Поддьяков А.Н. Правдоподобие и неправдоподобие виртуальной реальности

П

I. Одна из важ­ней­ших тен­ден­ций раз­ви­тия вир­ту­аль­ной реаль­но­сти состо­ит в при­да­нии этой реаль­но­сти все боль­ше­го прав­до­по­до­бия — вплоть до невоз­мож­но­сти отли­чить ее от «реаль­ной реаль­но­сти». Иде­а­лом в ряде слу­чае счи­та­ет­ся такая ком­пью­тер­ная ими­та­ция, кото­рую даже экс­перт не спо­со­бен отли­чить от ори­ги­на­ла.

Это прав­до­по­до­бие вир­ту­аль­ной реаль­но­сти име­ет огром­ное прак­ти­че­ское зна­че­ние. Напри­мер, оно поз­во­ля­ет неиз­ме­ри­мо повы­сить эффек­тив­ность про­фес­си­о­наль­но­го обу­че­ния лет­чи­ков, воен­ных и т.п.

Но побоч­ным и нега­тив­ным след­стви­ем слиш­ком высо­ко­го прав­до­по­до­бия явля­ет­ся сме­ше­ние, неспо­соб­ность раз­ли­че­ния чело­ве­ком вир­ту­аль­но­го и реаль­но­го пла­нов при нахож­де­нии уже в «реаль­ной реаль­но­сти».

Зна­ко­мый про­грам­мист рас­ска­зал мне, что как-то после мно­го­ча­со­вой напря­жен­ной рабо­ты с новой про­грам­мой он, воз­вра­ща­ясь домой, стал пере­хо­дить ули­цу на крас­ный свет све­то­фо­ра, хотя видел интен­сив­ный поток транс­пор­та. Когда одна из машин рез­ко затор­мо­зи­ла перед ним, и послы­ша­лась ругань, он при­шел в себя и испу­гал­ся — при­чем вовсе не воз­мож­но­сти наез­да. Страш­нее для него ока­за­лось дру­гое — он осо­знал мысль, с кото­рой сту­пил на про­ез­жую часть: «Ниче­го, в край­нем слу­чае пере­за­гру­жусь».

Этот и дру­гие ана­ло­гич­ные при­ме­ры пока­зы­ва­ют, что хотя вна­ча­ле люди реа­ги­ру­ют на вир­ту­аль­ную реаль­ность как на саму реаль­ную дей­стви­тель­ность, что и поз­во­ля­ет доби­вать­ся жела­е­мо­го на тот момент эффек­та (напри­мер, при обу­че­нии), затем при­вы­ка­ют к ней. Тогда они могут начать дей­ство­вать уже в насто­я­щей реаль­но­сти, как в ее ими­та­ции. Осо­бен­но это каса­ет­ся ситу­а­ций пере­утом­ле­ния, изме­нен­ных состо­я­ний созна­ния и т.п.

Подоб­ные эффек­ты наблю­да­ют­ся даже при рабо­те с таким отно­си­тель­но про­стым и древним инстру­мен­том вир­ту­а­ли­за­ции реаль­но­сти как зер­ка­ло.

Шофер, иду­щий по обо­чине пеш­ком, при гуд­ке авто­мо­би­ля, подъ­ез­жа­ю­ще­го сза­ди, по при­выч­ке бро­са­ет взгляд впе­ред и вбок — туда, где в его машине нахо­дит­ся зер­ка­ло зад­не­го вида, и где мож­но было бы уви­деть наез­жа­ю­щий авто­мо­биль, нахо­дись шофер за рулем (при­мер А.С.Кузнецовой). При осо­зна­нии это дей­ствие может уди­вить само­го шофе­ра.

В слу­ча­ях сме­ше­ния реаль­но­го и вир­ту­аль­но­го пла­нов глав­ным прак­ти­че­ским кри­те­ри­ем их раз­ли­че­ния могут стать трав­мы и даже смерть в резуль­та­те фаталь­ной ошиб­ки. Fatal error может ока­зать­ся отнюдь не вир­ту­аль­ной.

Таким обра­зом, высо­кое прав­до­по­до­бие вир­ту­аль­но­сти име­ет и ряд пре­иму­ществ, и ряд суще­ствен­ных недо­стат­ков.

II. Наря­ду со стрем­ле­ни­ем к пол­но­му прав­до­по­до­бию вир­ту­аль­ной реаль­но­сти суще­ству­ет и дру­гая тен­ден­ция — уход от прав­до­по­до­бия. Этот уход дости­га­ет­ся дву­мя основ­ны­ми путя­ми:

  • эли­ми­на­ци­ей, устра­не­ни­ем из моде­ли части свойств, свя­зей, отно­ше­ний ори­ги­на­ла;
  • созда­ни­ем в вир­ту­аль­ной реаль­но­сти новых свойств, свя­зей, отно­ше­ний, отсут­ству­ю­щих в «реаль­ной реаль­но­сти».

1) Уход от пол­но­го прав­до­по­до­бия с помо­щью эли­ми­на­ции части свойств ори­ги­на­ла неред­ко свя­зан с необ­хо­ди­мо­стью отра­зить лишь его суще­ствен­ные свой­ства, абстра­ги­ро­вав­шись от несу­ще­ствен­ных. Такая схе­ма­ти­за­ция во мно­гих слу­ча­ях поз­во­ля­ет чело­ве­ку при­ни­мать более эффек­тив­ные и пра­виль­ные реше­ния. Как пред­по­ла­га­ет­ся, на уровне сущ­ност­ных свойств эта схе­ма­ти­за­ция более соот­вет­ству­ет реаль­но­сти, посколь­ку в моде­ли отсе­че­ны несу­ще­ствен­ные, лишь «зашум­ля­ю­щие» фак­то­ры.

Но про­бле­ма состо­ит в том, что свой­ства, свя­зи и отно­ше­ния, не суще­ствен­ные в одних усло­ви­ях, могут ста­но­вить­ся суще­ствен­ны­ми и даже прин­ци­пи­аль­но важ­ны­ми в дру­гих усло­ви­ях — от кото­рых модель абстра­ги­ро­ва­лась, для того, что­бы суще­ство­вать как модель [Зава­ли­ши­на Д.Н., 1985; Под­дья­ков А.Н., 2000, 2001; Под­дья­ков Н.Н., 1977]. Тогда модель пере­ста­ет соот­вет­ство­вать реаль­но­сти и может дости­гать здесь пол­но­го неправ­до­по­до­бия.

Если чело­век это­го не пони­ма­ет, то он теря­ет воз­мож­ность кон­тро­ли­ро­вать ситу­а­цию. Так, в слож­ных ситу­а­ци­ях неко­то­рые лет­чи­ки вме­сто того, что­бы управ­лять само­ле­том по при­бо­рам, пере­хо­дят к «управ­ле­нию при­бо­ра­ми» — пыта­ют­ся выве­сти их пока­за­ния на задан­ные вели­чи­ны, поте­ряв при этом кар­ти­ну самой реаль­но­сти [Стрел­ков Ю.К., 1999]. Ина­че гово­ря, чело­век нахо­дят­ся в вир­ту­аль­ной реаль­но­сти и мани­пу­ли­ру­ет ею, не пони­мая ее несо­от­вет­ствия «реаль­ной», не пони­мая ее неправ­до­по­до­бия.

Про­бле­ма «управ­ле­ния при­бо­ра­ми» вме­сто управ­ле­ния с исполь­зо­ва­ни­ем при­бо­ров может при­об­ре­тать и прин­ци­пи­аль­но важ­ный нрав­ствен­ный аспект. Бла­го­да­ря ком­пью­те­ри­за­ции совре­мен­ных воору­же­ний стрель­ба по реаль­ным объ­ек­там и живым людям во вре­мя воен­ных опе­ра­ций пред­став­ля­ет­ся воен­ным лет­чи­кам и опе­ра­то­рам ракет­ных уста­но­вок чем-то вро­де тре­на­жер­ных заня­тий либо ком­пью­тер­ной игры: реаль­ность смер­тей, стра­да­ний, раз­ру­ше­ний осо­зна­ет­ся сла­бо [Вой­скун­ский, 1990, с. 129]. Здесь эли­ми­на­ция свя­зей и отно­ше­ний, кажу­щих­ся несу­ще­ствен­ны­ми с одной точ­ки зре­ния, ока­зы­ва­ет­ся без­нрав­ствен­ной, с дру­гой.

2) Созда­ние в вир­ту­аль­ной реаль­но­сти новых объ­ек­тов, их свойств и свя­зей, отсут­ству­ю­щих в «реаль­ной реаль­но­сти», име­ет не толь­ко оче­вид­ное раз­вле­ка­тель­ное (кине­ма­то­граф, ком­пью­тер­ные игры), но и важ­ное прак­ти­че­ское зна­че­ние. При под­го­тов­ке кос­мо­нав­тов, спе­ци­а­ли­стов по чрез­вы­чай­ным ситу­а­ци­ям и т.п., зна­чи­тель­ное вни­ма­ние уде­ля­ет­ся выра­бот­ке посто­ян­ной готов­но­сти к столк­но­ве­ни­ям с новиз­ной, неожи­дан­но­стью, непред­ска­зу­е­мо­стью. Для это­го необ­хо­ди­ма ими­та­ция самых раз­ных ситу­а­ций, в том чис­ле выгля­дя­щих мало­прав­до­по­доб­но. Пара­док­саль­ный смысл это­го обу­че­ния обу­слов­лен тем, что в ситу­а­ци­ях высо­кой новиз­ны встре­ча с мало­прав­до­поб­ным пред­став­ля­ет­ся вполне прав­до­по­доб­ной, а зна­чит, ее надо пытать­ся хоть как-то ими­ти­ро­вать в обу­че­нии.

В целом, про­бле­ма прав­до­по­до­бия моде­ли, отно­ше­ния моде­ли и ори­ги­на­ла име­ет не толь­ко пси­хо­ло­ги­че­ские аспек­ты, но и логи­че­ские, а так­же глу­бо­кие фило­соф­ские кор­ни. Так, в логи­ке дока­за­но, что любая модель, начи­ная с опре­де­лен­но­го уров­ня слож­но­сти, обла­да­ет сво­и­ми соб­ствен­ны­ми свой­ства­ми, «пара­зит­ны­ми» по отно­ше­нию к ори­ги­на­лу [Б.Н.Пятницын, 1984]. Их «пара­зи­тизм» состо­ит в том, что они не выте­ка­ют из свойств ори­ги­на­ла и лишь иска­жа­ют кар­ти­ну. Прин­ци­пи­аль­но важ­но, что их выяв­ле­ние невоз­мож­но в рам­ках самой моде­ли и тре­бу­ет новых моде­лей и средств. Но, как дока­за­но, у этих моде­лей сле­ду­ю­ще­го поко­ле­ния, в свою оче­редь, с необ­хо­ди­мо­стью будут свои пара­зит­ные свой­ства, и т.д.

Отсю­да сле­ду­ет, что любая слож­ная вир­ту­аль­ная реаль­ность все­гда в чем-то неправ­до­по­доб­на, при­чем это неправ­до­по­до­бие может быть скры­то и от поль­зо­ва­те­ля, и от раз­ра­бот­чи­ка. Обна­ру­же­ние этих несо­от­вет­ствий тре­бу­ет все более изощ­рен­ных средств, при­ме­не­ние кото­рых будет при­во­дить к сво­им пара­зит­ным эффек­там неправ­до­по­до­бия.

Это хоро­шо согла­су­ет­ся с тео­ре­мой Геде­ля о непол­но­те: внут­ри любой дедук­тив­ной систе­мы, начи­ная с опре­де­лен­но­го уров­ня слож­но­сти, все­гда име­ют­ся лож­ные утвер­жде­ния, кото­рые не могут быть опро­верг­ну­ты сред­ства­ми самой систе­мы. Их опро­вер­же­ние тре­бу­ет исполь­зо­ва­ния более бога­той систе­мы, в кото­рой в свою оче­редь будут свои неопро­вер­жи­мые лож­ные утвер­жде­ния, и т.д.

Таким обра­зом, вопрос прав­до­по­до­бия — неправ­до­по­до­бия вир­ту­аль­ной реаль­но­сти застав­ля­ет пере­осмыс­ли­вать ряд клас­си­че­ских и даже древ­них про­блем, напол­няя их новым содер­жа­ни­ем, а так­же ста­вит совсем новые про­бле­мы — и тео­ре­ти­че­ские, и жиз­нен­но важ­ные прак­ти­че­ские.

Источ­ник: 3-я Рос­сий­ская кон­фе­рен­ция по эко­ло­ги­че­ской пси­хо­ло­гии
(15–16 сен­тяб­ря 2003 г., Москва). Сек­ция 10. Пси­хо­ло­ги­че­ские аспек­ты Интер­нет-сре­ды / Доклад.

Об авторе

Под­дья­ков Алек­сандр Нико­ла­е­вич — Москва, док­тор пси­хо­ло­ги­че­ских наук, про­фес­сор кафед­ры общей и экс­пе­ри­мен­таль­ной пси­хо­ло­гии факуль­те­та пси­хо­ло­гии ГУ-ВШЭ.

Категории

Метки

Публикации

ОБЩЕНИЕ

CYBERPSY — первое место, куда вы отправляетесь за информацией о киберпсихологии. Подписывайтесь и читайте нас в социальных сетях.

vkgooglepluspinterest