­ной моде­ли лич­но­сти (Экс­тра­вер­сия (Extraversion), Ней­ро­тизм (Neuroticism), Откры­тость опы­ту (Openness-to-Experience), Согласие/Доброжелательность (Agreeableness) и Созна­тель­ность (Conscientiousness)) [9; 26], нар­цис­сизм и самооценка.

Экстраверсия

Дан­ная шка­ла отра­жа­ет тен­ден­цию инди­ви­да быть общи­тель­ным и уве­рен­ным в себе. Люди с высо­ки­ми пока­за­те­ля­ми по шка­ле экс­тра­вер­сии чаще ведут себя актив­но, напо­ри­сто, демон­стри­ру­ют энту­зи­азм и высо­кую сте­пень общи­тель­но­сти. Они ком­форт­но себя чув­ству­ют в при­сут­ствии дру­гих людей и стре­мят­ся полу­чать как мож­но боль­ше соци­аль­но­го одобрения.

Обрат­ным полю­сом дан­ной шка­лы явля­ет­ся интро­версия, кото­рая опи­сы­ва­ет­ся через такие дескрип­то­ры, как сдер­жан­ность, замкну­тость и застен­чи­вость [26].

Суще­ству­ют две гипо­те­зы, объ­яс­ня­ю­щие связь меж­ду экстраверсией/интроверсией и исполь­зо­ва­ни­ем СС: гипо­те­за «бога­тые ста­но­вят­ся бога­че» (rich-get- richer), отно­сит­ся к экс­тра­вер­сии, а гипо­те­за соци­аль­ной ком­пен­са­ции — «бед­ные ста­но­вят­ся бога­че» (poor- get-richer) — к интроверсии.

Есть мне­ние, что экс­тра­вер­ты исполь­зу­ют в онлайн- про­стран­стве те же стра­те­гии ком­му­ни­ка­ции и само- пре­зен­та­ции, что и в реаль­ной жиз­ни [37], поэто­му они стре­мят­ся «пере­не­сти» реаль­ные соци­аль­ные отно­ше­ния в СС, что­бы общать­ся с «дру­зья­ми» еще чаще и интен­сив­нее (что и опи­сы­ва­ет­ся мета­фо­рой «бога­тые ста­но­вят­ся бога­че») [24; 34]. Дей­стви­тель­но, часть эмпи­ри­че­ских дан­ных пока­зы­ва­ет, что экс­тра­вер­ты чаще исполь­зу­ют Facebook для обще­ния (лич­ные сооб- щения/чаты/записи на стене) [34; 36] и име­ют боль­ше людей в кате­го­рии «дру­зья», чем интро­вер­ты [2; 29].

Инте­рес­но, что одно­вре­мен­но с этим под сомне­ние ста­вит­ся сам факт более часто­го исполь­зо­ва­ния СС экс­тра­вер­та­ми [30; 40], доми­ни­ро­ва­ния моти­ва­ции обще­ния в СС у экс­тра­вер­тов [44] и пока­за­но, что вза­и­мо­связь меж­ду экс­тра­вер­си­ей и коли­че­ством «дру­зей» либо отсут­ству­ет [36], либо явля­ет­ся нели­ней­ной, так как и интро­вер­ты, и экс­тра­вер­ты име­ют мень­ше «дру­зей» в сво­их про­фи­лях, чем люди со сред­ни­ми пока­за­те­ля­ми по дан­ной шка­ле [47].

В целом, груп­па «дру­зей» экс­тра­вер­тов отли­ча­ет­ся низ­кой сте­пе­нью тран­зи­тив­но­сти, т. е. очень мно­гие «дру­зья» экс­тра­вер­тов никак не свя­за­ны друг с дру­гом и не вхо­дят в груп­пы «дру­зей» друг дру­га [45].

Соглас­но гипо­те­зе соци­аль­ной ком­пен­са­ции («бед­ные ста­но­вят­ся бога­че»), интро­вер­ты ско­рее исполь­зу­ют СС как ком­пен­си­ру­ю­щую сре­ду [1; 2; 4; 5]. Они раз­ме­ща­ют боль­ше лич­ной инфор­ма­ции в пер­со­наль­ных про­фи­лях, тем самым демон­стри­руя раз­лич­ные скры­тые лич­ност­ные чер­ты [37], чаще чем экс­тра­вер­ты исполь­зу­ют СС для поис­ка новых «дру­зей» [48] и для «отра­бот­ки» раз­лич­ных соци­аль­ных навы­ков, кото­рые поз­во­ля­ют им чув­ство­вать себя более при­спо­соб­лен­ны­ми к реаль­ной жиз­ни [5].

Нейротизм

Дан­ная шка­ла отра­жа­ет тен­ден­цию чело­ве­ка быть эмо­ци­о­наль­ным, вос­при­им­чи­вым, тре­вож­ным, недо­вер­чи­вым по отно­ше­нию к дру­гим людям и иметь труд­но­сти в управ­ле­нии стрес­со­вы­ми состо­я­ни­я­ми. Иссле­до­ва­ния пока­зы­ва­ют, что ней­ро­тизм доста­точ­но часто свя­зан с соци­аль­ной тре­вож­но­стью и низ­кой само­оцен­кой [40].

G. Seidman пока­зал, что ней­ро­тизм свя­зан с такой моти­ва­ци­ей исполь­зо­ва­ния СС, как обще­ние с дру­ги­ми поль­зо­ва­те­ля­ми, поис­ком инфор­ма­ции (в част­но­сти, пас­сив­ным про­смот­ром стра­ниц дру­гих поль­зо­ва­те­лей) и само­рас­кры­ти­ем (преж­де все­го через иде­а­ли­за­цию себя и пре­зен­та­цию иде­аль­но­го Я) [37]. Было пока­за­но, что ней­ро­тизм свя­зан с коли­че­ством раз­ме­щен­ной лич­ной инфор­ма­ции в про­фи­ле [34], напри­мер, склон­но­стью раз­ме­щать боль­шое коли­че­ство лич­ных фото­гра­фий [1], кото­рые, в свою оче­редь, могут носить «спор­ный» или про­во­ка­ци­он­ный харак­тер (напри­мер, иметь эро­ти­че­ское содер­жа­ние) [19].

При этом дан­ные, полу­чен­ные Y. Amichai-Ham- burger и G. Vinitzky, про­де­мон­стри­ро­ли, что нет раз­ли­чий меж­ду груп­па­ми людей с высо­ки­ми и низ­ки­ми пока­за­те­ля­ми по шка­ле ней­ро­тиз­ма, так как пред­ста­ви­те­ли обе­их групп склон­ны раз­ме­щать о себе боль­ше инфор­ма­ции в про­фи­ле, чем люди со сред­ни­ми пока­за­те­ля­ми по дан­ной шка­ле [2].

J. Skues с кол­ле­га­ми пока­за­ли, что ней­ро­тизм в целом не свя­зан с интен­сив­но­стью исполь­зо­ва­ния Facebook [40].

Согласие/Доброжелательность

Шка­ла опи­сы­ва­ет склон­ность людей к сотруд­ни­че­ству и коопе­ра­ции. Люди с высо­ки­ми пока­за­те­ля­ми по этой шка­ле часто демон­стри­ру­ют дру­же­лю­бие и откры­тость, дове­рие по отно­ше­нию к дру­гим людям и спо­соб­ность про­щать, они ста­ра­ют­ся избе­гать любых кон­флик­тов во вза­и­мо­дей­стви­ях. На обрат­ном полю­се дан­ной шка­лы нахо­дит­ся неза­ви­си­мость, кото­рая харак­те­ри­зу­ет­ся кон­ку­рент­но­стью и в край­ней сте­пе­ни выра­жен­но­сти — враж­деб­но­стью по отно­ше­нию к дру­гим людям [26].

Так как люди с высо­ки­ми пока­за­те­ля­ми по шка­ле Согласие/Доброжелательность ори­ен­ти­ро­ва­ны на дру­гих, то, по мне­нию G. Seidman, основ­ной моти­ва­ци­ей исполь­зо­ва­ния Facebook у них явля­ет­ся потреб­ность в при­над­леж­но­сти и само­пре­зен­та­ции реаль­но­го Я [37]. Шка­ла «Согласие/Доброжелательность» свя­за­на с коли­че­ством людей в кате­го­рии «дру­зья» [34].

Кро­ме того, дан­ная связь опо­сре­до­ва­на полом поль­зо­ва­те­лей. Так, муж­чи­ны с высо­ким уров­нем согла­сия пред­по­чи­та­ют «дру­жить» с пред­ста­ви­те­ля­ми дру­гой ген­дер­ной груп­пы, в то вре­мя как жен­щи­ны чаще добав­ля­ют в «дру­зья» пред­ста­ви­те­лей сво­ей ген­дерной груп­пы [45]. Связь меж­ду согла­си­е­м/­доб­ро­же- латель­но­стью и интен­сив­но­стью исполь­зо­ва­ния СС нели­ней­на, так как люди с высо­ки­ми и низ­ки­ми пока­за­те­ля­ми по шка­ле Согла­сие склон­ны раз­ме­щать боль­ше фото­гра­фий и лич­ной инфор­ма­ции в про­фи­ле, чем люди со сред­ни­ми пока­за­те­ля­ми по дан­ной шка­ле [1]. Высо­кий уро­вень согла­сия так­же отри­ца­тель­но свя­зан с раз­ме­ще­ни­ем раз­лич­но­го «неод­но­знач­но­го» содер­жа­ния в сво­ем про­фи­ле (дву­смыс­лен­ных или оскор­би­тель­ных выска­зы­ва­ний, фото­гра­фий, содер­жа­щих сек­су­аль­ных под­текст и т. д.) [24].

Открытость опыту

Дан­ная шка­ла опи­сы­ва­ет готов­ность инди­ви­да рас­смат­ри­вать аль­тер­на­тив­ные под­хо­ды, быть откры­тым ново­му опы­ту. Люди с высо­ки­ми пока­за­те­ля­ми по шка­ле демон­стри­ру­ют любо­зна­тель­ность и увле­чен­ность. На обрат­ном полю­се дан­ной шка­лы нахо­дит­ся кон­сер­ва­тизм — стрем­ле­ние под­дер­жи­вать тра­ди­ци­он­ные идеи и ори­ен­та­ция на их сохра­не­ние [26].

Дан­ные, полу­чен­ные в отно­ше­нии свя­зи откры­то­сти и исполь­зо­ва­ния Facebook, наи­ме­нее про­ти­во­ре­чи­вы по срав­не­нию с дру­ги­ми шка­ла­ми пяти­фак­тор­ной моде­ли. Боль­шин­ство иссле­до­ва­те­лей схо­дят­ся на том, что высо­кие пока­за­те­ли по шка­ле откры­то­сти опы­ту свя­за­ны с актив­ным исполь­зо­ва­ни­ем Facebook как инстру­мен­та для обще­ния [2; 34; 40]. В част­но­сти, откры­тость свя­за­на с коли­че­ством инфор­ма­ции, раз­ме­щен­ной в про­фи­ле инди­ви­да, и коли­че­ством людей в кате­го­рии «дру­зья» [40], при этом кате­го­рия «дру­зья» у людей с высо­ким уров­нем откры­то­сти (так же как и с высо­ким уров­нем экс­тра­вер­сии) отли­ча­ет­ся низ­кой сте­пе­нью тран­зи­тив­но­сти [45]. Основ­ной моти­ва­ци­ей исполь­зо­ва­ния Facebook у людей с высо­кой откры­то­стью опы­ту явля­ет­ся поиск инфор­ма­ции, самораскры­тие и само­пре­зен­та­ция [37].

Сознательность

Шка­ла опи­сы­ва­ет тен­ден­цию чело­ве­ка быть пунк­ту­аль­ным, после­до­ва­тель­ным, надеж­ным, ответ­ствен­ным, в неко­то­рых слу­ча­ях даже педан­тич­ным. На обрат­ном полю­се дан­ной шка­лы нахо­дит­ся импуль­сив­ность, кото­рая опи­сы­ва­ет­ся таки­ми дескрип­то­ра­ми, как ситу­а­тив­ность, непо­сле­до­ва­тель­ность в край­ней сте­пе­ни может выра­жать­ся в гиб­ко­сти мораль­ных суж­де­ний [26].

Было пока­за­но, что в реаль­ном вза­и­мо­дей­ствии созна­тель­ность поло­жи­тель­но свя­за­на с коли­че­ством кон­так­тов и каче­ством меж­лич­ност­ных отношений.

Эти резуль­та­ты лег­ли в осно­ву пред­по­ло­же­ния, что созна­тель­ность может при­во­дить к исполь­зо­ва­нию Facebook как сред­ства для поис­ка новых и под­дер­жа­ния уже суще­ству­ю­щих отно­ше­ний. Тем не менее, эмпи­ри­че­ские дан­ные сви­де­тель­ству­ют об обрат­ном: созна­тель­ность в наи­мень­шей сте­пе­ни по срав­не­нию с дру­ги­ми шка­ла­ми пяти­фак­тор­ной моде­ли свя­за­на с исполь­зо­ва­ни­ем Facebook.

Чем выше у инди­ви­дов пока­за­те­ли по шка­ле Созна­тель­ность, тем реже они исполь­зу­ют Facebook [2; 34; 36]. Веро­ят­но, это свя­за­но с тем, что такие инди­ви­ды пред­по­чи­та­ют реаль­ное обще­ние вза­и­мо­дей­стви­ям в онлайн-про­стран­стве, они луч­ше рас­пре­де­ля­ют соб­ствен­ное вре­мя и осо­зна­ют необ­хо­ди­мость его раци­о­наль­но­го исполь­зо­ва­ния. Кро­ме того, люди с высо­ки­ми пока­за­те­ля­ми созна­тель­но­сти пре­иму­ще­ствен­но исполь­зу­ют СС в ситу­а­ци­ях, когда это может повы­сить их про­дук­тив­ность или спо­соб­ство­вать дости­же­нию теку­щих целей [29]. Имен­но поэто­му они ред­ко исполь­зу­ют соци­аль­ные сети для досу­га, поль­зу­ют­ся функ­ци­ей загруз­ки изоб­ра­же­ний [1; 37] и в их про­фи­лях ред­ко встре­ча­ет­ся раз­лич­но­го рода «неод­но­знач­ная» инфор­ма­ция [19].

У людей с низ­ким пока­за­те­лем по шка­ле Созна­тель­ность в каче­стве основ­но­го моти­ва исполь­зо­ва­ния Facebook доми­ни­ру­ет мотив само­пре­зен­та­ции (а имен­но, пре­зен­та­ция реаль­но­го Я) [37].

Как вид­но, резуль­та­ты изу­че­ния свя­зи меж­ду раз­лич­ны­ми шка­ла­ми пяти­фак­тор­ной моде­ли и осо­бен­но­стя­ми исполь­зо­ва­ния СС доста­точ­но часто про­ти­во­ре­чи­вы. Рас­смот­рим иссле­до­ва­ния, исполь­зу­ю­щие в каче­стве мето­до­ло­гии ана­лиз объ­ек­тив­ных пока­за­те­лей исполь­зо­ва­ния СС.

D. Kluemper с кол­ле­га­ми пока­за­ли, что суще­ству­ет связь меж­ду тем, как сами испы­ту­е­мые оце­ни­ва­ют себя по шка­лам пяти­фак­тор­ной моде­ли лич­но­сти и тем, как неза­ви­си­мые экс­пер­ты оце­ни­ва­ют эти же лич­ност­ные чер­ты поль­зо­ва­те­лей по объ­ек­тив­ной инфор­ма­ции, раз­ме­щен­ной в их про­фи­лях. Были выяв­ле­ны устой­чи­вые свя­зи меж­ду резуль­та­та­ми тесто­вой и экс­перт­ной оцен­ки лич­ност­ных черт. Так, коэф­фи­ци­ент кор­ре­ля­ции меж­ду оцен­ка­ми по шка­ле Откры­тость равен 0.42, по шка­ле Экс­тра­вер­сии — 0.44, по шка­ле Созна­тель­ность — 0.3, Согласие/Доброжелательность — 0.40, Эмо­ци­о­наль­ная ста­биль­ность (ней­ро­тизм) — 0.23.

В уже упо­ми­нав­шем­ся выше иссле­до­ва­нии Цен­тра пси­хо­мет­ри­ки Кем­бридж­ско­го уни­вер­си­те­та была пока­за­на про­гно­сти­че­ская валид­ность отме­ток «like» для шкал пяти­фак­тор­ной моде­ли лич­но­сти. Коэф­фи­ци­ен­ты для всех шкал варьи­ру­ют­ся от 0.29 до 0.40 [21]. Из полу­чен­ных резуль­та­тов мож­но сде­лать вывод, что ана­лиз про­фи­ля в СС может являть­ся доста­точ­но эффек­тив­ным сред­ством оцен­ки лич­ност­ных черт (по крайне мере соиз­ме­ри­мым с оцен­кой по лич­ност­ным опросникам).

Нарциссизм

Дан­ная лич­ност­ная чер­та опи­сы­ва­ет ощу­ще­ние соб­ствен­ной зна­чи­мо­сти и уни­каль­но­сти, неспо­соб­ность тер­петь кри­ти­ку со сто­ро­ны дру­гих людей, ожи­да­ние осо­бых при­ви­ле­гий по отно­ше­нию к себе [8]. Люди с высо­ки­ми пока­за­те­ля­ми нар­цис­сиз­ма посто­ян­но хотят быть в цен­тре вни­ма­ния, из-за чего могут гово­рить или совер­шать необыч­ные или шоки­ру­ю­щие вещи.

Эмпи­ри­че­ские дан­ные о свя­зи нар­цис­сиз­ма с пове­де­ни­ем в СС доста­точ­но про­ти­во­ре­чи­вы. С одной сто­ро­ны, авто­ры пока­за­ли, что чем выше нар­цис­сизм, тем боль­ше вре­ме­ни инди­вид про­во­дит в соци­аль­ной сети [7], раз­ме­ща­ет в про­фи­ле как мож­но боль­ше инфор­ма­ции, под­дер­жи­ва­ю­щей пози­тив­ный образ себя [28], обнов­ля­ет свой ста­тус и добав­ля­ет новые фото­гра­фии [2].

С дру­гой сто­ро­ны, не най­де­но под­твер­жде­ний свя­зи нар­цис­сиз­ма и интен­сив­но­сти исполь­зо­ва­ния СС [28; 14] или было пока­за­но, что эта связь опо­сре­до­ва­на такой лич­ност­ной харак­те­ри­сти­кой, как склон­ность к само­рас­скры­тию [52].

Связь меж­ду нар­цис­сиз­мом и под­дер­жа­ни­ем пози­тив­но­го обра­за себя в СС так­же непря­мая, она опо­сре­до­ва­на уров­нем само­оцен­ки инди­ви­да; в част­но­сти, чем ниже само­оцен­ка, тем боль­ше стрем­ле­ние создать поло­жи­тель­ный образ себя в онлайн-про­стран­стве [27].

Резуль­та­ты, полу­чен­ные на аме­ри­кан­ской и гер­ман­ской выбор­ках, пока­за­ли, что уро­вень нар­цис­сиз­ма не свя­зан с интен­сив­но­стью обнов­ле­ния ста­ту­са в CC [16]. Кро­ме того, высо­кий уро­вень нар­цис­сиз­ма свя­зан с раз­ме­ще­ни­ем в сетях толь­ко фото­гра­фий опре­де­лен­но­го типа, а имен­но «selfies» (фото­гра­фия-авто­порт­рет), и дан­ная связь выяв­ле­на толь­ко для муж­чин. Несмот­ря на то, что жен­щи­ны в целом чаще муж­чин раз­ме­ща­ют раз­лич­ные виды «selfies» (соб­ствен­ные, с роман­ти­че­ским парт­не­ром и груп­по­вое) в сво­их CC, это не свя­за­но с их уров­нем нар­цис­сиз­ма [38].

Наи­ме­нее про­ти­во­ре­чи­вые резуль­та­ты иссле­до­ва­ний пока­зы­ва­ют поло­жи­тель­ную связь нар­цис­сиз­ма с коли­че­ством людей в кате­го­рии «дру­зья».

Есть дан­ные, что высо­кий уро­вень нар­цис­сиз­ма свя­зан со стрем­ле­ни­ем сде­лать эту кате­го­рию воз­мож­но более насы­щен­ной за счет добав­ле­ния в нее незна­ком­цев [54; 28]. Выяв­лен­ная связь объ­яс­ня­ет­ся тем, что люди с высо­ки­ми пока­за­те­ля­ми по шка­ле Нар­цис­сизм чаще стре­мят­ся к соци­аль­ной под­держ­ке от дру­гих поль­зо­ва­те­лей (пози­тив­ные ком­мен­та­рии и отмет­ки «like»). При этом по ста­ти­сти­ке они полу­ча­ют мень­ше пози­тив­ной обрат­ной свя­зи, чем люди с низ­ким уров­нем нар­цис­сиз­ма [55] и чаще полу­ча­ют нега­тив­ную обрат­ную связь (напри­мер, непри­ят­ные ком­мен­та­рии), кото­рая может при­во­дить к про­яв­ле­нию агрес­сии и ответ­но­му асо­ци­аль­но­му пове­де­нию по отно­ше­нию к «обид­чи­ку» [8].

Эти резуль­та­ты хоро­шо согла­су­ют­ся с фак­том, что в «дру­зьях» у людей с высо­ким пока­за­те­лем нар­цис­сиз­ма мно­го незна­ко­мых или мало­зна­ко­мых людей, кото­рые в целом зна­чи­тель­но реже дают обрат­ную связь на инфор­ма­цию, раз­ме­щен­ную дру­ги­ми незна­ко­мы­ми людь­ми. Кро­ме того в ситу­а­ции вза­и­мо­дей­ствия незна­ко­мых или мало­зна­ко­мых людей зна­чи­тель­но мень­шую роль игра­ют груп­по­вые нор­мы, что может при­во­дить к раз­лич­ным про­яв­ле­ни­ям асо­ци­аль­но­го или агрес­сив­но­го поведения.

L. Buffardi и W. Campbell срав­ни­ли оцен­ки нарцис­сизма, полу­чен­ные в резуль­та­те опро­са вла­дель­цев про­фи­лей в СС и непо­сред­ствен­ной оцен­ки содер­жа­ния этих про­фи­лей экс­пер­та­ми. Авто­ры выде­ли­ли объ­ек­тив­ные пока­за­те­ли нар­цис­сиз­ма при исполь­зо­ва­нии СС (напри­мер, коли­че­ство вза­и­мо­дей­ствий с дру­ги­ми поль­зо­ва­те­ля­ми и коли­че­ство лич­ной инфор­ма­ции, раз­ме­щен­ной в про­фи­ле) и субъ­ек­тив­ные пока­за­те­ли (инфор­ма­ция, содер­жа­щая само­ре­кла­му, при­вле­ка­тель­ные лич­ные фото­гра­фии, фото­гра­фии сек­су­аль­но­го харак­те­ра и т. д.). Резуль­та­ты пока­за­ли, что меж­ду все­ми объ­ек­тив­ны­ми и субъ­ек­тив­ны­ми мар­ке­ра­ми нар­цис­сиз­ма и оцен­ка­ми, полу­чен­ны­ми по мето­ди­ке оцен­ки нар­цис­сиз­ма, суще­ству­ет устой­чи­вая связь [7]. Эти дан­ные еще раз под­твер­жда­ют тезис о том, что СС обла­да­ют доста­точ­ной про­гно­сти­че­ской силой для опи­са­ния харак­те­ри­стик их пользователей.

Самооценка

Само­оцен­ка чело­ве­ка рас­смат­ри­ва­ет­ся как пред­став­ле­ние чело­ве­ка о соб­ствен­ных каче­ствах и оцен­ка их важ­но­сти. Один из наи­бо­лее при­зна­ва­е­мых фак­тов в отно­ше­нии само­оцен­ки заклю­ча­ет­ся в том, что все люди стре­мят­ся либо под­дер­жи­вать, либо повы­шать свою само­оцен­ку в зави­си­мо­сти от ее пер­во­на­чаль­но­го уров­ня как в реаль­ном вза­и­мо­дей­ствии, так и в онлайн- среде.

Резуль­та­ты иссле­до­ва­ний свя­зи само­оцен­ки и исполь­зо­ва­ния СС так­же крайне про­ти­во­ре­чи­вы. Часть авто­ров ука­зы­ва­ют, что высо­кая часто­та исполь­зо­ва­ния СС свя­за­на с низ­кой само­оцен­кой и СС высту­па­ют свое­об­раз­ной ком­пен­си­ру­ю­щей сре­дой [10; 27; 43]. A. Forest и J. Wood дей­стви­тель­но пока­за­ли, что люди с низ­кой само­оцен­кой вос­при­ни­ма­ют Facebook как без­опас­ное место для само­рас­скры­тия и «ком­пен­са­ции» реаль­но­го вза­и­мо­дей­ствия. При этом они чаще, чем люди с высо­кой само­оцен­кой, раз­ме­ща­ют в СС сооб­ще­ния с нега­тив­ным содер­жа­ни­ем, кото­рые либо нега­тив­но, либо ней­траль­но оце­ни­ва­ют­ся дру­ги­ми поль­зо­ва­те­ля­ми, что в резуль­та­те не при­во­дит к изме­не­нию в само­оцен­ке [13].

Дру­гие авто­ры утвер­жда­ют, что СС свя­за­ны с более высо­кой само­оцен­кой, так как поз­во­ля­ют поль­зо­ва­те­лям раз­ме­щать в лич­ном про­фи­ле толь­ко ту инфор­ма­цию, кото­рая поз­во­ля­ет фор­ми­ро­вать пози­тив­ное пред­став­ле­ние о них и тем самым, под­дер­жи­вать пози­тив­ную самооценку.

В экс­пе­ри­мен­те A. Onzales и J. Hancock люди, кото­рые про­смат­ри­ва­ли свой про­филь, в послед­ствии демон­стри­ро­ва­ли более высо­кую само­оцен­ку [24], схо­жие резуль­та­ты были полу­че­ны и в иссле­до­ва­нии C. Toma [46]. При этом, отдель­ные иссле­до­ва­ния не под­твер­жда­ют связь само­оцен­ки с исполь­зо­ва­ни­ем Facebook [40].

P. Valkenburg, J. Peter и A. Schouten пока­за­ли, что на связь меж­ду само­оцен­кой и исполь­зо­ва­ни­ем Facebook вли­я­ют коли­че­ство и тип обрат­ной свя­зи, кото­рую поль­зо­ва­тель полу­ча­ет в СС. Так, пози­тив­ная обрат­ная связь на инфор­ма­цию, раз­ме­щен­ную на стра­ни­це поль­зо­ва­те­ля (ком­мен­та­рии, отмет­ки «like», коли­че­ство лич­ных сооб­ще­ний), свя­за­на с пози­тив­ной само­оцен­кой и ощу­ще­ни­ем пси­хо­ло­ги­че­ско­го бла­го­по­лу­чия, в то вре­мя как нега­тив­ная обрат­ная связь име­ет обрат­ный эффект [49]. При этом чем боль­ше дей­ствий инди­ви­ды про­из­во­дят в СС, тем боль­ше обрат­ной свя­зи они полу­ча­ют [4], так как СС поз­во­ля­ют под­дер­жи­вать еди­но­вре­мен­но такое коли­че­ство вза­и­мо­дей­ствий, кото­рое невоз­мож­но реа­ли­зо­вать оффлан.

Заключение

Целью дан­но­го обзо­ра был ана­лиз совре­мен­ных иссле­до­ва­ний поль­зо­ва­те­лей СС, про­ве­ден­ных при помо­щи раз­лич­ной мето­до­ло­гии. Часть иссле­до­ва­те­лей в каче­стве мето­да сбо­ра дан­ных исполь­зу­ют само­от­чет поль­зо­ва­те­лей (напри­мер, в виде отве­та на вопрос «Сколь­ко при­мер­но вре­ме­ни в день вы про­во­ди­те в соци­аль­ных сетях?»), а часть — объ­ек­тив­ные дан­ные (в част­но­сти, коли­че­ство раз­ме­щен­ных мате­ри­а­лов, ана­лиз слов из сло­ва­ря поль­зо­ва­те­ля или «вхо­дов» в СС, фик­си­ру­е­мых спе­ци­аль­ны­ми средствами).

Ана­лиз пока­зал, что резуль­та­ты, полу­чен­ные при помо­щи раз­лич­ных мето­до­ло­гий, доста­точ­но часто различаются.

Так, С. Ross [34] в резуль­та­те опро­са поль­зо­ва­те­лей при­шел к выво­ду, что инди­ви­ду­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ские харак­те­ри­сти­ки сла­бо свя­за­ны с исполь­зо­ва­ни­ем Facebook, а Y. Amichai-Hamburger и G. Vinitzky [2], исполь­зуя ана­лиз объ­ек­тив­ных дан­ных, пока­за­ли, что такая связь не толь­ко есть, но она явля­ет­ся клю­че­вой для пони­ма­ния пове­де­ния инди­ви­дов в онлайн пространстве.

Веро­ят­но, резуль­та­ты, полу­чен­ные в само­от­че­тах испы­ту­е­мых, доста­точ­но силь­но свя­за­ны с соци­аль­ной жела­тель­но­стью. Напри­мер, «пре­уве­ли­чи­вая» коли­че­ство «дру­зей», поль­зо­ва­те­ли могут стре­мить­ся про­де­мон­стри­ро­вать их боль­шую общи­тель­ность или попу­ляр­ность, чем в реаль­ной жизни.

Не менее важ­но, что инди­ви­ды могут в целом «неадек­ват­но» оце­ни­вать вре­мя, про­ве­ден­ное в соци­аль­ных сетях, как из-за неже­ла­ния при­зна­вать, сколь­ко реаль­но вре­ме­ни они тра­тят на онлайн вза­и­мо­дей­ствие, так и из-за осо­бен­но­стей вос­при­я­тия дли­тель­но­сти вре­ме­ни, про­ве­ден­но­го в интернете.

Пред­став­лен­ные в обзо­ре дан­ные под­твер­жда­ют, что резуль­та­ты, полу­чен­ные при помо­щи само­от­че­та испы­ту­е­мых, более про­ти­во­ре­чи­вы, чем объ­ек­тив­ный ана­лиз про­фи­лей поль­зо­ва­те­лей СС.

Раз­ни­ца в полу­чен­ных резуль­та­тах преж­де все­го свя­за­на с неод­но­знач­но­стью изме­ре­ния раз­ных пара­мет­ров СС, напри­мер, интен­сив­но­сти их исполь­зо­ва­ния. Часть иссле­до­ва­те­лей счи­та­ют, что дан­ный пара­метр отра­жа­ет коли­че­ство вре­ме­ни, про­ве­ден­ное в СС [4; 6], кто-то изме­ря­ет интен­сив­ность коли­че­ством раз­ме­щен­но­го мате­ри­а­ла и в целом часто­той вза­и­мо­дей­ствия в онлайн сре­де, отдель­ные иссле­до­ва­те­ли рас­смат­ри­ва­ют коли­че­ство «вхо­дов» (check-in) в соци­аль­ную сеть [52], а кто-то рас­счи­ты­ва­ет инте­гри­ро­ван­ные пока­за­те­ли [11; 10].

Допол­ни­тель­ной про­бле­мой ста­но­вит­ся то, что иссле­до­ва­ния про­во­дят­ся в раз­ных стра­нах, куль­тур­ная спе­ци­фи­ка кото­рых не все­гда ана­ли­зи­ру­ет­ся в иссле­до­ва­ни­ях; авто­ры в боль­шин­стве слу­ча­ев игно­ри­ру­ют связь меж­ду отдель­ны­ми инди­ви­ду­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ски­ми харак­те­ри­сти­ка­ми и вли­я­ни­ем дан­ной свя­зи на исполь­зо­ва­ние СС, свя­зи меж­ду моти­ва­ци­ей исполь­зо­ва­ния СС, инди­ви­ду­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ски­ми харак­те­ри­сти­ка­ми инди­ви­да и после­ду­ю­щим пове­де­ни­ем в СС. Поэто­му мно­гие про­ти­во­ре­чи­вые резуль­та­ты мог­ли бы быть луч­ше осмыс­ле­ны в ситу­а­ции ком­плекс­но­го анализа.

В целом, мож­но выде­лить три основ­ных направ­ле­ния буду­щих иссле­до­ва­ний как соци­аль­ных сетей, так и их пользователей.

Пер­вое направ­ле­ние свя­за­но с более актив­ным исполь­зо­ва­ни­ем объ­ек­тив­ных дан­ных, отра­жа­ю­щих осо­бен­но­сти исполь­зо­ва­ния СС, так как имен­но такие дан­ные обла­да­ют боль­шей валидностью.

Вто­рое направ­ле­ние свя­за­но с обоб­ще­ни­ем и ана­ли­зом уже полу­чен­ных резуль­та­тов при помо­щи совре­мен­ных ста­ти­сти­че­ских мето­дов (напри­мер, метаана­лиз), спо­соб­ных ком­плекс­но обра­ба­ты­вать резуль­та­ты раз­лич­ных иссле­до­ва­ний и выявить, дей­стви­тель­но ли суще­ству­ют опре­де­лен­ные свя­зи меж­ду пере­мен­ны­ми или это ско­рее спе­ци­фи­ка исполь­зу­е­мой выбор­ки и мето­до­ло­гии сбо­ра данных.

И, нако­нец, тре­тье направ­ле­ние отно­сит­ся к постро­е­нию ком­плекс­ных моде­лей, опи­сы­ва­ю­щих вза­и­мо­дей­ствие меж­ду раз­ны­ми фак­то­ра­ми исполь­зо­ва­ния СС и харак­те­ри­сти­ка­ми поль­зо­ва­те­лей (напри­мер, раз­лич­ны­ми лич­ност­ны­ми чер­та­ми или пси­хо­ло­ги­че­ски­ми харак­те­ри­сти­ка­ми и моти­ва­ци­ей исполь­зо­ва­ния соци­аль­ных сетей).

Литература

  1. Amichai-Hamburger Y., Kaplan H., Dorpatcheon N. Click to the past: The impact of extroversion by users of nostalgic websites on the use of Internet social services // Computers in Human Behavior. 2008. Vol. 24. № 5. P. 1907–1912. doi: 10.1016/j.chb.2008.02.005.
  2. Amichai-Hamburger Y., Vinitzky G. Social network use and personality // Computers in Human Behavior. 2010. Vol. 26. № 6. P. 1289–1295. doi: 10.1016/j.chb.2010.03.018.
  3. Barker V. Older adolescents’ motivations for social network site use: the influence of gender, group identity, and collective self-esteem // Cyberpsychology & Behavior: The Impact of the Internet, Multimedia and Virtual Reality on Behavior and Society. 2009. Vol. 12. № 2. P. 209–213. doi: 10.1089/cpb.2008.0228.
  4. Blomfield Neira C.J., Barber B.L. Social networking site use: Linked to adolescents’ social self-concept, self-esteem, and depressed mood // Australian Journal of Psychology. 2014. Vol. 66. № 1. P. 56–64. doi: 10.1111/ajpy.12034.
  5. Bonetti L., Campbell M.A., Gilmore L. The relationship of loneliness and social anxiety with children’s and adolescents’ online communication // Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. 2010. Vol. 13. № 3. P. 279–285. doi: 10.1089/cyber.2009.0215.
  6. Boyd D.M., Ellison N.B. Social network sites: Definition, history, and scholarship // Journal of Computer-Mediated Communication. 2007. Vol. 13. № 1. P. 210–230. doi: 10.1111/j.1083-6101.2007.00393.x
  7. Buffardi L.E., Campbell W.K. Narcissism and social networking web sites // Personality and Social Psychology Bulletin. 2008. Vol. 34. № 10. P. 1303–1314. doi: 10.1177/0146167208320061.
  8. Carpenter C.J. Narcissism on Facebook: Self-promotional and anti-social behavior // Personality and Individual Differences. 2012. Vol. 52. № 4. P. 482–486. doi: 10.1016/j.paid.2011.11.011.
  9. Cross-cultural assessment of the five-factor model: The Revised NEO Personality Inventory / McCrae R.R. [et al.] // Journal of Cross-Cultural Psychology. 1998. Vol. 29. № 1. P. 171–188.
  10. Ellison N.B., Steinfield C., Lampe C. The benefits of facebook “friends:” Social capital and college students’ use of online social network sites // Journal of Computer-Mediated Communication. 2007. Vol. 12. № 4. P. 1143–1168. doi: 10.1111/j.1083-6101.2007.00367.x
  11. Exploring the Motivations of Facebook Use in Taiwan / Alhabash S. [et al.] // Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. 2012. Vol. 15. № 6. P. 304–311. doi: 10.1089/cyber.2011.0611.
  12. Findings on Facebook in higher education: A comparison of college faculty and student uses and perceptions of social networking sites / Roblyer M.D. [et al.] // Internet and Higher Education. 2010. Vol. 13. № 3. P. 134–140. doi: 10.1016/j.iheduc.2010.03.002.
  13. Forest A.L., Wood J.V. When social networking is not working: Individuals with low self-esteem recognize but do not reap the benefits of self-disclosure on facebook // Psychological Science. 2012. Vol. 23. № 3. P. 295–302. doi: 10.1177/0956797611429709.
  14. Gentile B., Twenge J.M., Freeman E.C., Campbell W.K. The effect of social networking websites on positive self-views: An experimental investigation // Computers in Human Behavior. 2012. Vol. 28. № 5. P. 1929–1933. doi: 10.1016/j.chb.2012.05.012.
  15. Gonzales A.L., Hancock J.T. Mirror, mirror on my Facebook wall: Effects of exposure to Facebook on self-esteem // Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. 2011. Vol. 14. № 1–2. P. 79–83. doi: 10.1089/cyber.2009.0411.
  16. Große Deters F., Mehl M. R., Eid M. Narcissistic power poster? On the relationship between narcissism and status updating activity on Facebook // Journal of Research in Personality. 2014. Vol. 53. P. 165–174. doi: 10.1016/j.jrp.2014.10.004.
  17. Hew K.F. Students’ and teachers’ use of Facebook // Computers in Human Behavior. 2011. Vol. 27. № 2. P. 662–676. doi: 10.1016/j.chb.2010.11.020.
  18. Junco R. The relationship between frequency of Facebook use, participation in Facebook activities, and student engagement // Computers and Education. 2012. Vol. 58. № 1. P. 162–171. doi: 10.1016/j.compedu.2011.08.004.
  19. Karl K., Peluchette J., Schlaegel C. Who’s posting facebook faux pas? a cross-cultural examination of personality differences // International Journal of Selection and Assessment. 2010. Vol. 18. № 2. P. 174–186. doi: 10.1111/j.1468-2389.2010.00499.x.
  20. Kluemper D.H., Rosen P.A., Mossholder K.W. Social Networking Websites, Personality Ratings, and the Organizational Context: More Than Meets the Eye? // Journal of Applied Social Psychology. 2012. Vol. 42. № 5. P. 1143–1172. doi: 10.1111/j.1559-1816.2011.00881.x.
  21. Kosinski M., Stillwell D., Graepel T. Private traits and attributes are predictable from digital records of human behavior // Proceedings of the National Academy of Sciences. 2013. Vol. 110. № 15. P. 5802–5805.
  22. Lampe C., Ellison N., Steinfield C. A Face(book) in the Crowd: Social Searching vs. Social Browsing // Proceedings of the 2006 20th Anniversary Conference on Computer-Supported Cooperative Work CSCW ’06. 2006 . P. 167–170. doi: 10.1145/1180875.1180901.
  23. Manago A.M., Taylor T., Greenfield P.M. Me and my 400 friends: The anatomy of college students’ Facebook networks, their communication patterns, and well-being // Developmental Psychology. 2012. Vol. 48. № 2. P. 369–380. doi: 10.1037/a0026338.
  24. Manifestations of personality in online social networks: Self-reported facebook-related behaviors and observable profile information / Gosling S.D. [et al.] // Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. 2011. Vol. 14. № 9. P. 483–488. doi: 10.1089/cyber.2010.0087.
  25. McAndrew F.T., Jeong H.S. Who does what on Facebook? Age, sex, and relationship status as predictors of Facebook use // Computers in Human Behavior. 2012. Vol. 28. № 6. P. 2359–2365. doi: 10.1016/j.chb.2012.07.007.
  26. McCrae R.R., John O.P. An introduction to the five-factor model and its applications // Journal of Personality. 1992. Vol. 60. № 2. P. 175–215.
  27. Mehdizadeh S. Self-presentation 2.0: Narcissism and self-esteem on facebook // Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. 2010. Vol. 13. № 4. P. 357–364. doi: 10.1089/cyber.2009.0257.
  28. Millennials, narcissism, and social networking: What narcissists do on social networking sites and why / Bergman S.M. [et al.] // Personality and Individual Differences. 2011. Vol. 50. № 5. P. 706–711. doi: 10.1016/j.paid.2010.12.022.
  29. Moore K., McElroy J.C. The influence of personality on Facebook usage, wall postings, and regret // Computers in Human Behavior. 2012. Vol. 28. № 1. P. 267–274. doi: 10.1016/j.chb.2011.09.009.
  30. Narcissism, extraversion and adolescents’ self-presentation on Facebook / Ong E.Y.L. [et al.] // Personality and Individual Differences. 2011. Vol. 50. № 2. P. 180–185. doi: 10.1016/j.paid.2010.09.022.
  31. Nosko A., Wood E., Molema S. All about me: Disclosure in online social networking profiles: The case of FACEBOOK // Computers in Human Behavior. 2010. Vol. 26, «№. P. 406–418. doi: 10.1016/j.chb.2009.11.012.
  32. Online and offline social ties of social network website users: An exploratory study in eleven societies / Cardon P.W. [et al.]// Journal of Computer Information Systems. 2009. Vol. 50, 1. P. 54–64.
  33. Pempek T., Yermolayeva Y., Calvert S. L. College students’ social networking experiences on Facebook // Journal of Applied Developmental Psychology. 2009. Vol. 30. № 3. P. 227–238. doi: 10.1016/j.appdev.2008.12.010.
  34. Personality and motivations associated with Facebook use / Ross C. [et al.] // Computers in Human Behavior. 2009. Vol. 25. № 2. P. 578–586. doi: 10.1016/j.chb.2008.12.024.
  35. Rainie L., Lenhart A., Smith A. The tone of life on social networking sites. Pew Research Center, 2012.
  36. Ryan T., Xenos S. Who uses Facebook? An investigation into the relationship between the Big Five, shyness, narcissism, loneliness, and Facebook usage // Computers in Human Behavior. 2011. Vol. 27. № 5. P. 1658–1664. doi: 10.1016/j.chb.2011.02.004.
  37. Seidman G. Self-presentation and belonging on Facebook: How personality influences social media use and motivations // Personality and Individual Differences. 2013. Vol. 54. № 3. P. 402–407. doi: 10.1016/j.paid.2012.10.009.
  38. Selfie posting behaviors are associated with narcissism among men / Sorokowski P. [et al.] // Personality and Individual Differences. 2015. Vol. 85. P. 123–127. doi: 10.1016/j.paid.2015.05.004.
  39. Sheldon P. Student favorite: Facebook and motives for its use // Southwestern Mass Communication Journal. 2008. Vol. 23. № 2. P. 39-53.
  40. Skues J. L., Williams B., Wise L. The effects of personality traits, self-esteem, loneliness, and narcissism on Facebook use among university students // Computers in Human Behavior. 2012. Vol. 28. № 6. P. 2414–2419. doi: 10.1016/j.chb.2012.07.012.
  41. Social capital: the benefit of Facebook “friends” / Johnston K. [et al.] // Behaviour & Information Technology. 2013. Vol. 32. № 1. P. 24-36. doi: 10.1080/0144929X.2010.550063.
  42. Social media and mobile internet use among teens and young adults / Lenhart A. [et al.]. PEW Research Center. 2010. P. 1–51. doi: 10.1021/ed8000717.
  43. Tazghini S., Siedlecki K. L. A mixed method approach to examining Facebook use and its relationship to self-esteem // Computers in Human Behavior. 2013. Vol. 29. № 3. P. 827–832. doi: 10.1016/j.chb.2012.11.010.
  44. The associations among computer-mediated communication, relationships, and well-being / Schiffrin H. [et al.] // Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. 2010. Vol. 13. № 3. P. 299–306. doi: 10.1089/cyber.2009.0173.
  45. The Five-Factor Model of personality and Degree and Transitivity of Facebook social networks / Lönnqvist J.-E. [et al.] // Journal of Research in Personality. 2014. Vol. 50. № 1. P. 98–101. doi: 10.1016/j.jrp.2014.03.009.
  46. Toma C.L. Feeling Better But Doing Worse: Effects of Facebook Self-Presentation on Implicit Self-Esteem and Cognitive Task Performance // Media Psychology. 2013. Vol. 16. № 2. P. 199–220. doi: 10.1080/15213269.2012.762189.
  47. Too much of a good thing? The relationship between number of friends and interpersonal impressions on facebook / Tong S.T. [et al.]// Journal of Computer-Mediated Communication. 2008. Vol. 13. № 3. P. 531–549. doi: 10.1111/j.1083-6101.2008.00409.x.
  48. Understanding online community citizenship behaviors through social support and social identity / Chiu C.-M. [et al.] // International Journal of Information Management. 2015. Vol. 35. № 4. P. 504–519. doi: 10.1016/j.ijinfomgt.2015.04.009.
  49. Valkenburg P.M., Peter J., Schouten A.P. Friend networking sites and their relationship to adolescents’ well-being and social self-esteem // Cyberpsychology and Behavior. 2006. Vol. 9. № 5. P. 584–590. doi: 10.1089/cpb.2006.9.584.
  50. Valkenburg P.M., Schouten A.P., Peter J. Adolescents’ identity experiments on the internet // New Media and Society. 2005. Vol. 7. № 3. P. 383–402. doi: 10.1177/1461444805052282.
  51. Vasalou A., Joinson A. N., Courvoisier D. Cultural differences, experience with social networks and the nature of “true commitment” in Facebook // International Journal of Human Computer Studies. 2010. Vol. 68. № 10. P. 719–728. doi: 10.1016/j.ijhcs.2010.06.002.
  52. Wang S.S., Stefanone M.A. Showing Off? Human Mobility and the Interplay of Traits, Self-Disclosure, and Facebook Check-Ins // Social Science Computer Review. 2013. Vol. 31. № 4. P. 437–457. doi: 10.1177/0894439313481424.
  53. Wang Y.-C., Burke M., Kraut R. Gender, topic, and audience response: An analysis of user-generated content on Facebook. In Conference on Human Factors in Computing Systems // Proceedings. 2013. P. 31–34. doi: 10.1145/2470654.2470659.
  54. What does the Narcissistic personality inventory really measure? / Ackerman R.A. [et al.] // Assessment. 2011. Vol. 18. № 1. P. 67–87. doi: 10.1177/1073191110382845.
  55. When social media isn’t social: Friends’ responsiveness to narcissists on Facebook / Choi M. [et al.] // Personality and Individual Differences. 2015. Vol. 77. P. 209–214. doi: 10.1016/j.paid.2014.12.056.
  56. Wilson R.E., Gosling S.D., Graham L.T. A Review of Facebook Research in the Social Sciences // Perspectives on Psychological Science. 2012. Vol. 7. № 3. P. 203–220. doi: 10.1177/1745691612442904
Источ­ник: Совре­мен­ная зару­беж­ная пси­хо­ло­гия. 2015. Том 4. № 3. С. 36–46. DOI: 10.17759/jmfp.2015040305

Об авторе

Еле­на Рафи­ков­на Ага­дул­ли­на — кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ских наук, доцент, депар­та­мент пси­хо­ло­гии факуль­те­та соци­аль­ных наук, ФГАОУ ВО «Наци­о­наль­ный иссле­до­ва­тель­ский уни­вер­си­тет «Выс­шая шко­ла эко­но­ми­ки» (ФГАОУ ВО «НИУ ВШЭ»), Москва, Россия.

Смот­ри­те также:

ПРИМЕЧАНИЕ

  1. По дан­ным гло­баль­но­го иссле­до­ва­ния CEB SHL Talent Measurement Solutions (Global Assessment Trends Report, 2014), око­ло 40% про­фес­си­о­наль­ных HR в Рос­сии рас­смат­ри­ва­ют соци­аль­ные сети как полез­ный инстру­мент при оцен­ке сте­пе­ни соот­вет­ствия кандидата.
  2. Боль­шин­ство резуль­та­тов, пред­став­лен­ных в дан­ном обзо­ре, полу­че­но на дан­ных иссле­до­ва­ний имен­но Facebook.
  3. Год запус­ка самой попу­ляр­ной миро­вой соци­аль­ной сети Facebook.
  4. Исклю­че­ние состав­ля­ют ста­тьи 2014—2015 гг., дан­ные по цити­ро­ва­нию кото­рых могут еще не отра­жать­ся в SCOPUS.

Категории

Метки

Публикации

ОБЩЕНИЕ

CYBERPSY — первое место, куда вы отправляетесь за информацией о киберпсихологии. Подписывайтесь и читайте нас в социальных сетях.

vkpinterest