Шершнёва Т.В. Психологические особенности безопасного поведения при виртуальном общении

Ш

Транс­фор­ма­ция совре­мен­но­го обще­ства во мно­гом обу­слов­ле­на созда­ни­ем IT-про­стран­ства, этой новой вир­ту­аль­ной сре­ды, изме­нив­шей наш образ жиз­ни, обес­пе­чи­вая доступ­ность полу­че­ния любой инфор­ма­ции, сво­бо­ду выбо­ра, без­опас­ность, под­держ­ку и мно­гое др. Лави­но­об­раз­ный рост объ­е­мов интер­нет-кон­тен­та и коли­че­ства интер­нет-поль­зо­ва­те­лей во всем мире дела­ет чрез­вы­чай­но акту­аль­ным иссле­до­ва­ние дан­но­го вида актив­но­сти человека. 

Мно­гие иссле­до­ва­те­ли отме­ча­ют, что совре­мен­ные тех­но­ло­гии меша­ют раз­ви­тию ком­му­ни­ка­тив­ных спо­соб­но­стей лич­но­сти, фор­ми­ро­ва­нию необ­хо­ди­мых навы­ков соци­аль­но­го вза­и­мо­дей­ствия. При этом в каче­стве дока­за­тель­ства при­во­дит­ся тот факт, что часть актив­ных поль­зо­ва­те­лей совре­мен­ных гад­же­тов пре­не­бре­га­ет шко­лой, рабо­той, семей­ны­ми обя­зан­но­стя­ми, едой и сном ради того, что­бы побыть в Сети. 

Одна­ко те, кто про­во­дит мно­го вре­ме­ни в вир­ту­аль­ном про­стран­стве, утвер­жда­ют, что это помо­га­ет им общать­ся. Резуль­та­ты опро­са более 1 700 аме­ри­кан­цев в воз­расте от 19 до 32 лет сви­де­тель­ству­ют, что в сред­нем они поль­зу­ют­ся попу­ляр­ны­ми соци­аль­ны­ми плат­фор­ма­ми («Фейс­бук», «Твит­тер» и «Инста­грам») 30 раз в неде­лю; 27 % опро­шен­ных, чаще все­го про­во­див­ших вре­мя в соц­се­тях (око­ло 58 раз в неде­лю), сооб­щи­ли, что ощу­ща­ют высо­кий уро­вень «доб­ро­воль­ной» изо­ля­ции от обще­ства [1].

Пре­бы­ва­ние в соци­аль­ных сетях лишь вре­мен­но облег­ча­ет симп­то­мы име­ю­щей­ся соци­аль­ной изо­ля­ции, под кото­рой пони­ма­ет­ся
отсут­ствие чув­ства при­над­леж­но­сти, отно­ше­ний и реаль­но­го вза­и­мо­дей­ствия с дру­ги­ми людь­ми и кото­рая тес­но свя­за­на с риском суи­ци­даль­но­го пове­де­ния, болез­ни или смерти.

Вир­ту­аль­ное про­стран­ство при­об­ре­та­ет наи­боль­шую сте­пень зна­чи­мо­сти за счет того, что в нем созда­ны усло­вия, спо­соб­ные удо­вле­тво­рить потреб­но­сти любо­го инди­ви­да. Мир же реаль­ный (окру­жа­ю­щая при­род­ная и соци­аль­ная сре­да) ухо­дит на вто­рой план, так как явля­ет­ся носи­те­лем более огра­ни­чи­ва­ю­щих усло­вий реа­ли­за­ции инди­ви­дом сво­их желаний.

Осо­бен­но­стью вир­ту­аль­но­го про­стран­ства явля­ет­ся так­же его бес­ко­неч­ность, веч­ность, в отли­чие от живой струк­ту­ры, зави­си­мой от усло­вий суще­ство­ва­ния и, в общем, смерт­ной, и в неко­то­рых слу­ча­ях не возобновляемой. 

В силу утра­ты спо­соб­но­сти отли­чить реаль­ность от фан­та­зии совре­мен­но­му чело­ве­ку ста­ло свой­ствен­но недо­ста­точ­но обду­ман­ное при­ня­тие реше­ний в вопро­сах, отно­ся­щих­ся к окру­жа­ю­щей дей­стви­тель­но­сти и живым объ­ек­там, о конеч­но­сти жиз­ни кото­рых уже нет при­выч­ки заду­мы­вать­ся, наси­лие ста­ло вос­при­ни­мать­ся как норма. 

Это ярко про­де­мон­стри­ро­ва­ли, напри­мер, мно­го­чис­лен­ные
мне­ния и ком­мен­та­рии на #Яне­бо­юсь­ска­зать не толь­ко ано­ним­ных поль­зо­ва­те­лей на фору­мах, но и попу­ляр­ных бло­ге­ров, пуб­лич­ных пер­сон: отсут­ствие эмпа­тии, обви­не­ние жерт­вы, зло­ба, отстра­нен­ность в оцен­ке про­ис­хо­дя­щих собы­тий и т. д.

Дж. Сулер так­же выде­лил такую харак­те­ри­сти­ку пове­де­ния чело­ве­ка в вир­ту­аль­ной сре­де как «эффект рас­тор­ма­жи­ва­ния» (disinhibition effect), дан­ное пове­де­ние пред­став­ля­ет собой повы­шен­ную «откры­тость» поль­зо­ва­те­лей сети Интер­нет при ком­му­ни­ка­ци­ях [4].

Откры­тость под­ра­зу­ме­ва­ет под собой более непри­нуж­ден­ное соци­аль­ное пове­де­ние, кото­рое может быть как бла­го­при­ят­ным — сво­бод­ное про­яв­ле­ние эмо­ций, состо­я­ний, ком­му­ни­ка­ция с высо­ким уров­нем дове­рия (benign disinhibition), так и нега­тив­ным, или ток­сич­ным — повы­шен­ная агрес­сия, непри­язнь и т. д. (toxic disinhibition) [4].

Вир­ту­аль­ное обще­ние часто не вклю­ча­ет в себя эмо­ци­о­наль­но-чув­ствен­ную и нрав­ствен­ную сфе­ры. Ком­му­ни­ка­ция в соци­аль­ных медиа обес­пе­чи­ва­ет поль­зо­ва­те­лям раз­лич­ную сте­пень ано­ним­но­сти, что, с одной сто­ро­ны, созда­ет абсо­лют­но без­ба­рьер­ную сре­ду для обще­ния, а с дру­гой — про­во­ци­ру­ет воз­ник­но­ве­ние кон­фликт­ных, часто опас­ных ситуаций. 

Кажу­ща­я­ся ано­ним­ность рас­кре­по­ща­ет поль­зо­ва­те­лей, дела­ет пове­де­ние в сети отлич­ным от их пове­де­ния в повсе­днев­ной жиз­ни, в кото­рой есть огра­ни­че­ния не толь­ко в виде каких-то мораль­ных норм и пра­вил, соци­аль­но­го кон­тро­ля, но и со сто­ро­ны пра­во­охра­ни­тель­ной системы. 

Сво­бо­да и ано­ним­ность в сети при­во­дит к раз­ви­тию деви­ант­но­го пове­де­ния (трол­линг, хэй­те­ринг и т.п.), сни­же­нию сте­пе­ни пер­со­наль­ной ответ­ствен­но­сти за про­ис­хо­дя­щее. При­чем соци­аль­ные сети исполь­зу­ют­ся в неэтич­ных целях не толь­ко поль­зо­ва­те­ля­ми (в 2018 году были заве­де­ны уго­лов­ные дела за репо­сты пуб­ли­ка­ций «ВКон­так­те»), но и раз­ра­бот­чи­ка­ми (реклам­ная слеж­ка, утеч­ка пер­со­наль­ных дан­ных поль­зо­ва­те­лей, опла­та нега­тив­ных пуб­ли­ка­ций и т. п. в «Фейс­бу­ке»).

При вир­ту­аль­ных вза­и­мо­дей­стви­ях, осо­бен­но без исполь­зо­ва­ния аудио- и видео­ка­на­лов свя­зи, зна­чи­тель­ная часть инфор­ма­ции не вос­при­ни­ма­ет­ся, не ана­ли­зи­ру­ет­ся и не усва­и­ва­ет­ся, что при­во­дит к затруд­не­ни­ям в фор­ми­ро­ва­нии или даже посте­пен­ной утра­те навы­ков меж­лич­ност­но­го взаимодействия. 

Всё боль­шую попу­ляр­ность при­об­ре­та­ет фор­мат корот­ких видео или тек­стов, кото­рые удоб­но про­смат­ри­вать по доро­ге — в мет­ро, машине и т. д., на ходу. Корот­кий фор­мат поз­во­ля­ет хоть как-то успе­вать сле­дить со сво­е­го смарт- фона за огром­ным пото­ком инфор­ма­ции, кото­рый обру­ши­ва­ет­ся на нашу голову. 

Совре­мен­но­му чело­ве­ку ста­но­вит­ся гораз­до труд­нее кон­цен­три­ро­вать вни­ма­ние на про­бле­ме. Глу­бо­ко обду­мать что-либо в тече­ние дли­тель­но­го пери­о­да вре­ме­ни не полу­ча­ет­ся, так как посто­ян­но появ­ля­ет­ся какая-то новая инфор­ма­ция, вызы­ва­ю­щая интерес. 

Чем при­выч­нее ста­но­вит­ся посто­ян­ный поток инфор­ма­ции из медиа­сре­ды, тем мень­ше ста­но­вит­ся воз­мож­ность отбо­ра инфор­ма­ции по сте­пе­ни ее важ­но­сти. В дан­ном слу­чае мозг оце­ни­ва­ет инфор­ма­цию по сте­пе­ни новиз­ны, а не по сте­пе­ни ее значимости. 

Вир­ту­аль­ное про­стран­ство иска­жа­ет и мас­ки­ру­ет реаль­ность, делая ее более при­ят­ной, эсте­тич­ной, а все про­бле­мы кажут­ся иллюзорными.

Для изу­че­ния осо­бен­но­стей вир­ту­аль­но­го обще­ния совре­мен­ных поль­зо­ва­те­лей Интер­не­та был про­ве­ден опрос сту­ден­тов Бело­рус­ско­го наци­о­наль­но­го тех­ни­че­ско­го уни­вер­си­те­та. Выбор­ка состо­я­ла из поль­зу­ю­щих­ся еже­днев­но сетью Интер­нет 160 чело­век, чей сред­ний воз­раст — 19,5 лет. 

Абсо­лют­но все респон­ден­ты ока­за­лись заре­ги­стри­ро­ван­ны­ми в соци­аль­ных сетях, при­чем почти все заре­ги­стри­ро­ва­ны одно­вре­мен­но в несколь­ких соци­аль­ных сетях. Наи­боль­шей попу­ляр­но­стью поль­зу­ет­ся соци­аль­ная сеть «ВКон­так­те», ею поль­зу­ют­ся все респон­ден­ты, «Инста­грам» попу­ля­рен у 85 % опро­шен­ных, «Вай­бер» и «Фейс­бук» — у 47,5 %, обще­ние в «Скайп» и «Твит­тер» пред­по­чи­та­ют 45 % при­няв­ших уча­стие в иссле­до­ва­нии, «Мой Мир» — 32,5 %, «Одно­класс­ни­ки» — 23,75 %.

В ходе ана­ли­за отве­тов испы­ту­е­мых мы выяви­ли, что 70 % респон­ден­тов заре­ги­стри­ро­ва­ны в соци­аль­ных сетях под сво­им соб­ствен­ным име­нем, 17,5 % в раз­ных соци­аль­ных сетях заре­ги­стри­ро­ва­ны по-раз­но­му (под сво­им име­нем и под вымыш­лен­ным), 15 % исполь­зо­ва­ли при реги­стра­ции псев­до­ним, 7,5 % не выкла­ды­ва­ют лич­ные фото или иную поз­во­ля­ю­щую их иден­ти­фи­ци­ро­вать инфор­ма­цию на сво­ей странице. 

Более поло­ви­ны респон­ден­тов име­ют допол­ни­тель­ные акка­ун­ты, о кото­рых никто или почти никто не зна­ет, в том чис­ле фей­ко­вые стра­ни­цы, исполь­зу­ют они их с раз­ной часто­той и целями.

В ходе опро­са выяв­ле­но, что основ­ны­ми целя­ми погру­же­ния в вир­ту­аль­ную реаль­ность явля­ют­ся: поиск инфор­ма­ции (77,5 %), зна­ком­ство и обще­ние с людь­ми (72,5 %), но наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ной целью явля­ет­ся раз­вле­че­ние — на нее ука­за­ло наи­боль­шее коли­че­ство опро­шен­ных (90 % иссле­ду­е­мой выборки). 

25 % сту­ден­тов сооб­щи­ли, что им лег­че общать­ся с людь­ми в соци­аль­ных сетях, чем в реаль­ной жиз­ни; 71,25 % сту­ден­тов ука­за­ли на то, что соци­аль­ные сети спо­соб­ству­ют раз­ви­тию их лич­но­сти; 32,5 % респон­ден­тов при­зна­лись, что соци­аль­ные сети избав­ля­ют их от ску­ки; 15 % — что при­бе­га­ют к вир­ту­аль­но­му обще­нию, что­бы рас­сла­бить­ся, отвлечь­ся от проблем. 

Пред­по­чи­та­е­мы­ми вида­ми актив­но­сти в соци­аль­ных сетях явля­ют­ся: «обще­ние пре­иму­ще­ствен­но в лич­ных сооб­ще­ни­ях, ино­гда ком­мен­та­рии к фото­гра­фи­ям» (45 % респон­ден­тов) и «обще­ние толь- ко в лич­ных сооб­ще­ни­ях, с опре­де­лен­ным кру­гом собе­сед­ни­ков» (32,5 %). Менее попу­ляр­ны «обще­ние со все­ми, уча­стие в обсуж­де­ни­ях, ком­мен­та­рии к фото­гра­фи­ям» (10 %) и «исполь­зо­ва­ние соци­аль­ных сетей исклю­чи­тель­но по дело­вым вопро­сам» (12,5 %).

Ана­лиз отве­тов пока­зал, что 42,5 % респон­ден­тов про­во­дят в сети более шести часов в сут­ки, 35 % — более трех часов, 15 % — от одно­го до двух часов, и 7,5 % сту­ден­тов отве­ти­ли, что про­во­дят в Интер­не­те менее часа в день. 

Дей­стви­тель­но, совре­мен­но­му поль­зо­ва­те­лю не нуж­но поки­дать соци­аль­ные сети даже для рутин­ных дей­ствий, в них уже встро­е­ны пла­теж­ные плат­фор­мы, есть воз­мож­ность совер­шать покуп­ки, зака­зы­вать еду с достав­кой, анон­си­ро­ва­на воз­мож­ность вызо­ва вра­ча на дом. Соци­аль­ные сети про­дол­жа­ют свое раз­ви­тие по пути пол­но­цен­ных сер­ви­сов, замкну­тых внут­ри себя.

Чет­верть респон­ден­тов при­зна­лись, что испы­ты­ва­ют чув­ство тре­во­ги при вне­зап­ном исчез­но­ве­нии интер­нет-досту­па (как это слу­чи­лось, к при­ме­ру, днем 16 фев­ра­ля 2018 года с сетью «ВКон­так­те» из-за пере­боя с электропитанием). 

Более поло­ви­ны респон­ден­тов при­зна­лись, что про­во­дят в сети Интер­нет боль­ше вре­ме­ни, чем пла­ни­ро­ва­ли: часто это слу­ча­ет­ся с 50 %, ред­ко — с 35 %, нико­гда — с 15 % испы­ту­е­мых. При­чем сту­ден­ты при­зна­лись, что им слож­но заста­вить себя вый­ти из Сети, не про­смот­рев все уве­дом­ле­ния, запро­сы, сооб­ще­ния, ново­сти, реак­ции вир­ту­аль­ных дру­зей на раз­ме­щен­ные поль­зо­ва­те­ля­ми запи­си и т. п., в иссле­ду­е­мой выбор­ке их коли­че­ство соста­ви­ло 62,5 %. 25% испы­ту­е­мых испы­ты­ва­ют пси­хо­ло­ги­че­ские затруд­не­ния при необ­хо­ди­мо­сти пре­рвать свое вир­ту­аль­ное обще­ние в силу объ­ек­тив­ных тре­бо­ва­ний дея­тель­но­сти. Толь­ко 12,5 % поль­зо­ва­те­лей не испы­ты­ва­ют дис­ком­фор­та или слож­но­стей, если нуж­но пре­рвать интернет-серфинг.

Боль­шин­ство респон­ден­тов (92,5 %) не при­да­ют зна­че­ния име­ю­ще­му­ся коли­че­ству дру­зей в соци­аль­ных сетях, а для 7,5 % опро­шен­ных это важ­но, они счи­та­ют, что чем их мень­ше, тем лучше. 

В ходе ана­ли­за отве­тов испы­ту­е­мых на вопрос: «Сколь­ко у вас дру­зей в соци­аль­ных сетях?» — мы выяви­ли, что до 100 вир­ту­аль­ных дру­зей име­ют 48,75 % опро­шен­ных, от 100 до 300 — 21,25 %, боль­ше 300 — 30 %. Отве­чая на вопрос: «Зна­е­те ли вы их всех лич­но?» — поло­жи­тель­ный ответ «да» дали 62,5 %, отри­ца­тель­ный — 37,5%.

Иссле­до­ва­ние пока­за­ло, что сту­ден­ты часто не заду­мы­ва­ют­ся о том, что их потен­ци­аль­ный рабо­то­да­тель или любой новый зна­ко­мый может зай­ти в их про­филь, изу­чить выло­жен­ные фото и видео, а так­же посты и сде­лать какие-то выво­ды, кото­рые могут при­ве­сти к поте­ре инте­рес­но­го карьер­но­го пред­ло­же­ния или к насмеш­кам и травле. 

Ана­лиз отве­тов поз­во­лил уста­но­вить, что толь­ко 6,25 % опро­шен­ных сту­ден­тов име­ют закры­тый про­филь в соци­аль­ных сетях, и лишь 30 % вос­поль­зо­ва­лись настрой­ка­ми при­ват­но­сти раз­ме­ща­е­мой на сво­их стра­ни­цах инфор­ма­ции и огра­ни­че­ни­я­ми воз­мож­но­стей свя­зи с дру­ги­ми пользователями. 

Учи­ты­вая, что при этом в боль­шей части акка­ун­тов ука­зы­ва­ет­ся инфор­ма­ция лич­но­го харак­те­ра, а на стра­ни­цах выкла­ды­ва­ет­ся фото дру­зей, род­ствен­ни­ков и т. п., про­яв­ля­ют­ся скры­тые эмо­ции и жела­ния, мож­но сде­лать вывод о том, что разум­ная осто­рож­ность, без­услов­но, про­яв­ля­ю­ща­я­ся в ситу­а­ции реаль­но­го вза­и­мо­дей­ствия с мало­зна­ко­мы­ми людь­ми, у боль­шин­ства сту­ден­тов отсутствует. 

Кажу­ща­я­ся ано­ним­ность вир­ту­аль­но­го обще­ния сти­ра­ет гра­ни­цы лич­но­го про­стран­ства, поз­во­ля­ет урав­нять соци­аль­ные ста­ту­сы, кото­рые огра­ни­чи­ва­ют нас в ситу­а­ции реаль­ной ком­му­ни­ка­ции лицом к лицу. 

Интра­пси­хи­че­ская сре­да вир­ту­аль­но­го про­стран­ства про­ду­ци­ру­ет ряд изме­не­ний, заклю­ча­ю­щих­ся в транс­фор­ма­ции вос­при­я­тия чело­ве­ком себя, рас­ши­ре­нии сво­е­го «Я». Воз­ни­ка­ют эффек­ты кон­стел­ля­ции и изме­не­ния гра­ниц лич­но­сти пользователя.

Нуж­но пом­нить так­же и о том, что иде­а­ли­зи­ро­ван­ный образ вир­ту­аль­но­го собе­сед­ни­ка выстро­ен вза­им­ны­ми уси­ли­я­ми поль­зо­ва­те­лей сети. Соци­аль­ные сети часто слу­жат сред­ством для под­твер­жде­ния соб­ствен­ной состо­я­тель­но­сти, успеш­но­сти, уникальности. 

При этом в Интер­не­те мож­но най­ти мно­же­ство реко­мен­да­ций по созда­нию про­фи­ля иде­аль­ных незна­ком­ца или незна­ком­ки, как сде­лать свой про­филь при­вле­ка­ю­щим вни­ма­ние, какой вре­мен­ной интер­вал явля­ет­ся луч­шим для постин­га, как управ­лять хеш­те­га­ми, какие мобиль­ные при­ло­же­ния луч­ше исполь­зо­вать для визу­аль­но­го пла­ни­ро­ва­ния кон­тен­та, при­чем с воз­мож­но­стью управ­ле­ния несколь­ки­ми акка­ун­та­ми, а так­же с режи­мом «шпи­он» для про­смот­ра акка­ун­тов сво­их конкурентов. 

Поль­зо­ва­те­ли раз­лич­ных соци­аль­ных сетей вклю­чи­лись в нешу­точ­ную борь­бу за луч­шее визу­аль­ное пред­став­ле­ние исто­рии сво­ей жиз­ни и судо­рож­ное сле­же­ние за тем, кто и что лайк­нул. Супер­по­зи­тив­ная пре­зен­та­ция неко­то­рых поль­зо­ва­те­лей фруст­ри­ру­ет фол­ло­ве­ров, может нега­тив­но вли­ять на их само­оцен­ку и эмо­ци­о­наль­ное состояние. 

Спра­вить­ся с нега­тив­ны­ми пере­жи­ва­ни­я­ми помо­га­ет «рас­крут­ка» акка­ун­та, зара­ба­ты­ва­ние «лай­ков» любы­ми спо­со­ба­ми (часто сопря­жен­ны­ми с риском для жиз­ни), без­гра­нич­ное уве­ли­че­ние коли­че­ства дру­зей и подписчиков. 

В ито­ге воз­мож­но раз­ви­тие аддик­тив­но­го пове­де­ния, обсес­сив­но-ком­пуль­сив­но­го, шизо­ид­но­го и нар­цис­си­че­ско­го рас­строй­ства, син­дро­ма дефи­ци­та вни­ма­ния и др. Дан­ный вы- вод был под­твер­жден рядом иссле­до­ва­те­лей (Т. М.Корягина, B. Lachmann & C. Sindermann), кото­рые уста­но­ви­ли, что интер­нет-зави­си­мость сопро­вож­да­ет­ся сни­же­ни­ем уров­ня пси­хо­ло­ги­че­ско­го бла­го­по­лу­чия, ощу­ще­ни­я­ми бес­си­лия, отсут­ствия кон­тро­ля над про­ис­хо­дя­щим, сла­бым осо­зна­ни­ем жиз­нен­ных целей и пер­спек­тив и т. д. [2; 6].

Про­цесс поис­ка брач­но­го парт­не­ра и любовь так­же ушли в соци­аль­ные сети, раз­ра­ба­ты­ва­ют­ся и успеш­но про­дви­га­ют­ся при­ло­же­ния для онлайн-дей­тин­га, в том чис­ле сер- висы для знакомства. 

С про­фи­лем парт­не­ра совре­мен­ные сту­ден­ты встре­ча­ют­ся гораз­до рань­ше, чем с ним самим. Это удоб­нее и без­опас­нее, по мне­нию 47,5 % респон­ден­тов. Пред­по­чли бы сна­ча­ла позна­ко­мить­ся с парт­не­ром про­ти­во­по­лож­но­го пола в реаль­но­сти 53,75 % опро­шен­ных, осталь­ные не видят осо­бен­ной разницы. 

Каза­лось бы, зна­ко­мить­ся ста­ло так же про­сто, как выби­рать това­ры в интер­нет-мага­зине. Но у дан­ной воз­мож­но­сти есть обрат­ная сто­ро­на: очень слож­но оста­но­вить­ся в сво­ем поис­ке иде­аль­но­го парт­не­ра. Стро­ить отно­ше­ния в реаль­но­сти всё так же слож­но, как и преж­де, а в Сети все­гда оста­ет­ся мно­же­ство более при­тя­га­тель­ных вариантов.

Таким обра­зом, про­ве­ден­ный опрос сту­ден­тов пока­зал, что всё боль­ше юно­шей и деву­шек пред­по­чи­та­ют ухо­дить с голо­вой в вир­ту­аль­ный мир, не желая решать повсе­днев­ные зада­чи, выстра­и­вать отно­ше­ния с окру­жа­ю­щим миром и обще­ством [5].

Совре­мен­ный чело­век во мно­гом пере­ори­ен­ти­ро­вал­ся с позна­ния внеш­ней объ­ек­тив­ной реаль­но­сти на вир­ту­аль­ный мир, а точ­нее — пости­га­ет себя и окру­жа­ю­щую сре­ду через вир­ту­аль­ные обра­зы, не заме­чая иска­же­ний, под­ме­ны, иллю­зор­но­сти происходящего. 

Соот­вет­ствен­но, меня­ет­ся и систе­ма цен­но­стей чело­ве­ка. Мир вир­ту­аль­ный при­об­ре­та­ет наи­боль­шую сте­пень зна­чи­мо­сти за счет того, что в нем созда­ны усло­вия, спо­соб­ные удо­вле­тво­рить потреб­но­сти любо­го инди­ви­да. При­о­ри­тет­ны­ми объ­ек­та­ми заин­те­ре­со­ван­но­сти чело­ве­ка ста­но­вят­ся соци­аль­но одоб­рен­ные вир­ту­аль­ным сооб­ще­ством мас­со­вые тен­ден­ции и мегатрен­ды [3], без кри­тич­ной оцен­ки их цен­но­сти и субъ­ек­тив­ной значимости. 

Сту­дент, увле­чен­ный интер­нет-обще­ни­ем, часто при­об­ре­та­ет про­бле­мы с уче­бой и экза­ме­на­ми. При дли­тель­ном отсут­ствии тако­го обще­ния чело­век боль­ше не полу­ча­ет выбро­сов дофа­ми­на и серо­то­ни­на в мозг, он боль­ше не чув­ству­ет себя радост­ным и бод­рым. К тому же со вре­ме­нем орга­низм при­вы­ка­ет к коли­че­ствам веществ, выде­ля­ю­щих­ся при поло­жи­тель­ных эмо­ци­о­наль­ных реак­ци­ях, по- это­му вре­мя нахож­де­ния в Сети про­дле­ва­ет­ся до бес­ко­неч­но­сти, часто в ущерб ноч­но­му отдыху. 

Блуж­дая по сай­там, пере­хо­дя по раз­лич­ным ссыл­кам, часа­ми про­во­дя вре­мя в мес­сен­дже­рах, соци­аль­ных сетях, чатах, часто на заня­ти­ях или вме­сто них, он выпа­да­ет из обра­зо­ва­тель­но­го про­цес­са, а ино­гда и из реальности. 

Всё выше­ска­зан­ное сви­де­тель­ству­ет о необ­хо­ди­мо­сти орга­ни­за­ции досу­га обу­ча­ю­щих­ся, ведь от того, чем зани­ма­ет­ся сту­дент в сво­бод­ное вре­мя, зави­сит даль­ней­шее фор­ми­ро­ва­ние его лич­ност­ных качеств, потреб­но­стей, цен­ност­ных ори­ен­та­ций, миро­воз­зрен­че­ских уста­но­вок, а в целом пред­опре­де­ля­ет его поло­же­ние в обществе. 

При совре­мен­ных воз­мож­но­стях иметь мгно­вен­ный доступ прак­ти­че­ски к любой инфор­ма­ции, накоп­лен­ной чело­ве­че­ством, совре­мен­ные сту­ден­ты, как пока­зы­ва­ет прак­ти­ка, абсо­лют­но не инте­ре­су­ют­ся науч­ны­ми откры­ти­я­ми даже в тех сфе­рах, кото­рые непо­сред­ствен­но свя­за­ны с избран­ной спе­ци­аль­но­стью, отда­вая пред­по­чте­ние раз­вле­ка­тель­но-инфор­ма­ци­он­ным ресур­сам и ново­стям кино и шоу-биз­не­са. В таких усло­ви­ях не при­хо­дит­ся гово­рить о сфор­ми­ро­ван­ной при­выч­ке тща­тель­но ана­ли­зи­ро­вать и кри­ти­че­ски оце­ни­вать полу­ча­е­мую инфор­ма­цию, фор­ми­ро­вать мне­ние и устой­чи­вую позицию.

Кибер­ком­му­ни­ка­тив­ная зави­си­мость, трол­линг, хей­те­ринг и дру­гие фор­мы деви­ант­но­го пове­де­ния транс­фор­ми­ру­ют систе­му цен­но­стей личности. 

Поня­тие нрав­ствен­но­сти в совре­мен­ном вир­ту­аль­ном про­стран­стве ста­ло весь­ма субъ­ек­тив­ным. В неко­то­рых слу­ча­ях отри­ца­тель­ные поступ­ки не толь­ко не осуж­да­ют­ся, но и при­ни­ма­ют­ся как само собой разу­ме­ю­ще­е­ся во Все­мир­ной сети. 

Пси­хо­ло­ги­че­ская кор­рек­ция эмо­ци­о­наль­но-воле­вой сфе­ры лич­но­сти, фор­ми­ро­ва­ние адек­ват­ной систе­мы цен­но­стей, ресо­ци­а­ли­за­ция дез­адап­ти­ро­ван­ных сту­ден­тов — наи­бо­лее про­дук­тив­ное направ­ле­ние про­фи­лак­ти­че­ской рабо­ты по пре­ду­пре­жде­нию раз­ви­тия деви­ант­но­го пове­де­ния сре­ди молодежи. 

К тому же сле­ду­ет пом­нить, что на про­сто­рах Интер­не­та мож­но обна­ру­жить боль­шое коли­че­ство кон­тен­та, в кото­ром инфор­ма­ция пре­под­но­сит­ся лишь с опре­де­лен­но­го, наи­бо­лее выгод­но­го ее ракур­са, что спо­соб­ству­ет фор­ми­ро­ва­нию лож­ных пред­став­ле­ний о тех или иных собы­ти­ях и фак­тах у поль­зо­ва­те­лей. Имен­но поэто­му сей­час важ­но гово­рить об инфор­ма­ци­он­ной гиги­ене, уровне обра­зо­ван­но­сти насе­ле­ния, кото­рый предо­ста­вит необ­хо­ди­мый базис для пра­виль­но­го вос­при­я­тия собы­тий из средств масс-медиа. 

Раз­ви­тие инфор­ма­ци­он­ной гиги­е­ны поз­во­лит сни­зить отри­ца­тель­ное вли­я­ния инфор­ма­ции на пси­хи­че­ское, физи­че­ское и соци­аль­ное бла­го­по­лу­чие лич­но­сти и совре­мен­но­го общества.

Необ­хо­ди­мо понять, что низ­кая инфор­ма­ци­он­ная куль­ту­ра при сверх­вы­со­кой ско­ро­сти рас­про­стра­не­ния той или иной эмо­ци­о­наль­но подан­ной инфор­ма­ции предо­став­ля­ет прак­ти­че­ски без­гра­нич­ные воз­мож­но­сти мани­пу­ли­ро­ва­ния созна­ни­ем и пове­де­ни­ем со- вре­мен­ной моло­де­жи, и этот факт, без­услов­но, тре­бу­ет вни­ма­ния и уче­та при раз­ра­бот­ке обра­зо­ва­тель­ных стан­дар­тов, учеб­ных пла­нов, опре­де­ле­ния роли гума­ни­тар­ной состав­ля­ю­щей про­фес­си­о­наль­ной под­го­тов­ки специалистов. 

Необ­хо­ди­мо оста­но­вить наблю­да­е­мую в послед­нее вре­мя тен­ден­цию к сокра­ще­нию гума­ни­тар­но­го ком­по­нен­та в учеб­ных пла­нах по спе­ци­аль­но­стям пер­вой и вто­рой сту­пе­ни выс­ше­го образования. 

Тре­бу­ет­ся целе­на­прав­лен­ная рабо­та по раз­ви­тию ком­му­ни­ка­тив­ных навы­ков и инфор­ма­ци­он­ной куль­ту­ры лич­но­сти, более глу­бо­кое же изу­че­ние про­бле­мы зави­си­мо­сти от вир­ту­аль­но­го обще­ния пси­хо­ло­га­ми и меди­ка­ми поз­во­лит раз­ра­бо­тать про­фи­лак­ти­че­скую и пси­хо­кор­рек­ци­он­ную про­грам­му, а так­же так­ти­ку меди­ка­мен­тоз­но­го лече­ния для пре­ду­пре­жде­ния физио­ло­ги­че­ских изме­не­ний и изме­не­ний лич­но­сти интернет-аддиктов.

Библиографический список

  1. Зло­упо­треб­ле­ние соци­аль­ны­ми сетя­ми ведет к соци­аль­ной изо­ля­ции. Элек­трон­ный ресурс.
  2. Коря­ги­на Т. М. Вза­и­мо­связь меж­ду интер­нет-зави­си­мо­стью и лич­ност­ны­ми осо­бен­но­стя­ми сту­ден­тов // Совре­мен­ные иссле­до­ва­ния соци­аль­ных про­блем. 2018. No 2–1. С. 70–83.
  3. Нес­бит Д., Нес­бит Н., Филипс Д. Высо­кая тех­но­ло­гия, глу­бо­кая гуман­ность. Тех­но­ло­гии и наши поис­ки смыс­ла. М.: АСТ, 2005. 384 с.
  4. Сулер Дж. Эффект рас­тор­ма­жи­ва­ния в Сети // Кибер­пси­хо­ло­гия. Немно­го о пси­хо­ло­гии созда­те­лей и жите­лей Интернета. 
  5. Шерш­нё­ва Т. В., Дроз­дов И. И. Транс­фор­ма­ция лич­но­сти при раз­ви­тии зави­си­мо­сти от вир­ту­аль­ной сре­ды // Вест­ник Баш­кир­ско­го госу­дар­ствен­но­го меди­цин­ско­го уни­вер­си­те­та. 2017. No 5. С. 262–269.
  6. The role of empathy and life satisfaction in Internet and Smartphone use disorder / B. Lachmann, C. Sindermann [et al.] // Frontiers in Psychology. 2018. No. 9. Р. 398–399.
Источ­ник: Вест­ник При­кам­ско­го соци­аль­но­го инсти­ту­та. 2019. No 2 (83). С. 80–85.

Об авторе

Татья­на Вик­то­ров­на Шерш­нё­ва — кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ских наук, доцент, заве­ду­ю­щая кафед­рой «Пси­хо­ло­гия». Бело­рус­ский наци­о­наль­ный тех­ни­че­ский уни­вер­си­тет, Минск, Беларусь.

Смот­ри­те также:

Категории

Метки

Публикации

ОБЩЕНИЕ

CYBERPSY — первое место, куда вы отправляетесь за информацией о киберпсихологии. Подписывайтесь и читайте нас в социальных сетях.

vkpinterest