Молчанов С.В., Алмазова О.В., Поскребышева Н.Н. Когнитивные способы переработки социальной информации из интернет-сети в подростковом возрасте

М

Совре­мен­ные под­рост­ки актив­но исполь­зу­ют интер­нет как сре­ду соци­аль­но­го и меж­лич­ност­но­го вза­и­мо­дей­ствия. Иссле­до­ва­ния пока­зы­ва­ют все более воз­рас­та­ю­щую зна­чи­мость интер­нет-обще­ния, неред­ко сопро­вож­да­ю­щу­ю­ся сни­же­ни­ем зна­чи­мо­сти реаль­но­го «живо­го» (офлайн) обще­ния (Вой­скун­ский, 2014, 2017). 

Вир­ту­аль­ная реаль­ность для мно­гих под­рост­ков ста­но­вит­ся основ­ной, наи­бо­лее важ­ной частью жиз­ни. Как след­ствие, обще­ние в соци­аль­ных сетях порож­да­ет тра­ди­ци­он­ные рис­ки новых форм ком­му­ни­ка­ции: кибер­бул­линг, деви­ант­ное пове­де­ние, вклю­чая про­ти­во­прав­ное, суи­ци­даль­ное и само­раз­ру­ша­ю­щее пове­де­ние (Сол­да­то­ва, Рас­ска­зо­ва, 2014). 

Акту­аль­ность про­бле­мы иссле­до­ва­ния вза­и­мо­свя­зи когни­тив­ных спо­со­бов пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции из интер­нет-сети и фор­ми­ро­ва­ния миро­вос­при­я­тия у под­рост­ков в усло­ви­ях инфор­ма­ци­он­ной соци­а­ли­за­ции обу­слов­ле­но необ­хо­ди­мо­стью поис­ка новых под­хо­дов к созда­нию все­объ­ем­лю­щей целост­ной систе­мы усло­вий пози­тив­ной соци­а­ли­за­ции личности. 

Ана­лиз осо­бен­но­стей мораль­но­го раз­ви­тия под­рост­ков дол­жен учи­ты­вать новые реа­лии сре­ды обще­ния: вир­ту­аль­ность, высо­кую субъ­ек­тив­ную зна­чи­мость, роль сете­вых сооб­ществ в соци­а­ли­за­ции под­рост­ков и порож­де­нии под­рост­ко­вых суб­куль­тур. В ходе интер­нет-вза­и­мо­дей­ствия под­ро­сток стал­ки­ва­ет­ся с ситу­а­ци­я­ми, тре­бу­ю­щи­ми осу­ществ­ле­ния мораль­но­го выбо­ра. Осу­ществ­ле­ние мораль­ных выбо­ров осно­вы­ва­ет­ся на инфор­ма­ции, кото­рую он полу­ча­ет в интер­нет-сети и на осно­ве кото­рой кон­стру­и­ру­ет кар­ти­ну мира и базис­ные убеждения.

Коли­че­ство инфор­ма­ции, с кото­рой стал­ки­ва­ет­ся поль­зо­ва­тель интер­не­та, очень вели­ко. Мож­но выде­лить инфор­ма­цию, кото­рая ищет­ся целе­на­прав­лен­но, и инфор­ма­цию, кото­рая явля­ет­ся побоч­ной (напри­мер, кон­текст­ные сооб­ще­ния или рекла­ма), но спо­соб­ной пере­клю­чать вни­ма­ние чело­ве­ка на себя. 

Необ­хо­ди­мо отме­тить, что кон­троль инфор­ма­ци­он­но­го пото­ка поль­зо­ва­те­ля­ми огра­ни­чен, осо­бен­но в под­рост­ко­вом воз­расте, а изоби­лие соци­аль­ной инфор­ма­ции часто пре­вы­ша­ет воз­мож­но­сти ее ана­ли­за, пере­ра­бот­ки и интер­пре­та­ции (Emelin, Tkhostov, Rasskazova, 2014; Karabanova, 2010). 

Более того, в усло­ви­ях чрез­мер­ной вовле­чен­но­сти в сете­вое вза­и­мо­дей­ствие и интер­нет-зави­си­мо­сти под­ро­сток зача­стую одно­вре­мен­но пере­жи­ва­ет и стрем­ле­ние к посто­ян­но­му полу­че­нию ново­го инфор­ма­ци­он­но­го кон­тен­та, и соб­ствен­ное субъ­ек­тив­но вос­при­ни­ма­е­мое бес­си­лие от невоз­мож­но­сти кон­тро­ли­ро­вать поступ­ле­ние информации. 

След­стви­ем это­го ста­но­вит­ся фор­ми­ро­ва­ние некри­тич­но­го отно­ше­ния к инфор­ма­ции, под­вер­жен­ность мани­пу­ля­тив­ным воз­дей­стви­ям, чрез­мер­ная вну­ша­е­мость, рост вли­я­ния инфор­ма­ции на пове­де­ние чело­ве­ка и при­ни­ма­е­мые им реше­ния, в том чис­ле и в сфе­ре морали. 

Иссле­до­ва­ние усло­вий и фак­то­ров, опре­де­ля­ю­щих спо­со­бы пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции в усло­ви­ях спе­ци­фи­че­ско­го интер­нет-вза­и­мо­дей­ствия, при­об­ре­та­ет осо­бую акту­аль­ность (Вой­скун­ский, 2010; Сол­да­то­ва, Оль­ки­на, 2015). Оно поз­во­лит регу­ли­ро­вать инфор­ма­ци­он­ный поток и огра­ни­чить его вли­я­ние в той мере, как это­го хочет сам поль­зо­ва­тель, избе­жать мани­пу­ли­ро­ва­ния, а так­же импуль­сив­ных дей­ствий под­рост­ков-поль­зо­ва­те­лей интер­нет-сети, кото­рые могут носить кон­форм­ный или деструк­тив­ный характер.

В соот­вет­ствии с фило­соф­ски­ми аспек­та­ми иссле­до­ва­ния позна­ва­тель­ной дея­тель­но­сти чело­ве­ка выде­ле­ны такие виды соци­аль­но-когни­тив­ной пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции как ана­ли­ти­че­ский и холи­сти­че­ский. Ана­ли­ти­че­ский спо­соб пере­ра­бот­ки заклю­ча­ет­ся в диф­фе­рен­ци­а­ции инфор­ма­ции на эле­мен­ты, харак­те­ри­зу­ю­щи­е­ся логи­че­ской обос­но­ван­но­стью, после­до­ва­тель­но­стью вре­мен­ных эта­пов и осознанностью. 

Холи­сти­че­ский спо­соб пере­ра­бот­ки состо­ит в оцен­ке общих кон­фи­гу­ра­ций инфор­ма­ции, харак­те­ри­зу­ет­ся быст­ро­той про­те­ка­ния, инту­и­тив­ным харак­те­ром реше­ния и мини­маль­ной осо­знан­но­стью. Авто­ры свя­зы­ва­ют холи­сти­че­ский и ана­ли­ти­че­ский спо­со­бы пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции с раз­ви­ти­ем твор­че­ских спо­соб­но­стей, фор­маль­но­го и эмо­ци­о­наль­но­го интеллекта. 

С пере­ра­бот­кой ней­траль­ной и эмо­ци­о­наль­но окра­шен­ной инфор­ма­ции свя­за­ны оба спо­со­ба, при этом ана­ли­ти­че­ский спо­соб поло­жи­тель­но свя­зан с уров­нем обще­го интел­лек­та, а холи­сти­че­ский – с уров­нем эмо­ци­о­наль­но­го интел­лек­та (Бело­ва, Валу­е­ва и др., 2012). 

Пере­ра­бот­ка инфор­ма­ции в сети интер­нет так­же свя­зы­ва­ет­ся с твор­че­ски­ми спо­соб­но­стя­ми вви­ду осо­бой струк­ту­ры содер­жа­щей­ся там соци­аль­ной инфор­ма­ции. В каче­стве основ­ных фак­то­ров, вли­я­ю­щих на когни­тив­ные про­цес­сы, выде­ля­ют­ся гипер­тек­сту­аль­ность, уве­ли­че­ние коли­че­ства инфор­ма­ции, рас­про­стра­не­ние элек­трон­ной ком­му­ни­ка­ции и свя­зан­ные с ней язы­ко­вые трансформации. 

Пока­за­но, что дефо­ку­си­ро­ван­ное вни­ма­ние и подвиж­ность мыш­ле­ния, порож­да­е­мые рабо­той в ком­пью­тер­ных сетях, в част­но­сти, в сети интер­нет, могут стать импуль­сом для раз­ви­тия твор­че­ских спо­соб­но­стей (Лысак, Белов, 2013).

Иссле­до­ва­те­ли выде­ля­ют несколь­ко наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ных моде­лей пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции как обоб­щен­ных, так и спе­ци­фи­че­ских для интернет-сетей. 

Так, немец­кий иссле­до­ва­тель Кан­нинг (Kanning, 2002) пред­ла­га­ет рас­смат­ри­вать 4 эта­па пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции. Пер­вым высту­па­ет ана­лиз ситу­а­ции, кото­рый под­ра­зу­ме­ва­ет пер­цеп­тив­но-когни­тив­ный ана­лиз соб­ствен­ных целей и рас­смот­ре­ние соци­аль­но­го кон­тек­ста. Далее сле­ду­ет ана­лиз воз­мож­ных дей­ствий, осно­ван­ный на ком­плек­се пер­цеп­тив­но-когни­тив­ных и эмо­ци­о­наль­но-моти­ва­ци­он­ных ком­пе­тен­ций. Он пред­по­ла­га­ет созда­ние вари­ан­тов соци­аль­но­го вза­и­мо­дей­ствия с уче­том послед­ствий для себя и внеш­не­го окру­же­ния. Тре­тий этап – этап реа­ли­за­ции дей­ствия, тре­бу­ю­щий непо­сред­ствен­ных уме­ний в обла­сти соци­аль­но­го вза­и­мо­дей­ствия. Завер­ша­ю­щим явля­ет­ся этап когни­тив­ной оцен­ки послед­ствий реа­ли­зо­ван­ных дей­ствий для себя и соци­аль­но­го окружения.

Наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ной моде­лью при рас­смот­ре­нии когни­тив­ных спо­со­бов пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции явля­ет­ся модель Кри­ка и Доджа (Crick, Dodge, 1994), допол­нен­ная поз­же Леме­ри­зом и Арсе­нио (Lemerise, Arsenio, 2000). 

Модель постро­е­на на цик­ле из несколь­ких состав­ля­ю­щих, свя­зан­ных меж­ду собой: вос­при­я­тие инфор­ма­ции (вклю­чая деко­ди­ро­ва­ние), интер­пре­та­ция инфор­ма­ции, про­яс­не­ние целей, постро­е­ние воз­мож­ных ответ­ных дей­ствий, реше­ние о дей­ствии, реа­ли­за­ция действия. 

Каж­дый из этих эта­пов тем или иным обра­зом свя­зан с эмо­ци­о­наль­ны­ми аспек­та­ми пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции и непо­сред­ствен­ны­ми когни­тив­ны­ми спо­соб­но­стя­ми, харак­те­ри­зу­ю­щи­ми объ­ем памя­ти, инте­ри­о­ри­зи­ро­ван­ные соци­аль­ные схе­мы и уста­нов­ки и др.

На пер­вом эта­пе про­ис­хо­дит деко­ди­ро­ва­ние сиг­на­лов и зна­ков: внеш­них и внут­рен­них. Деко­ди­ро­ва­ние осно­вы­ва­ет­ся на пред­ше­ству­ю­щем опы­те, опре­де­лен­ной «базе дан­ных», кото­рая вклю­ча­ет содер­жи­мое памя­ти, усво­ен­ные пра­ви­ла пове­де­ния и соци­аль­ные схе­мы, а так­же раз­лич­ные соци­аль­ные зна­ния. «База дан­ных» и про­цесс деко­ди­ро­ва­ния непре­рыв­но свя­за­ны: деко­ди­ро­ва­ние про­ис­хо­дит на осно­ве пред­ше­ству­ю­ще­го опы­та и созда­ет новый опыт самим фак­том пере­ра­бот­ки новой информации.

Вто­рой этап – интер­пре­та­ци­он­ный. Интер­пре­та­ция соци­аль­ной инфор­ма­ции стро­ит­ся на осно­ве кау­заль­ных атри­бу­ций, уста­но­вок, при­пи­сы­ва­ния целей и моти­вов, оцен­ки успеш­но­го опы­та преж­них вза­и­мо­дей­ствий, само­оцен­ки. Интер­пре­та­ция соци­аль­ных зна­ков неред­ко про­ис­хо­дит прак­ти­че­ски одно­вре­мен­но с их деко­ди­ро­ва­ни­ем, при этом сама интер­пре­та­ция осно­вы­ва­ет­ся так же, как и деко­ди­ро­ва­ние, на пред­ше­ству­ю­щем опы­те и может потре­бо­вать допол­ни­тель­но­го деко­ди­ро­ва­ния внеш­них и/или внут­рен­них сигналов.

На тре­тьем эта­пе про­ис­хо­дит про­яс­не­ние целей и при­ня­тие субъ­ек­том реше­ния о том, какую цель (внеш­нюю или внут­рен­нюю) он пре­сле­ду­ет в соци­аль­ном кон­так­те. Цели, с одной сто­ро­ны, опре­де­ля­ют­ся уже име­ю­щим­ся опы­том, с дру­гой – кон­стру­и­ру­ют­ся на осно­ве налич­ной ситу­а­ции с уче­том деко­ди­ро­ва­ния и интер­пре­та­ции непре­рыв­но посту­па­ю­щей инфор­ма­ции в кон­крет­ной ситу­а­ции. Опре­де­ле­ние цели, по сути, явля­ет­ся клю­че­вым моти­ва­ци­он­ным источ­ни­ком для даль­ней­ших дей­ствий. При про­яс­не­нии целей важ­ны регу­ля­ци­он­ные меха­низ­мы, поз­во­ля­ю­щие наи­бо­лее эффек­тив­но кон­стру­и­ро­вать цели на осно­ве про­шло­го опы­та и налич­ной ситуации. 

Чет­вер­тый этап свя­зан с про­ду­мы­ва­ни­ем ответ­ных реак­ций. Воз­мож­ные ответ­ные реак­ции стро­ят­ся на осно­ва­нии опре­де­ле­ния цели и «базы дан­ных», акку­му­ли­ру­ю­щей про­шлый соци­аль­ный опыт. При отсут­ствии гото­вых моде­лей пове­де­ния в той или иной ситу­а­ции или при невоз­мож­но­сти при­ме­нить ранее исполь­зу­е­мые схе­мы вза­и­мо­дей­ствия с соци­аль­ным окру­же­ни­ем на этом эта­пе кон­стру­и­ру­ет­ся новый пат­терн пове­де­ния на осно­ве деко­ди­ро­ва­ния и интер­пре­та­ции акту­аль­ной соци­аль­ной ситу­а­ции. Боль­шим пре­иму­ще­ством пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции на чет­вер­том эта­пе явля­ет­ся воз­мож­ность созда­ния широ­ко­го спек­тра воз­мож­ных ответ­ных реакций.

Пятый этап пред­по­ла­га­ет выбор пред­по­чи­та­е­мо­го ответ­но­го пове­де­ния. На этом эта­пе осу­ществ­ля­ет­ся оцен­ка реак­ций, выра­бо­тан­ных на преды­ду­щем эта­пе, ана­лиз ожи­да­е­мых послед­ствий, оцен­ка само­эф­фек­тив­но­сти в дан­ной ситу­а­ции и соб­ствен­но выбор дей­ствий. Выбор пред­по­чи­та­е­мо­го дей­ствия нераз­рыв­но свя­зан с пред­ше­ству­ю­щим опы­том, одна­ко тре­бу­ет мыс­лен­но­го воз­вра­та к тем вари­ан­там ответ­ных реак­ций, кото­рые про­ду­ци­ро­ва­лись на пред­ше­ству­ю­щем эта­пе. Каж­дый вари­ант дей­ствий оце­ни­ва­ет­ся с точ­ки зре­ния его эффек­тив­но­сти для лич­но­сти и соци­аль­ной ситу­а­ции в целом, с точ­ки зре­ния и воз­мож­но­сти его реа­ли­за­ции, и крат­ко­сроч­ных и дол­го­сроч­ных последствий. 

После оцен­ки всех вари­ан­тов ответ­но­го дей­ствия выби­ра­ет­ся наи­бо­лее опти­маль­ный спо­соб пове­де­ния, с точ­ки зре­ния инди­ви­ду­аль­ных и соци­аль­ных послед­ствий, цен­но­стей, ожи­да­е­мо­го резуль­та­та. Завер­ша­ю­щим шагом явля­ет­ся непо­сред­ствен­ная пове­ден­че­ская реак­ция, совер­ше­ние кон­крет­но­го дей­ствия. Затем сле­ду­ет новый цикл пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции, свя­зан­ный с ответ­ной реак­ци­ей парт­не­ров по ком­му­ни­ка­ции. В ряде слу­ча­ев ситу­а­ция вза­и­мо­дей­ствия может ока­зать­ся завер­шен­ной. Одна­ко вне зави­си­мо­сти от того, завер­ше­но или не завер­ше­но целост­ное вза­и­мо­дей­ствие или толь­ко его часть, про­цесс когни­тив­ной пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции на этом не завер­ша­ет­ся – при­об­ре­тен­ные схе­мы дей­ствий сохра­ня­ют­ся в «базе дан­ных» для даль­ней­ше­го использования. 

Иссле­до­ва­те­ли под­чер­ки­ва­ют, что на каж­дом эта­пе пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции воз­мож­ны нару­ше­ния, что может быть свя­за­но как с лич­ност­ны­ми осо­бен­но­стя­ми всту­па­ю­щих в соци­аль­ное инфор­ма­ци­он­ное поле, так и с раз­ви­ти­ем их соци­аль­ных ком­пе­тен­ций. Наи­бо­лее часто нару­ше­ния эта­пов пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции свя­зы­ва­ют с агрес­сив­но­стью, повы­шен­ной чув­стви­тель­но­стью, пове­ден­че­ски­ми проблемами.

Каж­дый этап цик­ла пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции может быть про­дук­ти­вен или нет. Так, на эта­пе вос­при­я­тия инфор­ма­ции и деко­ди­ро­ва­ния про­дук­тив­ным, с точ­ки зре­ния каче­ства когни­тив­ной пере­ра­бот­ки, явля­ет­ся воз­мож­ность охва­тить всю сово­куп­ность дан­ных. Узкое, одно­сто­рон­нее вос­при­я­тие инфор­ма­ции явля­ет­ся непро­дук­тив­ным и может при­ве­сти к нару­ше­ни­ям в уста­нов­ках и пове­ден­че­ским труд­но­стям, напри­мер, суже­ние вос­при­я­тия инфор­ма­ции до угро­жа­ю­щей (Dodge, 1993), иска­жен­ное вос­при­я­тие ней­траль­но­го обще­ния с мало­зна­ко­мы­ми людь­ми как угро­жа­ю­ще­го или отвер­га­ю­ще­го (Petermann, Petermann, 1997). 

На эта­пе интер­пре­та­ции и ана­ли­за соци­аль­ной инфор­ма­ции в про­дук­тив­ном вари­ан­те важ­но учи­ты­вать ситу­а­цию и кон­текст – здра­во оце­ни­вать соци­аль­ную инфор­ма­цию, выра­бо­тать кри­ти­че­ское отно­ше­ние к инфор­ма­ци­он­но­му полю, полу­чить воз­мож­ность срав­не­ния с дру­ги­ми источ­ни­ка­ми инфор­ма­ции, выде­лять важ­ную, реле­вант­ную инфор­ма­цию. В про­тив­ном слу­чае про­ис­хо­дит иска­же­ние сущ­но­сти соци­аль­ной инфор­ма­ции и ее смыс­ло­вой оцен­ки. В неод­но­знач­ных ситу­а­ци­ях дети с повы­шен­ной агрес­сив­но­стью при­пи­сы­ва­ют дру­гим людям агрес­сив­ные наме­ре­ния (Dodge, 1993). 

Этап поис­ка реше­ний и про­яс­не­ния целей пред­по­ла­га­ет при­ме­не­ние широ­ко­го спек­тра реак­ций, гиб­ко­го поис­ка раз­ре­ше­ния труд­но­стей. Нару­ше­ния это­го эта­па могут быть свя­за­ны с чрез­вы­чай­но огра­ни­чен­ным выбо­ром ответ­ных дей­ствий и ригид­но­стью в поис­ке реше­ний (Petermann, Petermann, 1997). 

Этап постро­е­ния воз­мож­ных ответ­ных дей­ствий и выбор спо­со­бов реа­ги­ро­ва­ния пред­по­ла­га­ет оцен­ку крат­ко­сроч­ных, дол­го­сроч­ных, сред­не­сроч­ных пер­спек­тив дей­ствий и реак­ций. Нару­ше­ния на этом эта­пе неред­ко ведут к пре­об­ла­да­нию оце­нок лишь крат­ко­сроч­ных послед­ствий с пред­по­чте­ни­ем агрес­сив­ных, изо­ли­ру­ю­щих или фоби­че­ских реак­ций (Garber, Quiggle, Panak, & Dodge, 1992). 

При непо­сред­ствен­ном дей­ствии в соци­аль­ном поле осо­бую цен­ность при­об­ре­та­ет спо­соб­ность диф­фе­рен­ци­ро­вать соци­аль­ные фор­мы выра­же­ния и осу­ществ­лять их. Нару­ше­ния на дан­ном эта­пе пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции могут быть свя­за­ны с недо­ста­точ­ным уров­нем раз­ви­тия соци­аль­ных ком­пе­тен­ций и невоз­мож­но­стью реа­ли­зо­вать соци­аль­но при­ем­ле­мое поведение. 

Додж ука­зы­ва­ет на то, что дети с высо­ким уров­нем агрес­сии в мень­шей сте­пе­ни обла­да­ют уме­ни­я­ми выра­зить опре­де­лен­ное наме­ре­ние в соци­аль­но при­ем­ле­мом дей­ствии, так как менее опыт­ны в «здо­ро­вом» соци­аль­ном вза­и­мо­дей­ствии (Dodge, 1993).

Оте­че­ствен­ные иссле­до­ва­те­ли обра­ща­ют вни­ма­ние на ана­ло­гич­ные нега­тив­ные послед­ствия нару­ше­ний пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции в сети интер­нет. Так, выяв­ле­на связь меж­ду инфор­ма­ци­он­ной неком­пе­тент­но­стью и зави­си­мым пове­де­ни­ем подростков. 

Осно­вой зави­си­мо­го пове­де­ния и инфор­ма­ци­он­но­го стрес­са, полу­ча­е­мо­го под­рост­ка­ми в сети интер­нет, явля­ет­ся нару­ше­ние регу­ля­ции инфор­ма­ци­он­но-когни­тив­ных про­цес­сов. Это обу­слов­ле­но чрез­мер­ным объ­е­мом полу­ча­е­мой инфор­ма­ции посред­ством одно­вре­мен­но­го обще­ния с несколь­ки­ми поль­зо­ва­те­ля­ми (Губи­на, Юго­ва, 2014). 

Авто­ры ука­зы­ва­ют на то, что вос­при­я­тие инфор­ма­ции в интер­нет-сети про­ис­хо­дит с помо­щью закреп­лен­ных в дет­стве в семье когни­тив­ных схем. Пат­тер­ны обще­ния в сети име­ют те же харак­тер­ные сце­на­рии, что и в жиз­ни. Интер­нет-зави­си­мость появ­ля­ет­ся из-за нару­ше­ния регу­ля­ции инфор­ма­ци­он­но-когни­тив­ных про­цес­сов. Нерав­но­мер­ное поступ­ле­ние неогра­ни­чен­но­го объ­е­ма инфор­ма­ции при­во­дит к ее нека­че­ствен­но­му усво­е­нию и невоз­мож­но­сти ана­ли­за. Воз­ни­ка­ет чув­ство неопре­де­лен­но­сти, обу­слов­лен­ное отсут­стви­ем в неокреп­шем созна­нии гото­вых схем интер­пре­та­ции полу­ча­е­мой инфор­ма­ции. При этом опре­де­лен­ную рези­стент­ность к интер­нет-зави­си­мо­сти дают: «слож­ность» внут­рен­не­го мира, богат­ство смыс­ло­вых свя­зей с внеш­ни­ми кон­тек­ста­ми, ясность внут­рен­них при­о­ри­те­тов и одно­вре­мен­ная уступ­чи­вость в неприн­ци­пи­аль­ных момен­тах, гиб­кость в сред­ствах и устой­чи­вость в целях (Губи­на, Юго­ва 2014).

Интер­ак­тив­ная мето­ди­ка выяв­ле­ния осо­бен­но­стей реа­ли­за­ции кон­крет­ных спо­со­бов пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции на осно­ва­нии схе­мы Кри­ка и Доджа поз­во­ли­ла выде­лить допол­ни­тель­ные, зна­чи­мые для про­дук­тив­ной пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции про­со­ци­аль­ные эле­мен­ты когни­тив­ной схе­мы. Ими ста­ли про­со­ци­аль­ные цели, цен­но­сти и пове­ден­че­ские реакции. 

При­ме­ром раз­ви­тия про­со­ци­аль­ных целей может слу­жить созда­ние пози­тив­ных отно­ше­ний с асо­ци­аль­ны­ми парт­не­ра­ми, про­яв­ля­ю­щи­ми агрес­сив­ность. В каче­стве про­со­ци­аль­ных цен­но­стей авто­ры выде­ля­ют рас­ши­ре­ние пред­став­ле­ний о ситу­а­ции, напри­мер, пони­ма­ние нега­тив­ных послед­ствий трав­ли не толь­ко для жерт­вы, но и для обид­чи­ка, в част­но­сти, нега­тив­ные эмо­ци­о­наль­ные пере­жи­ва­ния агрес­со­ра. При­ме­ром про­со­ци­аль­ных реак­ций высту­па­ет, напри­мер, про­ще­ние обид­чи­ка, агрес­со­ра и пр. (Kupersmidt, Stelter, Dodge, 2011).

Инфор­ма­ци­он­ная гра­мот­ность и инфор­ма­ци­он­ная неком­пе­тент­ность свя­за­ны так­же с цен­ност­но-смыс­ло­вым раз­ви­ти­ем лич­но­сти. Соци­аль­ные сети и соци­аль­ное вза­и­мо­дей­ствие в сети интер­нет видят­ся не толь­ко как источ­ни­ки рис­ков воз­мож­ных нару­ше­ний раз­ви­тия, но и как при­вле­ка­тель­ные для поль­зо­ва­те­лей ресур­сы, т.к. они дают воз­мож­ность исполь­зо­вать их и в каче­стве инфор­ма­ци­он­но­го источ­ни­ка, и для самопрезентации. 

Цен­ност­ная гра­мот­ность рас­смат­ри­ва­ет­ся как базис когни­тив­ной струк­ту­ры мораль­ных суж­де­ний и кри­ти­че­ско­го мыш­ле­ния в обла­сти поста­нов­ки целей и при­ня­тия реше­ний. Инфор­ма­ци­он­ная гра­мот­ность пред­по­ла­га­ет пони­ма­ние сущ­но­сти СМИ, спо­со­бов и мето­дов их воз­дей­ствия, сути и целе­вой направ­лен­но­сти вли­я­ния медиа-кон­тек­та, а так­же пред­став­ле­ние соб­ствен­но­го кон­тен­та, соглас­но постав­лен­ным субъ­ек­том целям и пони­ма­ни­ем (Soldatova, Rasskazova, 2014). 

Геб­ель и Вют­чер (Gebel, Wütscher, 2015) в каче­стве зна­чи­мых состав­ля­ю­щих под­держ­ки цен­ност­но­го раз­ви­тия в кон­тек­сте инфор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий выде­ля­ют сле­ду­ю­щие момен­ты: спо­соб­ность кри­ти­че­ской ори­ен­ти­ров­ки в меди­а­кон­тен­те, необ­хо­ди­мость выра­бот­ки соб­ствен­ной пози­ции отно­си­тель­но цен­но­стей и ее пред­став­ле­ния в медиа­сре­де, актив­ное уча­стие в дис­кус­си­ях, затра­ги­ва­ю­щих базо­вые цен­но­сти, и сти­му­ли­ро­ва­ние актив­но­сти парт­не­ров в обсуж­де­ни­ях цен­ност­ных уста­но­вок как ори­ен­ти­ров поведения.

Ход исследования

Целью наше­го иссле­до­ва­ния ста­ло изу­че­ние осо­бен­но­стей когни­тив­ных спо­со­бов пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции из интер­нет-сети как фак­то­ра фор­ми­ро­ва­ния кар­ти­ны мира и мораль­ной регу­ля­ции отно­ше­ний поль­зо­ва­те­ля­ми-под­рост­ка­ми с раз­лич­ной сте­пе­нью вовле­чен­но­сти и риском интернет-зависимости. 

Нами были выдви­ну­ты две гипо­те­зы. Мы пред­по­ло­жи­ли, что пред­по­чи­та­е­мые под­рост­ка­ми когни­тив­ные спо­со­бы пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции из сети интер­нет свя­за­ны с уров­нем интер­нет-зави­си­мо­сти; при­чем, высо­кий уро­вень интер­нет-зави­си­мо­сти вза­и­мо­свя­зан с низ­кой эффек­тив­но­стью когни­тив­ных спо­со­бов пере­ра­бот­ки информации. 

Вто­рая гипо­те­за заклю­ча­лась в том, что когни­тив­ные спо­со­бы пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции обу­слав­ли­ва­ют систе­му базис­ных убеж­де­ний лич­но­сти, осо­бен­но­сти миро­вос­при­я­тия и уро­вень мораль­ной чув­стви­тель­но­сти к ситу­а­ци­ям мораль­но­го выбора. 

Зада­ча­ми иссле­до­ва­ния стали: 

  1. иссле­до­ва­ние эффек­тив­но­сти когни­тив­ных спо­со­бов пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции из интер­нет-сети подростками; 
  2. выяв­ле­ние свя­зи уров­ня интер­нет-зави­си­мо­сти под­рост­ков и когни­тив­ных спо­со­бов пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции в сети интер­нет (про­вер­ка гипо­те­зы 1); 
  3. изу­че­ние свя­зи когни­тив­ных спо­со­бов пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции и систе­мы базис­ных убеж­де­ний как осно­вы миро­вос­при­я­тия подростков; 
  4. иссле­до­ва­ние свя­зи уров­ня мораль­ной чув­стви­тель­но­сти лич­но­сти как регу­ля­тив­но­го меха­низ­ма мораль­но­го пове­де­ния и когни­тив­ных спо­со­бов пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции (про­вер­ка гипо­те­зы 2).

В иссле­до­ва­нии были исполь­зо­ва­ны 4 мето­ди­ки: автор­ская мето­ди­ка когни­тив­ных спо­со­бов оце­ни­ва­ния соци­аль­ной инфор­ма­ции из сети Интер­нет, раз­ра­бо­тан­ная на осно­ве моде­ли Кри­ка и Доджа (Crick, Dodge, 1994), мето­ди­ка диа­гно­сти­ки интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния Чен, мето­ди­ка «Шка­ла базис­ных убеж­де­ний лич­но­сти» Р. Яно­фф-Буль­ман для выяв­ле­ния осо­бен­но­стей миро­вос­при­я­тия под­рост­ков как осно­вы их пред­став­ле­ний о мораль­ной регу­ля­ции отно­ше­ний в обще­стве в моди­фи­ка­ции (Кал­мы­ко­ва, Падун, 2002) и автор­ская мето­ди­ка выяв­ле­ния уров­ня мораль­ной чув­стви­тель­но­сти, раз­ра­бо­тан­ная на осно­ва­нии иссле­до­ва­ния D. Nora и кол­лег (Nora, Zoboli, Vieira, 2017). В иссле­до­ва­нии при­ня­ли уча­стие 84 под­рост­ка от 13 до 18 лет (Me=15,9; SD=1,1). Из них 39 (46,4%) юно­шей и 45 (53,6%) девушек.

Результаты

Эффективность способов когнитивной переработки информации

Для оцен­ки эффек­тив­но­сти спо­со­бов пере­ра­бот­ки когни­тив­ной инфор­ма­ции нами была раз­ра­бо­та­на мето­ди­ка, осно­ван­ная на моде­ли Кри­ка и Доджа. В таб­ли­це 1 выде­ле­ны основ­ные харак­те­ри­сти­ки про­дук­тив­ной и непро­дук­тив­ной пере­ра­бот­ки информации.

Табл. 1. Основные характеристики продуктивной и непродуктивной переработки информации

Табл. 1. Основные характеристики продуктивной и непродуктивной переработки информации

В табл. 2 при­ве­де­ны сред­ние и стан­дарт­ные откло­не­ния оце­нок всех цик­лов когни­тив­ной пере­ра­бот­ки соци­аль­ной информации.

Табл. 2. Основные психометрические характеристики оценок эффективности всех циклов когнитивной переработки социальной информации

Табл. 2. Основные психометрические характеристики оценок эффективности всех циклов когнитивной переработки социальной информации

Срав­ни­тель­ный ана­лиз эффек­тив­но­сти цик­лов когни­тив­ной пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции обна­ру­жил раз­ли­чия в про­дук­тив­но­сти цик­лов пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции. Выяв­ле­на высо­кая сте­пень уме­ния под­рост­ков диф­фе­рен­ци­ро­вать и выби­рать адек­ват­ные соци­аль­ные фор­мы пове­де­ния в обще­нии, а так­же оце­ни­вать крат­ко­сроч­ные, сред­не­сроч­ные и дол­го­сроч­ные эффек­ты сво­е­го пове­де­ния. В то же вре­мя интер­пре­та­ция как спо­соб­ность целост­но­го ана­ли­за ситу­а­ции, выде­ле­ния суще­ствен­но­го и слу­чай­но­го, обоб­ще­ния соци­аль­ной инфор­ма­ции и фор­му­ли­ро­ва­ния на его осно­ве выво­дов осво­е­на под­рост­ка­ми менее успешно.

В табл. 3 пред­став­лен резуль­тат про­вер­ки име­ю­щих­ся раз­ли­чий эффек­тив­но­сти когни­тив­ной пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции юно­ша­ми и девушками.

Табл.3. Различия эффективности когнитивной переработки социальной информации

Табл.3. Различия эффективности когнитивной переработки социальной информации

Девуш­ки зна­чи­мо эффек­тив­нее, чем юно­ши осу­ществ­ля­ют когни­тив­ную оцен­ку воз­мож­ных послед­ствий сво­их дей­ствий и про­яв­ля­ют более высо­кую ком­пе­тент­ность в выбо­ре воз­мож­но­го спо­со­ба дей­ствия в про­блем­ной ситу­а­ции. Они обна­ру­жи­ва­ют более высо­кий уро­вень соци­аль­ной адап­та­ции, готов­но­сти к эффек­тив­но­му вза­и­мо­дей­ствию и ком­му­ни­ка­ции (кри­те­рий Ман­на-Уит­ни, р=0,050 и 0,014 для цик­лов «оцен­ка реак­ции» и «дей­ствия», соответственно).

Интернет-зависимость и эффективность когнитивной переработки информации

Для про­вер­ки гипо­те­зы о том, что высо­кий уро­вень интер­нет-зави­си­мо­сти вза­и­мо­свя­зан с низ­кой эффек­тив­но­стью когни­тив­ных спо­со­бов пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции мы сопо­ста­ви­ли оцен­ки эффек­тив­но­сти с харак­те­ри­сти­ка­ми интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния. Для диа­гно­сти­ки интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния исполь­зо­вал­ся тест Чен. В табл. 4 при­ве­де­ны сред­ние и стан­дарт­ные откло­не­ния пока­за­те­лей интер­нет-зави­си­мо­го поведения.

Табл. 4. Основные психометрические характеристики показателей интернет-зависимого поведения

Табл. 4. Основные психометрические характеристики показателей интернет-зависимого поведения

Мини­маль­ный риск воз­ник­но­ве­ния интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния (CLAS<43) наблю­да­ет­ся у 45,2% респон­ден­тов, склон­ность к воз­ник­но­ве­нию интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния (42<CLAS<65) – у 48,2% участ­ни­ков, выра­жен­ный и устой­чи­вый пат­терн интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния (CLAS>64) – у 7,1% (Малы­гин и др., 2011).

Резуль­та­ты про­вер­ки нали­чия свя­зей меж­ду выра­жен­но­стью симп­то­мов интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния и эффек­тив­но­стью раз­ных цик­лов когни­тив­ной пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции сви­де­тель­ству­ют в поль­зу выдви­ну­той нами гипо­те­зы. В табл. 5 пред­став­ле­ны свя­зи меж­ду шка­ла­ми двух опрос­ни­ков: симп­то­ма­ми интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния и эффек­тив­но­стью цик­лов когни­тив­ной пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции (коэф­фи­ци­ент кор­ре­ля­ции Спирмена).

Табл. 5. Связи выраженности симптомов интернет-зависимости и оценок эффективности разных циклов когнитивной переработки социальной информации

Табл. 5. Связи выраженности симптомов интернет-зависимости и оценок эффективности разных циклов когнитивной переработки социальной информации

Выра­жен­ность симп­то­мов интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния обрат­но свя­за­на с эффек­тив­но­стью таких цик­лов когни­тив­ной пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции, как «интер­пре­та­ция» и «поиск спо­со­бов реа­ги­ро­ва­ния, про­яс­не­ние целей», в мень­шей сте­пе­ни – с вос­при­я­ти­ем, деко­ди­ро­ва­ни­ем и выбо­ром дей­ствий в про­блем­ной ситу­а­ции. Отсут­ствие кор­ре­ля­ци­он­ных свя­зей симп­то­мов интер­нет-зави­си­мо­сти и оцен­ки послед­ствий пове­де­ния сви­де­тель­ству­ет о том, что основ­ные про­бле­мы когни­тив­ной пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции у груп­пы под­рост­ков с риском фор­ми­ро­ва­ния интер­нет-зави­си­мо­сти свя­за­ны с ана­ли­зом, целе­по­ла­га­ни­ем и интер­пре­та­ци­ей, а не с оцен­кой воз­мож­ных послед­ствий. Чем более выра­же­на интер­нет-зави­си­мость, тем в мень­шей сте­пе­ни под­рост­ки обна­ру­жи­ва­ют готов­ность к само­сто­я­тель­но­му ана­ли­зу, обоб­ще­нию инфор­ма­ции, осу­ществ­ле­нию выбо­ра дей­ствий, и тем в боль­шей сте­пе­ни склон­ны к вос­про­из­ве­де­нию при­выч­ных пове­ден­че­ских реак­ций. Таким обра­зом, гипо­те­за о свя­зи про­дук­тив­но­сти когни­тив­ной обра­бот­ки инфор­ма­ции и интер­нет-зави­си­мо­сти полу­чи­ла свое подтверждение.

Когнитивные способы переработки информации

Особенности картины мира и представлений подростков о моральной регуляции

Мировосприятие/картина мира под­рост­ков рас­смат­ри­ва­лось нами в двух аспек­тах: как систе­ма базис­ных убеж­де­ний лич­но­сти и как пред­став­ле­ния о мораль­ной регу­ля­ции отно­ше­ний меж­ду людь­ми. Базис­ные пред­став­ле­ния (убеж­де­ния) о мире обра­зу­ют один из опре­де­ля­ю­щих лич­ност­ных кон­струк­тов, кото­рый при­ня­то рас­смат­ри­вать как иерар­хи­че­ски орга­ни­зо­ван­ные когни­тив­но-эмо­ци­о­наль­ные импли­цит­ные пред­став­ле­ния, в соот­вет­ствии с кото­ры­ми во мно­гом стро­ит­ся пове­де­ние и меж­лич­ност­ные отно­ше­ния чело­ве­ка (Janoff-Bulman, 1985).

Осо­бен­но­сти миро­вос­при­я­тия изу­ча­лись при помо­щи мето­ди­ки «Шка­ла базис­ных убеж­де­ний» (Кал­мы­ко­ва, Падун, 2002). В этом опрос­ни­ке набо­ром из пяти субш­кал опе­ра­ци­о­на­ли­зо­ва­на когни­тив­ная модель мира, вклю­ча­ю­щая в себя набор пред­став­ле­ний лич­но­сти об окру­жа­ю­щем мире, соб­ствен­ном «Я», а так­же о спо­со­бах вза­и­мо­дей­ствия «Я» с миром. Выде­ля­е­мые авто­ром субш­ка­лы: доб­ро­же­ла­тель­ность окру­жа­ю­ще­го мира, спра­вед­ли­вость окру­жа­ю­ще­го мира, образ Я, вера в уда­чу, уве­рен­ность в контроле.

В табл. 6 при­ве­де­ны сред­ние и стан­дарт­ные откло­не­ния оце­нок (в сте­нах) базис­ных убеж­де­ний личности.

Табл. 6. Основные психометрические характеристики оценок базисных убеждений личности (в стенах)

Табл. 6. Основные психометрические характеристики оценок базисных убеждений личности (в стенах)

Мож­но отме­тить, что миро­вос­при­я­тие обсле­до­ван­ной выбор­ки под­рост­ков харак­те­ри­зу­ет­ся верой в уда­чу и в свои воз­мож­но­сти кон­тро­ли­ро­вать жизнь. В то же вре­мя спра­вед­ли­вость окру­жа­ю­ще­го мира оце­ни­ва­ет­ся под­рост­ка­ми доста­точ­но низ­ко и, соот­вет­ствен­но, выра­же­но сдер­жан­ное отно­ше­ние к оцен­ке окру­жа­ю­ще­го мира как доб­ро­же­ла­тель­но­го. Опти­ми­сти­че­ское миро­вос­при­я­тие свя­за­но, ско­рее, с верой в буду­щую уда­чу и успех, чем с вос­при­я­ти­ем окру­жа­ю­ще­го мира как надеж­но­го и справедливого.

Для про­вер­ки выдви­ну­той гипо­те­зы о свя­зи спо­со­бов когни­тив­ной пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции и миро­вос­при­я­тия был про­ве­ден кор­ре­ля­ци­он­ный ана­лиз. В табл. 7 пред­став­ле­ны резуль­та­ты кор­ре­ля­ци­он­но­го ана­ли­за (коэф­фи­ци­ент кор­ре­ля­ции Спир­ме­на), в целом под­твер­жда­ю­щие выдви­ну­тую гипотезу.

Табл. 7. Связи оценок эффективности разных циклов когнитивной переработки социальной информации и оценок базисных убеждений

Табл. 7. Связи оценок эффективности разных циклов когнитивной переработки социальной информации и оценок базисных убеждений

Эффек­тив­ность цик­ла «интер­пре­та­ция» когни­тив­ной пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции свя­за­на с оцен­ка­ми «доб­ро­же­ла­тель­но­сти окру­жа­ю­ще­го мира» и «верой в уда­чу», а «дей­ствия» – с верой в уда­чу. Под­рост­ки, уме­ю­щие про­ана­ли­зи­ро­вать про­бле­му в целост­ном кон­тек­сте, выде­лив суще­ствен­ное и зна­чи­мое и отбро­сив слу­чай­ное, обоб­щить опыт и сде­лать само­сто­я­тель­ные выво­ды, обна­ру­жи­ва­ют ста­ти­сти­че­ски зна­чи­мо более высо­кие оцен­ки доб­ро­же­ла­тель­но­сти окру­жа­ю­ще­го мира и уве­рен­ность в успе­хе и в уда­че. Высо­кий уро­вень ком­пе­тент­но­сти в выбо­ре соци­аль­но адек­ват­ных дей­ствий в ком­му­ни­ка­ции свя­зан с верой в уда­чу и опти­ми­стич­ным взгля­дом на будущее.

Дру­гим аспек­том миро­вос­при­я­тия под­рост­ков ста­ло их пред­став­ле­ние о мораль­ной регу­ля­ции отно­ше­ний меж­ду людь­ми, кри­стал­ли­зо­ван­ное в кон­струк­те мораль­ной чув­стви­тель­но­сти (Дж. Рест). Мораль­ная чув­стви­тель­ность под­рост­ков изме­ря­лась при помо­щи автор­ской мето­ди­ки диа­гно­сти­ки мораль­ной чув­стви­тель­но­сти. Мето­ди­ка вклю­ча­ет в себя 4 шка­лы: шка­лу меж­лич­ност­но­го вза­и­мо­дей­ствия, опре­де­ля­ю­щую сте­пень ори­ен­ти­ров­ки на дру­го­го в усло­ви­ях вза­и­мо­дей­ствия, шка­лу пред­став­ле­ний о том, как ока­зы­вать помощь, поз­во­ля­ю­щую оце­нить уве­рен­ность в сво­ей спо­соб­но­сти помочь нуж­да­ю­ще­му­ся, шка­лу мораль­но­го кон­флик­та, отра­жа­ю­щую пере­жи­ва­ния наличия/отсутствия кон­флик­та меж­ду участ­ни­ка­ми и шка­лу мораль­но­го зна­че­ния, опре­де­ля­ю­щую сте­пень зна­чи­мо­сти ситуации.

В табл. 8 при­ве­де­ны сред­ние и стан­дарт­ные откло­не­ния оце­нок раз­ных аспек­тов мораль­ной чув­стви­тель­но­сти подростков.

Табл. 8. Основные психометрические характеристики оценок аспектов моральной чувствительности

Табл. 8. Основные психометрические характеристики оценок аспектов моральной чувствительности

Мож­но видеть, что обсле­до­ван­ные под­рост­ки обна­ру­жи­ва­ют доста­точ­но высо­кую чув­стви­тель­ность к мораль­но­му содер­жа­нию обще­ния и меж­лич­ност­но­го вза­и­мо­дей­ствия, усмат­ри­вая в ком­му­ни­ка­ции содер­жа­ние мораль­ных норм как регу­ля­то­ров отно­ше­ний и вза­и­мо­дей­ствия. Вме­сте с тем их пред­став­ле­ния о том, как долж­но стро­ить­ся такое вза­и­мо­дей­ствие и как кон­крет­но обес­пе­чить равен­ство прав и ответ­ствен­но­сти, норм ока­за­ния помо­щи парт­не­ру, явля­ют­ся недо­ста­точ­но осо­знан­ны­ми и адек­ват­ны­ми. Для вери­фи­ка­ции гипо­те­зы о свя­зи спо­со­бов пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции и мораль­ной чув­стви­тель­но­сти была про­ве­де­на про­вер­ка свя­зей эффек­тив­но­сти когни­тив­ной пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции и выра­жен­но­сти мораль­ной чув­стви­тель­но­сти под­рост­ков (коэф­фи­ци­ент кор­ре­ля­ции Спир­ме­на). Резуль­та­ты при­ве­де­ны в табл. 9.

Tабл. 9. Связи выраженности моральной чувствительности и оценок разных компонент когнитивного оценивания

Кор­ре­ля­ци­он­ный ана­лиз пока­зал доста­точ­но слож­ную нели­ней­ную связь меж­ду эффек­тив­но­стью спо­со­бов когни­тив­ной пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции и выра­жен­но­стью состав­ля­ю­щих мораль­ной чув­стви­тель­но­сти. Оцен­ки по «меж­лич­ност­но­му вза­и­мо­дей­ствию» ока­за­лись свя­зан­ны­ми с эффек­тив­но­стью «оцен­ки реак­ции» и «дей­ствий». «Пред­став­ле­ние о том, как надо ока­зы­вать помощь» обрат­но свя­за­но с «интер­пре­та­ци­ей» и «поис­ком спо­со­бов реа­ги­ро­ва­ния», а «мораль­ное зна­че­ние» обрат­но свя­за­но с «интер­пре­та­ци­ей».

Мож­но сде­лать вывод о том, что суще­ствен­ны­ми когни­тив­ны­ми фак­то­ра­ми, опре­де­ля­ю­щи­ми мораль­ную чув­стви­тель­ность, явля­ют­ся цик­лы интер­пре­та­ции инфор­ма­ции, оцен­ки послед­ствий пове­де­ния и выбо­ра адек­ват­ных форм соци­аль­но­го вза­и­мо­дей­ствия, в мень­шей сте­пе­ни – про­яс­не­ние целей и поиск спо­со­бов пове­ден­че­ско­го реагирования. 

Не обна­ру­же­но свя­зи меж­ду вос­при­я­ти­ем ситу­а­ции и уров­нем мораль­ной чув­стви­тель­но­сти. Обрат­ная зави­си­мость пока­за­те­лей мораль­ной чув­стви­тель­но­сти и эффек­тив­но­сти интер­пре­та­ции может объ­яс­нять­ся пре­об­ла­да­ни­ем холи­сти­че­ско­го вос­при­я­тия мораль­ной дилем­мы ока­за­ния помо­щи и воз­раст­ны­ми осо­бен­но­стя­ми под­рост­ко­во­го воз­рас­та – выра­жен­но­стью лич­ност­но­го эго­цен­триз­ма, обу­слав­ли­ва­ю­ще­го неадек­ват­ную пози­цию под­рост­ка в ситу­а­ции ока­за­ния помо­щи партнеру. 

Про­бле­ма свя­зи мораль­ной чув­стви­тель­но­сти и когни­тив­ных спо­со­бов пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции состав­ля­ет пер­спек­ти­ву даль­ней­ше­го исследования.

Выводы

  1. Выяв­ле­ны раз­ли­чия в эффек­тив­но­сти цик­лов когни­тив­ной пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции обсле­до­ван­ной выбор­кой под­рост­ков. Доста­точ­но высо­кая эффек­тив­ность оцен­ки крат­ко­сроч­ных, дол­го­сроч­ных, сред­не­сроч­ных пер­спек­тив дей­ствий и пове­ден­че­ских реак­ций и спо­соб­ность под­рост­ков диф­фе­рен­ци­ро­вать, выби­рать и осу­ществ­лять адек­ват­ные соци­аль­ные фор­мы пове­де­ния соче­та­ют­ся с более низ­кой про­дук­тив­но­стью интерпретации. 
  2. Гипо­те­за о свя­зи про­дук­тив­но­сти когни­тив­ной обра­бот­ки инфор­ма­ции и интер­нет-зави­си­мо­сти полу­чи­ла свое под­твер­жде­ние – чем более выра­же­на интер­нет-зави­си­мость у под­рост­ков, тем мень­ше они обна­ру­жи­ва­ют готов­ность к само­сто­я­тель­но­му ана­ли­зу, обоб­ще­нию инфор­ма­ции, осу­ществ­ле­нию выбо­ра дей­ствий и тем боль­ше склон­ны к вос­про­из­ве­де­нию при­выч­ных пове­ден­че­ских реакций. 
  3. Интер­пре­та­ция как спо­соб когни­тив­ной пере­ра­бот­ки соци­аль­ной инфор­ма­ции обу­слав­ли­ва­ет миро­вос­при­я­тие под­рост­ков, пред­став­лен­ное в фор­ме систе­мы базис­ных убеж­де­ний. Высо­кая эффек­тив­ность интер­пре­та­ции свя­за­на с убеж­де­ни­ем под­рост­ка в доб­ро­же­ла­тель­но­сти окру­жа­ю­ще­го мира и с верой в уда­чу, а спо­соб­ность кон­стру­и­ро­вать адек­ват­ное пове­де­ние в ком­му­ни­ка­ции – с «верой в удачу». 
  4. Зна­чи­мым когни­тив­ным фак­то­ром, опо­сред­ство­ван­ным воз­раст­ны­ми осо­бен­но­стя­ми под­рост­ков и опре­де­ля­ю­щим мораль­ную чув­стви­тель­ность, явля­ют­ся цик­лы интер­пре­та­ции инфор­ма­ции, оцен­ки послед­ствий пове­де­ния и выбо­ра адек­ват­ных форм соци­аль­но­го взаимодействия.

Рабо­та выпол­не­на при финан­со­вой под­держ­ке РФФИ № 18–013-01080.

Литература

  1. Бело­ва С.С., Валу­е­ва Е.А., Овсян­ни­ко­ва В.В., Сысо­е­ва Т.А. Ана­ли­ти­че­ский и холи­сти­че­ский спо­со­бы пере­ра­бот­ки инфор­ма­ции в кон­тек­сте соци­аль­но­го позна­ния // Пятая меж­ду­на­род­ная кон­фе­рен­ция по когни­тив­ной нау­ке. Кали­нин­град, 18–24 июня 2012 г. : тези­сы докла­дов. – Кали­нин­град, 2012. – С. 236–238.
  2. Бога­че­ва Н.В. Ком­пью­тер­ные игры и пси­хо­ло­ги­че­ская спе­ци­фи­ка когни­тив­ной сфе­ры гей­ме­ров // Вест­ник Мос­ков­ско­го уни­вер­си­те­та. Серия 14. Пси­хо­ло­гия. – 2014. – № 4. – С. 120–130.
  3. Бога­че­ва Н.В. Ком­пью­тер­ные игры и пси­хо­ло­ги­че­ская спе­ци­фи­ка когни­тив­ной сфе­ры гей­ме­ров (окон­ча­ние) // Вест­ник Мос­ков­ско­го уни­вер­си­те­та. Серия 14. Пси­хо­ло­гия. – 2015. – №. 1 – C. 94–103.
  4. Вой­скун­ский А.Е. Инфор­ма­ци­он­ная без­опас­ность: пси­хо­ло­ги­че­ские аспек­ты // Наци­о­наль­ный пси­хо­ло­ги­че­ский жур­нал. – 2010. – № 3. – С. 48–53.
  5. Вой­скун­ский А.Е. Соци­аль­ная пер­цеп­ция в соци­аль­ных сетях // Вест­ник Мос­ков­ско­го уни­вер­си­те­та. Серия 14. Пси­хо­ло­гия. – 2014. – № 2. – С. 90–104.
  6. Вой­скун­ский А.Е. Интер­нет как про­стран­ство позна­ния: пси­хо­ло­ги­че­ские аспек­ты // Совре­мен­ная зару­беж­ная пси­хо­ло­гия. – 2017. – № 4. – С. 72–86.
  7. Губи­на С.Т., Юго­ва Н.Л. Вос­при­я­тие под­рост­ка­ми инфор­ма­ции в сети Интер­нет: про­фи­лак­ти­ка интер­нет-зави­си­мо­го пове­де­ния // Дис­кус­сия. – 2014. – №1(42). – С. 111–117.
  8. Кал­мы­ко­ва Е.С., Падун М.А. Ран­няя при­вя­зан­ность и ее вли­я­ние на устой­чи­вость к пси­хи­че­ской трав­ме // Пси­хо­ло­ги­че­ский жур­нал. – 2002. – № 5 (23). – С. 51–59.
  9. Лысак И.В., Белов Д.П. Вли­я­ние инфор­ма­ци­он­но-ком­му­ни­ка­ци­он­ных тех­но­ло­гий на осо­бен­но­сти когни­тив­ных про­цес­сов // Изве­стия ЮФУ. Тех­ни­че­ские нау­ки. – 2013. – № 5(142). – С. 256–264.
  10. Сол­да­то­ва Г.У., Рас­ска­зо­ва Е.И. Без­опас­ность под­рост­ков в Интер­не­те: рис­ки, совла­да­ние и роди­тель­ская меди­а­ция // Наци­о­наль­ный пси­хо­ло­ги­че­ский жур­нал. – 2014. – № 3(15). – С. 39–51. doi: 10.11621/npj.2014.0305
  11. Сол­да­то­ва Г.У., Оль­ки­на О.И. Отно­ше­ние к при­ват­но­сти и защи­та пер­со­наль­ных дан­ных: вопро­сы без­опас­но­сти рос­сий­ских детей и под­рост­ков // Наци­о­наль­ный пси­хо­ло­ги­че­ский жур­нал. – 2015. – № 3(19). – С. 56–66. doi:10.11621/npj.2015.0306
  12. Crick N.R. & Dodge K.A. (1994). A review and reformulation of social information-processing mechanisms in children´s social adjustment. Psychological Bulletin, 115, 74–101. doi:10.1037/0033–2909.115.1.74
  13. Dodge K. A. (1993). Social-cognitive mechanisms in the development of conduct disorder and depression. Annual Review of Psychology, 44, 559–584. doi:10.1146/annurev.ps.44.020193.003015
  14. Dalla Nora CR, Zoboli ELCP, & Vieira MM. (2017). Moral sensitivity in Primary Health Care nurses. Rev Bras Enferm [Internet], 70(2), 308–316. doi: 10.1590/0034–7167-2016–0453
  15. Emelin V.A., Tkhostov A.Sh., & Rasskazova E.I. (2014). Psychological adaptation in the info-communication society: The revised version of Technology-Related Psychological Consequences Questionnaire. Psychology in Russia: State of the Art, 8(2), 105–120.
  16. Garber J., Quiggle N.L., Panak W.F., & Dodge K.A. (1992). Child Development, 63(6), (Dec., 1992), 1305–1320. doi:10.2307/1131557
  17. Gebel C., & Wütscher S. (2015). Social Media und die Förderung von Werteund Medienkompetenz Jugendlicher. Expertise zu den Potenzialen der Medienarbeit mit Social Media. München: JFF – Institut für Medienpädagogik in Forschung und Praxis.
  18. Janoff-Bulman R. (1985). The aftermath of victimisation: Rebuilding shattered assumption. In C.R.Figley (Ed.) Trauma and its wake. N.Y., Brunner/Mazel, 15–35.
  19. Kanning U.P. (2002). Soziale Kompetenz – Definition, Strukturen und Prozesse. Zeitschrift für Psychologie, 210(4), 154–163. doi:10.1026//0044–3409.210.4.154
  20. Karabanova O.A. (2010). Social Situation of Child’s Development – the Key Concept in Modern Developmental Psychology. Psychology in Russia: State of the Art, 3, 130–153
  21. Kupersmidt J.B., Stelter R., & Dodge K.A. (2011). Development and Validation of the Social Information Processing Application: A Web-Based Measure of Social Information Processing Patterns in Elementary School-Age Boys. Psychological assessment. 23(4), 834–847. doi:10.1037/a0023621.
  22. Lemerise E.A. & Arsenio W.F. (2000). An integrated model of emotion processes and cognition in social information processing. Child Development, 71(1), 107–118. doi:10.1111/1467–8624.00124
  23. Peterman F., & Peterman U. (1997). Training mit aggressiven Kindern. Weinheim: Psychologie Verlags Union.
  24. Soldatova G.V., & Rasskazova E.I. (2014). Assessment of the digital competence in Russian adolescents and parents: Digital Competence Index. Psychology in Russia: State of the Art, 7(4), 65–74.
Источ­ник: Наци­о­наль­ный пси­хо­ло­ги­че­ский жур­нал. – 2018. – №3(31). – С. 57–68. doi: 10.11621/npj.2018.0306

Об авторах

  • Сер­гей Вла­ди­ми­ро­вич Мол­ча­нов – кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ских наук, доцент кафед­ры воз­раст­ной пси­хо­ло­гии Мос­ков­ско­го госу­дар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та име­ни М.В. Ломоносова.
  • Оль­га Вик­то­ров­на Алма­зо­ва – кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ских наук, доцент кафед­ры воз­раст­ной пси­хо­ло­гии Мос­ков­ско­го госу­дар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та име­ни М.В. Ломоносова.
  • Ната­лья Нико­ла­ев­на Поскре­бы­ше­ва – кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ских наук, доцент кафед­ры воз­раст­ной пси­хо­ло­гии Мос­ков­ско­го госу­дар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та име­ни М.В. Ломоносова.

Смот­ри­те также:

Категории

Метки

Публикации

ОБЩЕНИЕ

CYBERPSY — первое место, куда вы отправляетесь за информацией о киберпсихологии. Подписывайтесь и читайте нас в социальных сетях.

vkpinterest