Медведева Н.И. Индивидуально-психологические особенности личности в юношеском возрасте, ведущие к уходу в игровую реальность

М

Юность явля­ет­ся пло­до­твор­ным и опре­де­ля­ю­щим пери­о­дом жиз­ни в онто­ге­не­зе после отро­че­ства до взрос­ло­сти. В эти годы чело­век может прой­ти путь от неуве­рен­но­го, непо­сле­до­ва­тель­но­го отро­ка, при­тязающего на взрос­лость, до дей­стви­тель­но­го повзрос­ле­ния.

Юно­шам свой­ствен­ны диа­мет­раль­но про­ти­во­по­лож­ные пси­хо­ло­ги­че­ские свой­ства, неокреп­шая воля, неустой­чи­вость инте­ре­сов, под­вер­жен­ность сти­хий­ным вли­я­ни­ям соче­та­ет­ся с осо­бой вос­при­им­чи­во­стью, пря­мо­той, искрен­но­стью, стрем­ле­ни­ем к прав­де, спра­вед­ли­во­сти.

На дан­ном эта­пе онто­ге­не­за про­ис­хо­дит духов­ное ста­нов­ле­ние лич­но­сти, нрав­ствен­ное раз­ви­тие, фор­ми­ро­ва­ние миро­воз­зре­ния, пра­во­со­зна­ния, поли­ти­че­ской актив­но­сти.

Иссле­до­ва­те­ли счи­та­ют глав­ным ново­об­ра­зо­ва­ни­ем воз­рас­та – откры­тие соб­ствен­но­го «Я», рефлек­сию, осо­зна­ние соб­ствен­ной инди­ви­ду­аль­но­сти, появ­ле­ние жиз­нен­но­го пла­на, уста­нов­ки на созна­тель­ное постро­е­ние соб­ствен­ной жиз­ни, посте­пен­ное врас­та­ние в раз­лич­ные сфе­ры бытия [1]. Этот про­цесс идет изнут­ри вовне: от откры­тия «Я» к прак­ти­че­ско­му вклю­че­нию в раз­лич­ные виды жиз­не­де­я­тель­но­сти.

У юно­шей и деву­шек вста­ет про­бле­ма выбо­ра жиз­нен­ных цен­но­стей. Моло­дой чело­век пыта­ет­ся сфор­ми­ро­вать внут­рен­нюю пози­цию по отно­ше­нию к себе («Кто Я?», «Каким Я дол­жен быть?») по отно­ше­нию к дру­гим людям, а так­же к мораль­ным цен­но­стям, его вол­ну­ет «честь», «досто­ин­ство», «пра­во», «долг» и дру­гие харак­те­ри­зу­ю­щие лич­ность кате­го­рии [2].

Моло­дым людям, обра­тив­шим­ся к ана­ли­зу и срав­не­нию обще­че­ло­ве­че­ских цен­но­стей со сво­и­ми соб­ствен­ны­ми склон­но­стя­ми и цен­ност­ны­ми ори­ен­та­ци­я­ми, пред­сто­ит созна­тель­но раз­ру­шить или при­нять исто­ри­че­ски обу­слов­лен­ные нор­ма­ти­вы и цен­но­сти, кото­рые опре­де­ля­ют его пове­де­ние в дет­стве и отро­че­стве.

В этот пери­од моло­дой чело­век рефлек­си­ру­ют отно­ше­ния с семьей, ищет свое место сре­ди близ­ких, про­хо­дит через обособ­ле­ние и даже отчуж­де­ние от тех, кого любил, кто был ответ­ствен за него в дет­стве и отро­че­стве. Это не име­ет отно­ше­ния к под­рост­ко­во­му нега­ти­виз­му, а выра­жа­ет стрем­ле­ния отстра­нить­ся от непо­сред­ствен­ных отно­ше­ний роди­те­лей с вырас­та­ю­щи­ми сыном или доче­рью.

У юно­ши обост­ря­ют­ся потреб­но­сти к обособ­ле­нию, стрем­ле­ния обе­ре­гать соб­ствен­ный уни­каль­ный мир от втор­же­ния посто­рон­них людей для того, что­бы через рефлек­сию укреп­лять чув­ство досто­ин­ства, сохра­нять свою инди­ви­ду­аль­ность реа­ли­зо­вать свои при­тя­за­ния на при­зна­ние.

В отро­че­стве начи­на­ет­ся сози­да­ние соб­ствен­ной лич­но­сти, созна­тель­ное постро­е­ние спо­со­бов обще­ния, в юно­сти про­дол­жа­ет­ся путь совер­шен­ство­ва­ния зна­чи­мых для себя качеств. У юно­ши про­дол­жа­ет­ся откры­тие усколь­за­ю­щей сущ­но­сти через посто­ян­ную рефлек­сию.

В этом воз­расте суще­ствен­ное вли­я­ние на пове­де­ние юно­шей и деву­шек ока­зы­ва­ют воз­ни­ка­ю­щие про­ти­во­ре­чия меж­ду при­выч­ным обра­зом жиз­ни и посто­ян­но изме­ня­ю­щей­ся жиз­нен­ной ситу­а­ци­ей, у них мак­си­маль­но акту­а­ли­зи­ру­ет­ся потреб­ность в опре­де­ле­нии сво­е­го соци­аль­но­го ста­ту­са, в осмыс­ле­нии буду­ще­го.

Типич­ная чер­та юно­сти – «роле­вой мора­то­рий», диа­па­зон выпол­ня­е­мых ролей рас­ши­ря­ет­ся, но эти роли не все­гда при­ни­ма­ют­ся все­рьез и окон­ча­тель­но, а как про­бу­ют­ся, при­ме­ря­ют­ся.

Глав­ным про­ти­во­ре­чи­ем юно­ше­ско­го воз­рас­та явля­ет­ся: с одной сто­ро­ны, есте­ствен­ное стрем­ле­ние к само­по­зна­нию и само­ре­а­ли­за­ции, а с дру­гой, отсут­ствие опы­та и недо­ста­ток внут­рен­ней готов­но­сти для это­го; появ­ле­ние потреб­но­сти к интим­ной пси­хо­ло­ги­че­ской бли­зо­сти, вклю­чая сек­су­аль­ную, и ее аль­тер­на­ти­ва – чув­ство изо­ля­ции и оди­но­че­ства; потреб­ность в обще­нии, в дви­же­нии и в то же вре­мя – обособ­ле­ние, уход в себя.

Стре­мясь пре­одо­леть воз­ни­ка­ю­щие в юно­ше­ском воз­расте про­ти­во­ре­чия, а так­же нераз­ре­шен­ные под­рост­ко­вые кон­флик­ты, неко­то­рые моло­дые люди выби­ра­ют игро­вую реаль­ность как спо­соб ухо­да от воз­ни­ка­ю­щих труд­но­стей.

Таким обра­зом, имен­но в 16–25 лет юно­ши и девуш­ки наи­бо­лее под­вер­же­ны тому, что­бы искать себе место в новом постро­ен­ном ими сами­ми мире.

Какие же инди­ви­ду­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ские осо­бен­но­сти лич­но­сти в юно­ше­ском воз­расте при­во­дят к тому, что моло­дые люди ухо­дят в игро­вую реаль­ность? Эта новый вопрос в пси­хо­ло­гии, поэто­му сей­час он нахо­дить­ся на ста­дии изу­че­ния.

Огром­ной про­бле­мой мно­гих юно­шей ста­но­вит­ся пси­хо­ло­ги­че­ская зави­си­мость от роле­вых ком­пью­тер­ных игр. Людям, склон­ным к ухо­ду в игро­вой мир, свой­ствен­ны депрес­сив­ные откло­не­ния в сфе­ре эмо­ци­о­наль­ных пси­хи­че­ских состо­я­ний.

В осно­ве таких деструк­тив­ных дей­ствий лежат посто­ян­ные потреб­но­сти в игре и, одно­вре­мен­но с этим, невоз­мож­ность пол­но­го удо­вле­тво­ре­ния этой потреб­но­сти.

У мно­гих про­ис­хо­дят субъ­ек­тив­ные пере­жи­ва­ния на созна­тель­ном уровне бес­по­лез­но­сти увле­че­ний игра­ми и, вслед­ствие это­го, соб­ствен­ной бес­по­лез­но­сти, вме­сте с тем невоз­мож­ность пре­кра­ще­ния увле­че­ния в силу нали­чия пси­хо­ло­ги­че­ской зави­си­мо­сти.

В резуль­та­те некон­гру­энт­но­сти «Я реаль­но­го» и «Я вир­ту­аль­но­го» фор­ми­ру­ет­ся неадек­ват­ное отно­ше­ние к себе.

Доста­точ­но пока­за­тель­ным явля­ет­ся срав­не­ние себя с ком­пью­тер­ным геро­ем. Его гла­за­ми игрок смот­рит на вир­ту­аль­ный мир, уси­ли­ва­ет про­бле­мы дез­адап­та­ции, повы­ша­ет тре­вож­ность чело­ве­ка, что напря­мую вли­я­ет на изме­не­ние обще­го фона настро­е­ния вплоть до дис­фо­рии и депрес­сив­ных состо­я­ний.

При игро­вой зави­си­мо­сти основ­ны­ми меха­низ­ма­ми ее фор­ми­ро­ва­ния явля­ют­ся потреб­но­сти в при­ня­тии роли и ухо­да от реаль­но­сти. Адап­ти­ру­ю­щий­ся адек­ват­но в соци­у­ме юно­ша не стре­мит­ся к бег­ству от реаль­но­сти, здо­ро­вая лич­ность, нор­маль­но оце­ни­ва­ю­щая себя и дру­гих, не стре­мит­ся к при­ня­тию роли дру­го­го чело­ве­ка или суще­ства.

Уход от реаль­но­сти, при­ня­тие чужой роли свой­ствен­ны дез­адап­тив­ным лич­но­стям, неадек­ват­но оце­ни­ва­ю­щим себя.

Нарас­та­ние увле­чен­но­сти ком­пью­тер­ны­ми игра­ми ведет к тому, что цен­ность вир­ту­аль­но­го мира и нахож­де­ния в нем воз­рас­та­ет, наря­ду с уга­са­ни­ем инте­ре­са к реаль­но­сти. В свя­зи с этим чело­век начи­на­ет все боль­ше вре­ме­ни про­во­дить в вир­ту­аль­ном мире ком­пью­тер­ных игр и все мень­ше инте­ре­со­вать­ся реаль­ным миром, более того — чело­век раз­ви­ва­ет­ся в вир­ту­аль­но­сти, раз­ви­вая свое «Я вир­ту­аль­ное», а раз­ви­тие реаль­ной лич­но­сти рез­ко затор­ма­жи­ва­ет­ся.

Наря­ду с этим, с уве­ли­че­ни­ем силы зави­си­мо­сти в созна­нии игро­ка нарас­та­ет дис­со­нанс меж­ду вир­ту­аль­ным миром, где «все доз­во­ле­но» и реаль­ным миром, пол­ным опас­но­стей. Все это ведет к тому, что чело­век начи­на­ет все мень­ше жить в реаль­но­сти и все боль­ше ухо­дить в вир­ту­аль­ную реаль­ность.

Вир­ту­аль­ный мир ком­пью­тер­ной игры ста­но­вит­ся бли­же для чело­ве­ка, чем реаль­ная жизнь; реаль­ность ста­но­вит­ся чуж­дой и опас­ной, огром­ной и непо­зна­ва­е­мой по срав­не­нию с неболь­шим и зна­ко­мым миром люби­мой игры. Адап­та­ция к вир­ту­аль­но­му миру рас­тет, в то вре­мя как в реаль­ной жиз­ни рас­тет дез­адап­та­ция.

Таким обра­зом, мож­но сфор­му­ли­ро­вать пред­по­ло­же­ния отно­си­тель­но основ­ных при­чин ухо­да в игро­вую реаль­ность в юно­ше­ском воз­расте: уход в игро­вую реаль­ность явля­ет­ся ком­пен­са­ци­ей пси­хо­ло­ги­че­ских про­блем и труд­но­стей, воз­ни­ка­ю­щих в реаль­ной жиз­ни, а основ­ной при­чи­ной ухо­да — нес­фор­ми­ро­ван­ная лич­ност­ная иден­тич­ность.

Уход в вир­ту­аль­ную реаль­ность явля­ет­ся спо­со­бом отыг­ры­ва­ния соб­ствен­ных отри­ца­тель­ных свойств и качеств в дру­гом пер­со­на­же для сня­тия напря­же­ния, свя­зан­но­го с невоз­мож­но­стью при­ня­ти­ем нега­тив­ных сто­рон сво­ей лич­но­сти.

Литература

  1. Мед­ве­де­ва Н.И. Пси­хо­ло­ги­че­ские под­хо­ды к содер­жа­нию смысло­жиз­нен­ных цен­но­стей сту­ден­тов в вузе / В сб. Цен­но­сти совре­мен­ной моло­де­жи: ори­ен­та­ция обра­зо­ва­ния в кон­тек­сте устой­чи­во­го раз­ви­тия. — 2014.- С.165–168
  2. Сот­ни­ко­ва Н.Н. Вос­пи­та­ние у моло­де­жи куль­тур­но-этни­че­ских цен­но­стей // Вест­ник Меж­ду­на­род­ной Ака­де­мии наук (Рус­ская Сек­ция) №1. — 2014. /В сб. Цен­но­сти совре­мен­ной моло­де­жи: ори­ен­та­ция обра­зо­ва­ния в кон­тек­сте устой­чи­во­го раз­ви­тия // Мате­ри­а­лы меж­ду­на­род­ной науч­но-прак­ти­че­ской кон­фе­рен­ции. — С. 87–88.

Об авторе

Нина Ильи­нич­на Мед­ве­де­ва — док­тор пси­хо­ло­ги­че­ских наук, про­фес­сор кафед­ры «Пси­хо­ло­го-педа­го­ги­че­ско­го и есте­ствен­но­на­уч­но­го обра­зо­ва­ния» Став­ро­поль­ско­го фили­а­ла МПГУ.

Категории

Метки

Публикации

ОБЩЕНИЕ

CYBERPSY — первое место, куда вы отправляетесь за информацией о киберпсихологии. Подписывайтесь и читайте нас в социальных сетях.

vkgooglepluspinterest