Девтеров И.В. Об особенностях экзистенции в условиях киберпространства

Д

21‑й век озна­ме­но­вал собой уни­каль­ное явле­ние, кото­рое нахо­дит­ся в самом нача­ле сво­е­го осу­ществ­ле­ния и, тем более — изу­че­ния, объ­ек­тив­но пред­по­ла­гая как усо­вер­шен­ство­ва­ние суще­ству­ю­щих мето­дов позна­ния, так и зна­чи­тель­ное рас­ши­ре­ние их диапазона.

Раз­ви­тие тех­но­ло­гий вир­ту­аль­но-сете­вой инфор­ма­ти­за­ции соци­аль­ных струк­тур спо­соб­ство­ва­ло тому, что два базо­вых, основ­ных поня­тия — вре­мя и про­стран­ство — пере­ста­ли быть одно­знач­ны­ми, они дивер­си­фи­ци­ро­ва­лись и плю­ра­ли­зи­ро­ва­лись. «Что-то, где-то, когда- то» (аnything, anywhere, anytime) — таков лозунг инду­стрии, кото­рая созда­ет их имидж и рас­про­стра­ня­ет их. 

Гео­гра­фи­че­ские пока­за­те­ли про­стран­ства уже не игра­ют столь зна­чи­тель­ную роль в жиз­ни обще­ства, как это было еще совсем недавно. 

Гео­гра­фи­че­ское про­стран­ство все мень­ше и мень­ше пред­став­ля­ет­ся для нас пер­вич­ным, онто­ло­ги­че­ски значимым. 

Так воз­ник тер­мин «кибер­гео­гра­фия» [1,4,5]. Оно (про­стран­ство) ста­ло пла­стич­ным, искус­ствен­но скон­стру­и­ро­ван­ным по месту и вре­ме­ни, раз­де­ля­ю­щим­ся на части и лег­ко вос­со­еди­ня­ю­щим­ся по жела­нию, соглас­но наме­ре­нию человека.

Интер­нет сокра­ща­ет до мини­му­ма инфор­ма­ци­он­ные дистан­ции меж­ду людь­ми. Вре­мя, кото­рое так­же пре­тер­пе­ло изме­не­ния, не явля­ет­ся в пол­ной мере объ­ек­тив­ным, это уже не пока­за­тель про­цес­сов, фак­тов, это что-то дру­гое для совре­мен­но­го чело­ве­ка, а имен­но — про­ме­жут­ки меж­ду под­клю­че­ни­я­ми к актив­ной «мат­ри­це» сете­вой вир­ту­а­ли­за­ции, будь то теле­ви­зор, ком­пью­тер, иллю­стри­ро­ван­ный жур­нал или мега молл как «храм» потребления. 

Раз­ви­тие медиа при­ве­ло к тому, что сей­час инфор­ма­ция фак­ти­че­ски явля­ет­ся одним из самых жиз­нен­но необ­хо­ди­мых ресур­сов для чело­ве­ка [3,4], его раз­ви­тия и соб­ствен­но жизнедеятельности.

Это при­ве­ло к при­ше­ствию и ново­го чело­ве­ка, кото­рый пол­но­стью соот­вет­ству­ет эпо­хе сете­вой вир­ту­а­ли­за­ции и информатизации. 

Пла­стич­ность потре­би­те­ля вир­ту­аль­но­сти ста­ла веду­щей харак­те­ри­сти­кой отдель­ной лич­но­сти – «каж­дый может быть любым». И лег­кая доступ­ность вир­ту­аль­ных тех­но­ло­гий дела­ет это воз­мож­ным прак­ти­че­ски для каждого.

Сле­ду­ет отме­тить, что в сло­жив­ших­ся усло­ви­ях необ­хо­ди­мо выстра­и­вать новую систе­му поня­тий, кото­рые поз­во­ли­ли бы не отстать от нарас­та­ю­щих как снеж­ный ком про­цес­сов актив­ной и бес­кон­троль­ной соци­а­ли­за­ции инди­ви­да в поли­эт­ни­че­ском, муль­ти­кон­фес­си­о­наль­ном кибер­про­стран­стве, ста­нов­ле­ния его лич­но­сти, пере­жи­ва­ния им экзи­стен­ции иным обра­зом, не так, как это тра­ди­ци­он­но мы при­вык­ли понимать. 

Серен Кьер­ке­гор (1844), осно­ва­тель эзи­стен­ци­а­лиз­ма, про­ти­во­по­ста­вил ари­сто­те­лев­ско­му удив­ле­нию имен­но отча­я­ние, как нача­ло фило­со­фии, опре­де­ляя экзи­стен­цию как inter-esse (бытие — меж­ду). Чело­ве­че­ское суще­ство­ва­ние как бы разо­рва­но надвое, оно про­те­ка­ет в про­ме­жут­ке меж­ду быти­ем и ничто, (что и было раз­ви­то Ж. — П. Сарт­ром [5]), Богом и внеш­ним миром. 

О бытии и вре­ме­ни писал и М.Хайдеггер: «Когда мы отгра­ни­чи­ва­ем бытие — в, то не отка­зы­ва­ем при­сут­ствию во вся­ко­го рода «про­стран­ствен­но­сти». Наобо­рот: при­сут­ствие име­ет даже соб­ствен­ное «бытие-в-про­стран­стве», что одна­ко со сво­ей сто­ро­ны воз­мож­но толь­ко на осно­ве «бытия-в- мире вооб­ще» [6, с.56].

Хай­дег­гер пишет о телес­но­сти, как неиз­мен­ной нашей при­над­леж­но­сти, при­вя­зан­но­сти к про­стран­ству, но и о духе, выры­ва­ю­щем­ся за пре­де­лы про­стран­ства-вре­ме­ни. Дух, как <сопри­част­ный> и порож­да­ю­щий соб­ствен­но ощу­ще­ние экзи­стен­ция, её пере­жи­ва­ние, нераз­де­лим с телес­но­стью в дан­ном контексте.

В вир­ту­аль­но-сете­вом же кон­тек­сте экзи­стен­ция пре­бы­ва­ю­ще­го в кибер­про­стран­стве созна­ния совре­мен­но­го чело­ве­ка выхо­дит «за скоб­ки», отде­ля­ясь от телес­но­сти, отво­дя ей вто­ро­сте­пен­ную роль, онто­ло­ги­че­ски менее значимую. 

При­сут­ствие здесь и сей­час в наме­ча­ю­щем­ся смыс­ло­вом поле кибер­про­стран­ствен­но­го кон­ти­ну­у­ма вовсе не оче­вид­но с точ­ки зре­ния при­сут­ствия телес­но­го, физи­че­ско­го, мате­ри­аль­но­го. Да, оно может и долж­но быть акту­аль­ным, оно может сохра­нять ста­тус «бытия-в-мире вооб­ще», но при этом соб­ствен­но экзи­стен­ция пере­ме­ща­ет­ся в иное изме­ре­ние, сохра­няя при этом смысл и кор­ни его сво­бо­ды и ответственности. 

Здесь сле­ду­ет отме­тить, что имен­но рус­ская фило­соф­ская антро­по­ло­гия все­гда была еди­на в том, что духов­ность — опре­де­ля­ю­щее свой­ство каж­до­го чело­ве­ка, когда нрав­ствен­ный закон внут­ри его силь­нее вли­я­ния каких бы то ни было внеш­них обстоятельств. 

Экзи­стен­ци­а­лизм Ф.М.Достоевского, напри­мер, под­ни­ма­ет веко­вые пла­сты тех глу­бин, кото­рые затра­ги­ва­ет дух чело­ве­че­ский на пути к пости­же­нию себя, сво­е­го суще­ство­ва­ния. Име­ет непре­хо­дя­щее зна­че­ние и один из зна­чи­мых выво­дов рус­ской фило­со­фии о том, что чело­век все­гда ищет и будет искать нечто выс­шее над собой (или – в себе?), некий Абсо­лют, Выс­ший Смысл, кото­рый ведёт его через тер­нии к звёз­дам, к вели­чию чело­ве­че­ско­го духа.

Смысл смер­ти, её экзи­стен­ци­аль­ное зна­че­ние, пере­жи­ва­ние, в тра­ди­ци­ях мно­гих наро­дов весь­ма раз­лич­ны. С точ­ки зре­ния Веди­че­ских тра­ди­ций мы вплот­ную подо­шли к осо­зна­нию сна­ча­ла фено­ме­нов «циф­ро­вой реин­кар­на­ции» (update, upgrade, обнов­ле­ние ПО или «желе­за», англ.), «кибер­кар­мы», а затем уже, пожа­луй, и к их фун­да­мен­таль­ным, истин­ным онто­ло­ги­че­ским исто­кам и основаниям. 

Циф­ро­вая лич­ность, digital identity (англ.) как поня­тие, став­шее уже обще­при­ня­тым в изме­ре­ни­ях вир­ту­аль­но — циф­ро­во­го миро­во­го сооб­ще­ства, напря­мую ста­вит перед нами вопрос и об авто­ма­ти­че­ской, авто­ма­ти­зи­ро­ван­ной ответ­ствен­но­сти за все свои поступ­ки, вопрос о кибер­эк­зи­стен­ции в чистом виде, пере­жи­ва­ния кар­мы бытия-в-сети на осно­ве осо­зна­ния неот­вра­ти­мых и мгно­вен­ных послед­ствий всей сво­ей дея­тель­но­сти в кибер­со­ци­аль­ной сре­де («Пре­ступ­ле­ние и нака­за­ние 2.0»), све­ден­но­го до фор­маль­но-циф­ро­вой реак­ции интер­нет-ботов на любое дей­ствие (про­сто – клик мыш­кой), вне зави­си­мо­сти от его мораль­но-нрав­ствен­но­го окраса. 

Как води­тель, кото­рый поез­дил в тече­ние дня по мега­по­ли­су, не нуж­да­ет­ся в «адре­на­ли­но­вых» раз­вле­че­ни­ях, так и актив­ный поль­зо­ва­тель сети пере­жи­ва­ет экзи­стен­цию в Сети настоль­ко часто и глу­бо­ко, что ни Сарт­ру, ни Камю, ни Кьер­ке­го­ру такое даже и не снилось. 

Гей­ме­ры все­го мира уже дав­но опе­ри­ру­ют этим поня­ти­ем, «накап­ли­вая и теряя кар­му» в про­цес­се ком­пью­тер­ных игр. Но ведь то же самое явле­ние, про­сто не так явно, пер­ма­нент­но осу­ществ­ля­ет­ся в вир­ту­аль­но-сете­вой сре­де, выстра­и­вая свой, циф­ро­вой при­чин­но-след­ствен­ный тра­фик, явля­ю­щий­ся абсо­лют­но уни­каль­ным для каж­до­го конеч­но­го поль­зо­ва­те­ля Сети.

Суть про­ис­хо­дя­щих пере­мен заклю­ча­ет­ся не толь­ко в извест­ных зако­нах «уплот­не­ния инфор­ма­ции», но и в эффек­те уско­ре­ния тем­па и «уплот­не­ния экзи­стен­ций», в обостре­нии усколь­за­ю­ще­го чув­ства насто­я­щей, реаль­ной жиз­ни, кото­рую мед­лен­но, но вер­но похи­ща­ет у нас циф­ро­вое гло­баль­ное кибер­про­стран­ство, пред­ла­гая вза­мен сур­ро­гат­ную «кибер­эк­зи­стен­цию», ничем не отли­ча­ю­щу­ю­ся по сво­ей глу­бине и ампли­ту­де пере­жи­ва­ний от при­выч­ных поро­го­вых состо­я­ний чело­ве­че­ской пси­хи­ки, опи­сан­ных у клас­си­ков жанра.

Так­же одной из при­чин обра­ще­ния к дан­ной про­бле­ма­ти­ке ока­за­лось то обсто­я­тель­ство, что, несмот­ря на, каза­лось бы, име­ю­щий­ся колос­саль­ный науч­но-инфор­ма­ци­он­ный потен­ци­ал и исто­ри­че­ские, духов­ные тра­ди­ции, наше утвер­жда­ю­ще­е­ся сете­вое инфор­ма­ци­он­ное обще­ство уже нахо­дит­ся в глу­бо­ком духов­ном кри­зи­се, воз­мож­ность, потен­ци­аль­ная реаль­ность кото­ро­го была «заши­та» изна­чаль­но в зарож­да­ю­щем­ся тех­но­ген­ном обра­зо­ва­нии [2], он так­же спро­во­ци­ро­ван теперь раз­мы­ва­ни­ем онто­ло­ги­че­ских, аксио­ло­ги­че­ских, миро­воз­зрен­че­ских ори­ен­ти­ров, поте­ря кото­рых объ­ек­тив­но гро­зит обще­ству инфор­ма­ци­он­ным хао­сом и, как след­стви­ем – соци­аль­ной катастрофой.

Идео­ло­ги­че­ские и аксио­ло­ги­че­ские систе­мы сами по себе явля­ют­ся базис­ны­ми инфор­ма­ци­он­ны­ми струк­ту­ра­ми и состав­ля­ют дина­ми­че­скую осно­ву фор­ми­ро­ва­ния соци­аль­ной реаль­но­сти. Вме­сте с дру­ги­ми эле­мен­та­ми соци­аль­но­го орга­низ­ма они выпол­ня­ют роль свое­об­раз­ных «посред­ни­ков». Им при­над­ле­жат орга­ни­за­ци­он­ные, управ­лен­че­ские, нор­ма­тив­ные функ­ции, обес­пе­чи­ва­ю­щие про­цесс адап­та­ции инди­ви­ду­аль­но­го и кол­лек­тив­но­го созна­ния к изме­не­ни­ям, кото­рые происходят.

Исто­ри­че­ски любое обще­ство фор­ми­ру­ет­ся, раз­ви­ва­ет­ся на посто­ян­но рас­ши­ря­ю­щей­ся базе ком­му­ни­ка­тив­ных инфор­ма­ци­он­ных свя­зей, но толь­ко в ХХI в. этот вопрос стал пред­ме­том серьез­ных науч­ных тран­с­дис­ци­пли­нар­ных исследований. 

Сей­час воз­ник­ла ост­рая необ­хо­ди­мость так­же в изу­че­нии инфор­ма­ции как мощ­но­го инно­ва­ци­он­но­го ресур­са в сфе­ре ком­му­ни­ка­ции и как одно­го из основ­ных фак­то­ров, драй­ве­ром раз­ви­тия чело­ве­че­ско­го обще­ства в целом. 

Имен­но инфор­ма­ци­он­ные тех­но­ло­гии теперь фор­ми­ру­ют базо­вые функ­ци­о­наль­ные зави­си­мо­сти в систе­ме соци­аль­ных свя­зей и отношений. 

Инфор­ма­ция как одна из трёх базо­вых сущ­но­стей в извест­ной тро­ич­ной систе­ме Миро­зда­ния «мате­рия — инфор­ма­ция — мера» пред­став­ля­ет собой объ­ек­тив­ную реаль­ность бытия, кото­рую, при долж­ном отме­ри­ва­нии мож­но исполь­зо­вать во бла­го, а мож­но – и для раз­ру­ше­ния все­го мате­ри­аль­но­го мира.

Экзи­стен­ци­аль­ные про­бле­мы совре­мен­но­го актив­но­го поль­зо­ва­те­ля Сети, «интер­ме­на», толь­ко начи­на­ют­ся. Очень ско­ро мы полу­ча­ем (через год-два) поко­ле­ние моло­дых людей, пре­бы­ва­ю­щих душой в кибер­про­стран­стве 24 часа в сут­ки, в режи­ме non-stop — online. На под­хо­де — широ­кое рас­про­стра­не­ние LTE-тех­но­ло­гий (как в Япо­нии, напри­мер), 4, 5G, неиз­беж­но отправ­ля­ю­щих уже сей­час мед­лен­ный мобиль­ный Интер­нет на свал­ку исто­рии. Широ­ко­по­лос­ный мобиль­ный тра­фик – вот та струк­тур­но-ком­му­ни­ка­тив­ная осно­ва, на кото­рой сле­ду­ет стро­ить всю систе­му соци­аль­ных отно­ше­ний зано­во, начи­ная с «низо­вых», базо­вых уров­ней, и закан­чи­вая все­ми иерар­хи­че­ски­ми ком­плек­са­ми оциф­ро­ван­ных госу­дар­ствен­ных институтов.

Гото­вы ли мы сфор­му­ли­ро­вать смыс­лы, под­го­то­вить к усво­е­нию зна­ния, уме­ния и навы­ки для малень­ких людей, кото­рые ещё не зна­ют, что такое «хоро­шо» и что такое «пло­хо», а уже тянут­ся к завет­ным план­ше­ту — фаб­ле­ту — смарт­фо­ну? Гото­вы ли они сами к суще­ство­ва­нию, апри­о­ри несо­из­ме­ри­мо­му с их воз­раст­ны­ми пси­хи­че­ски­ми возможностями?

Список использованной литературы

  1. Дев­те­ров І.В. Кібер­гео­гра­фія як соціаль­но — інсти­ту­ційне яви­ще. Нау­ко­вий віс­ник «Гілея». Збір­ник нау­ко­вих пра­ць. К.: ВІР УАН, 2011. – Випуск 49. с. 426 — 431.
  2. Дев­те­ров І.В. Сете­вое поко­ле­ние. Две сто­ро­ны меда­ли / Тези допо­ві­дей. // Викла­дан­ня пси­хол. — педа­гог. дис­ци­плин у тех­ніч­но­му універ­си­теті: мето­до­ло­гія, досвід, пер­спек­ти­ви. // Матеріа­ли Пер­шої між­нар. наук. — метод. конф. 26 — 27 жовтня 1999, — К., 1999, с. 109 — 111.
  3. Маклю­эн М. Пони­ма­ние медиа: внеш­ние рас­ши­ре­ния чело­ве­ка / М. Маклю­эн. – М.; Жуков­ский: Канон — пресс — Ц; Куч­ко­во поле, 2003.–464 с.
  4. Най­дё­но­ва Л.А. Послед­ствия эска­ла­ции пара­со­ци­аль­ных отно­ше­ний с вир­ту­аль­ны­ми пер­со­на­жа­ми / Л. А. Най­дё­но­ва // Совре­мен­ные тен­ден­ции в раз­ви­тии рос­сий­ско­го медиа­об­ра­зо­ва­ния : Сб. мате­ри­а­лов все­рос. науч. практ. конф. : в 2 т. – М., 2010. – Т. 1 – с.212 — 220.
  5. Сартр Ж. П. Бытие и ничто: Опыт фено­ме­но­ло­ги­че­ской онто­ло­гии / Пер. с фр., пре­дисл., при­меч. В. И. Коляд­ко. — М.: Рес­пуб­ли­ка, 2000. — 639 с. — (Мыс­ли­те­ли XX века).
  6. Хай­дег­гер М. Бытие и вре­мя. — М.: Ad Marginem, 1997. — 451 с.
  7. http: // cardshop.com.ua / blog / articles / kibergeografija — zadachi — i — vozmozhnosti /
  8. Тра­вин А. Кибер­гео­гра­фия // http: // old.russ.ru / journal / netcult / 98 — 08 — 26 / travin.htm
Источ­ник: «Тра­ди­ци­он­ная и инно­ва­ци­он­ная нау­ка: исто­рия, совре­мен­ное состо­я­ние, пер­спек­ти­вы». Сбор­ник ста­тей Меж­ду­на­род­ной науч­но-прак­ти­че­ской кон­фе­рен­ции — Уфа: АЭТЕРНА, 2015. – 246 с.

Об авторе

Дев­те­ров И.В. — док­тор фило­сов­ских наук, про­фес­сор, Факуль­тет социо­ло­гии и пра­ва, Наци­о­наль­ный  тех­ни­че­ский  уни­вер­си­тет Укра­и­ны «Киев­ский  поли­тех­ни­че­ский  инсти­тут», г. Киев, Украина.

Смот­ри­те также:

Категории

Метки

Публикации

ОБЩЕНИЕ

CYBERPSY — первое место, куда вы отправляетесь за информацией о киберпсихологии. Подписывайтесь и читайте нас в социальных сетях.

vkpinterest