Расина Э.О. Структурная композиция виртуального образа личности в контексте российского интернет-пространства

Р

Введение

В XXI веке зна­чи­тель­ная часть вза­и­мо­дей­ствия людей пере­но­сит­ся на вир­ту­аль­ную плат­фор­му. Совре­мен­ный инфор­ма­ци­он­ный мир дик­ту­ет совер­шен­но новые пра­ви­ла и зако­ны соци­аль­ной пер­цеп­ции (вза­и­мо­вос­при­я­тия, вза­и­мо­по­зна­ния, вза­и­мо­по­ни­ма­ния). Боль­шая часть про­цес­сов фор­ми­ро­ва­ния вза­им­но­го пред­став­ле­ния друг о дру­ге пере­но­сит­ся на вир­ту­аль­ную плат­фор­му сети Интер­нет. Чело­век новой эпо­хи стро­ит свой оце­ноч­ный взгляд на дру­го­го чело­ве­ка исхо­дя, из того вир­ту­аль­но­го обра­за, кото­рый ему досту­пен.

Соци­аль­ное вза­и­мо­дей­ствие в совре­мен­ном мире посте­пен­но пере­хо­дит в инфор­ма­ци­он­ное про­стран­ство соци­аль­ных сетей и вза­и­мо­дей­ствие меж­ду ком­му­ни­кан­та­ми выстра­и­ва­ет­ся в рам­ках инфор­ма­ции, кото­рая нахо­дит­ся в сво­бод­ном досту­пе и поме­ща­ет­ся в про­фи­ле поль­зо­ва­те­ля.

Вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти явля­ет­ся свое­об­раз­ным вме­сти­те­лем инфор­ма­ции, вос­при­я­тие кото­рой про­ис­хо­дит в ходе ана­ли­за цель­ной струк­ту­ры обра­за, скон­стру­и­ро­ван­но­го субъ­ек­том. Таким обра­зом, одним из опре­де­ля­ю­щих фак­то­ров в иссле­до­ва­нии вир­ту­аль­но­го обра­за лич­но­сти явля­ет­ся выде­ле­ние основ­ных струк­тур­ных эле­мен­тов ком­по­зи­ции, скон­стру­и­ро­ван­ной носи­те­лем вир­ту­аль­но­го обра­за − поль­зо­ва­те­лем.

Целью ста­тьи явля­ет­ся ана­лиз струк­тур­ных эле­мен­тов ком­по­зи­ции «вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти» в кон­тек­сте пси­хо­ло­ги­че­ской нау­ки, опре­де­ле­ние и харак­те­ри­сти­ка каж­до­го из эле­мен­тов, выде­ле­ние их основ­ных харак­те­ри­стик и функ­ци­о­наль­ных осо­бен­но­стей.

Науч­ная новиз­на дан­но­го иссле­до­ва­ния заклю­ча­ет­ся в рас­смот­ре­нии ком­по­зи­ции «вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти» как кон­струк­ции, состо­я­щей из эле­мен­тов и инстру­мен­та­рия, стра­те­гии и моти­вов, а так­же фоно­вых усло­вий и фак­то­ров, кото­рые ока­зы­ва­ют вли­я­ние на кон­стру­и­ро­ва­ние вир­ту­аль­но­го обра­за.

Основная часть

Исхо­дя из того, что вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти – это наме­рен­ная, осо­зна­ва­е­мая или частич­но осо­зна­ва­е­мая лич­но­стью вир­ту­аль­ная кон­струк­ция, основ­ной функ­ци­ей кото­рой явля­ет­ся созда­ние опре­де­лен­но­го впе­чат­ле­ния у дру­гих вир­ту­аль­ных поль­зо­ва­те­лей, необ­хо­ди­мо отме­тить, что, как и любая кон­струк­ция, он име­ет опре­де­лен­ные струк­тур­ные эле­мен­ты и набор инстру­мен­та­рия для выпол­не­ния сво­их функ­ций.

На сего­дняш­ний день в пси­хо­ло­ги­че­ской нау­ке рас­смат­ри­ва­е­мый нами кон­цепт раз­ра­бо­тан недо­ста­точ­но и чет­ко не опре­де­лен. Тем не менее, неко­то­рые оте­че­ствен­ные и зару­беж­ные уче­ные: Вой­скун­ский А.Е., Евдо­ки­мен­ко А.С., Феду­ни­на Н.Ю., Лучин­ки­на А.И., Шугай­ло И.В., Howard Th, Turkle Sh., рас­смат­ри­вая вир­ту­аль­ную лич­ность, вир­ту­аль­ную соци­а­ли­за­цию, вир­ту­аль­ную иден­тич­ность, затра­ги­ва­ют неко­то­рые аспек­ты вир­ту­аль­но­го обра­за лич­но­сти, как неко­е­го про­дук­та всех пере­чис­лен­ных пси­хо­ло­ги­че­ских фено­ме­нов (Вой­скун­ский, Евдо­ки­мен­ко, Феду­ни­на, 2013), (Лучин­ки­на, 2018), (Шугай­ло, 2010; 2012), (Turkle, 2011).

В ходе вос­при­я­тия поль­зо­ва­те­ля­ми вир­ту­аль­но­го обра­за друг дру­га важ­ную роль игра­ют меха­низ­мы соци­аль­ной пер­цеп­ции. Всту­пая в кон­такт в соци­аль­ных сетях, поль­зо­ва­те­ли име­ют воз­мож­ность вос­при­ни­мать инфор­ма­цию, кото­рая раз­ме­ще­на в акка­ун­тах, и стро­ить свою оцен­ку дру­го­го чело­ве­ка, бази­ру­ясь на дан­ной инфор­ма­ции.

Суть соци­аль­ной пер­цеп­ции состо­ит в вос­при­я­тии внеш­них при­зна­ков, сопо­став­ле­ния их с реаль­ны­ми лич­ност­ны­ми при­зна­ка­ми, а так­же в интер­пре­та­ции и про­гно­зи­ро­ва­нии после­ду­ю­ще­го пове­де­ния субъ­ек­та (Бода­ев, 1982).

При этом суще­ству­ю­щие в реаль­ном мире соци­аль­но-пер­цеп­тив­ные меха­низ­мы, кото­рые направ­ле­ны на пони­ма­ние, интер­пре­та­цию и оце­ни­ва­ние парт­не­ров по соци­аль­но­му вза­и­мо­дей­ствию в вир­ту­аль­ном мире, рабо­та­ют в соот­вет­ствии с зако­на­ми, суще­ству­ю­щи­ми в циф­ро­вом мире. Одной из основ­ных пло­ща­док соци­аль­но­го вза­и­мо­дей­ствия в Интер­не­те явля­ет­ся соци­аль­ная сеть.

Ана­ли­зи­руя три, создан­ные в Рос­сий­ской Феде­ра­ции, соци­аль­ные сети («Вкон­так­те», «Одно­класс­ни­ки», «Мой мир»), мы име­ем воз­мож­ность выде­лить сле­ду­ю­щие струк­тур­ные эле­мен­ты ком­по­зи­ции вир­ту­аль­но­го обра­за (рис.).

Рис. Структурная композиция виртуального образа пользователя
Рис. Струк­тур­ная ком­по­зи­ция вир­ту­аль­но­го обра­за поль­зо­ва­те­ля

Преж­де все­го, систе­мо­об­ра­зу­ю­щим эле­мен­том вир­ту­аль­но­го обра­за лич­но­сти сто­ит счи­тать про­филь или акка­унт в той или иной соци­аль­ной сети. Он явля­ет­ся основ­ной еди­ни­цей иссле­до­ва­ния и ске­ле­том, на базе кото­ро­го обра­зу­ет­ся вир­ту­аль­ный образ, как тако­вой. Таким обра­зом, ске­лет струк­тур­ной ком­по­зи­ции вир­ту­аль­но­го обра­за лич­но­сти зада­ет­ся уни­вер­саль­ной кон­струк­ци­ей – шаб­ло­ном, оди­на­ко­вым для всех поль­зо­ва­те­лей одной соци­аль­ной сети. Так­же, необ­хо­ди­мо отме­тить отсут­ствие зна­чи­тель­ной раз­ни­цы меж­ду про­фи­ля­ми в раз­ных соци­аль­ных сетях.

В про­фи­ле мож­но выде­лить ряд под­си­стем, кото­рые явля­ют­ся смыс­ло­об­ра­зу­ю­щи­ми эле­мен­та­ми струк­тур­ной ком­по­зи­ции вир­ту­аль­но­го обра­за. Сре­ди таких под­си­стем:

  • линг­ви­сти­че­ская;
  • гра­фи­че­ская;
  • ауди­аль­ная;
  • рей­тин­го­вая.

Каж­дая из ука­зан­ных под­си­стем име­ет ряд струк­тур­ных эле­мен­тов и набор инстру­мен­та­рия для фор­ми­ро­ва­ния необ­хо­ди­мо­го вир­ту­аль­но­го обра­за.

Линг­ви­сти­че­ская или тек­сту­аль­ная под­си­сте­ма содер­жит в себе всю тек­сто­вую напол­нен­ность про­фи­ля. В каче­стве отдель­ных эле­мен­тов мож­но выде­лить «Имя» или «ник­нейм» поль­зо­ва­те­ля, «дан­ные о себе», «ста­тус», а так­же все тек­сто­вые состав­ля­ю­щие сте­ны про­фи­ля. «Имя» (ник­нейм) явля­ет­ся зако­ди­ро­ван­ным сим­воль­ным посла­ни­ем, кото­рое пред­на­зна­че­но для иден­ти­фи­ка­ции реаль­но­го обра­за лич­но­сти с вир­ту­аль­ным. Имя может спо­соб­ство­вать поис­ку чело­ве­ка в сети или пре­пят­ство­вать ему.

Шер­ри Тёр­кл изу­чи­ла кон­стру­и­ро­ва­ния вир­ту­аль­но­го обра­за через приз­му созда­ния ник­ней­мов – сете­вых имен, кото­рые в сим­воль­ной фор­ме отра­жа­ют образ поль­зо­ва­те­ля. Она отме­ча­ет, что коли­че­ство создан­ных имен может быть доста­точ­но боль­шим и в зна­чи­тель­ной мере отли­чать­ся друг от дру­га в смыс­ло­вом диа­па­зоне. Опи­сы­вая исто­рии реаль­ных людей, уче­ный иссле­ду­ет стрем­ле­ние чело­ве­ка скрыть те каче­ства, кото­рые он сам в себе не может при­нять (Turkle, 1999).

Дан­ные о поль­зо­ва­те­ле несут емкую инфор­ма­ци­он­ную пре­зен­та­цию субъ­ек­та. Их струк­ту­ра зада­ет­ся самой соци­аль­ной сетью и пред­став­ля­ет собой пере­чень наи­бо­лее инте­рес­ных харак­те­ри­стик субъ­ек­та, таких как воз­раст, место рож­де­ния, дан­ные об обра­зо­ва­нии, пред­по­чте­ния в кине­ма­то­гра­фе, лите­ра­ту­ре и т.д. Ста­тус вме­ща­ет в себя акту­аль­ное эмо­ци­о­наль­ное состо­я­ние поль­зо­ва­те­ля. Он может быть пред­став­лен в виде цитат, попу­ляр­ных выска­зы­ва­ний или автор­ских выска­зы­ва­ний, кото­рые пред­на­зна­че­ны, сре­ди про­че­го, для опре­де­ле­ния готов­но­сти поль­зо­ва­те­ля идти на кон­такт.

Гра­фи­че­ская или визу­аль­ная под­си­сте­ма вклю­ча­ет в себя все визу­аль­ные состав­ля­ю­щие вир­ту­аль­но­го обра­за: фото или ава­тар, фото­гра­фии в аль­бо­мах поль­зо­ва­те­ля, сохра­нен­ные фото­гра­фии, видео и так­же все визу­аль­ные состав­ля­ю­щие сте­ны акка­ун­та. Фото явля­ет­ся одним из важ­ней­ших инстру­мен­тов само­пре­зен­та­ции поль­зо­ва­те­ля.

За фото­об­ра­зом поль­зо­ва­те­ля может скры­вать­ся совер­шен­но иной чело­век, кото­рый исполь­зу­ет визу­аль­ную кар­тин­ку для разыг­ры­ва­ния опре­де­лен­ной роли. Штам­по­вый образ, узна­ва­е­мый и одоб­рен­ный обще­ством, заме­ня­ет собой реаль­ный образ поль­зо­ва­те­ля и созда­ет новую при­ни­ма­е­мую обще­ством симу­ля­цию. Носи­тель вир­ту­аль­но­го обра­за может скры­вать свое реаль­ное изоб­ра­же­ние, под­ме­нять его или же под­стра­и­вать под усло­вия ново­го обще­ствен­но­го запро­са (Шугай­ло, 2012). И.В. Шугай­ло счи­та­ет, что одним из основ­ных послед­ствий «ико­ни­че­ско­го пово­ро­та в куль­ту­ре» явля­ет­ся фор­ми­ро­ва­ние визу­аль­но­го миро­по­сти­же­ния и иден­ти­фи­ка­ция себя со штам­по­вы­ми обра­за­ми. Дан­ное явле­ние про­яв­ля­ет­ся в уве­ли­че­нии роли фото­об­ра­за в фор­ми­ро­ва­нии соб­ствен­ной пре­зен­та­ции поль­зо­ва­те­ля (Шугай­ло, 2012).

Груп­па аме­ри­кан­ских иссле­до­ва­те­лей, рас­смат­ри­вая виды вза­и­мо­от­но­ше­ний меж­ду поль­зо­ва­те­лем и ава­та­ром, выяс­ни­ли, что поль­зо­ва­тель испы­ты­ва­ет осо­бую пси­хо­ло­ги­че­скую связь с ава­та­ром. Май­кл Мак­кри­ри, Шей­ли Кет­лин Крах, Пи Джей Шрай­дер и Рен­дал Бун так­же выяс­ни­ли, что вир­ту­аль­ное вопло­ще­ние в боль­шин­стве слу­ча­ев явля­ет­ся иде­а­ли­зи­ро­ван­ным обра­зом, луч­шей вер­си­ей само­го себя (McCreery, Krach, Schrader, Boone, 2012).

Ауди­аль­ная или музы­каль­ная под­си­сте­ма состо­ит из плей­ли­стов поль­зо­ва­те­ля, под­ка­стов, ауди­аль­ной напол­нен­но­сти сте­ны поль­зо­ва­те­ля. Ауди­о­за­пи­си слу­жат для выяв­ле­ния музы­каль­ных пред­по­чте­ний поль­зо­ва­те­ля. С помо­щью них поль­зо­ва­тель заяв­ля­ет о сво­ей инди­ви­ду­аль­но­сти и хоро­шем вку­се в выбо­ре испол­ни­те­лей. Такая соци­аль­ная сеть, как «ВКон­так­те» допол­ни­тель­но пред­ла­га­ет про­слу­ши­ва­ние музы­каль­ных ком­по­зи­ций дру­зей со схо­жим с поль­зо­ва­те­лем музы­каль­ным вку­сом.

Рей­тин­го­вая под­си­сте­ма харак­те­ри­зу­ет соци­аль­ную одоб­ря­е­мость и само­иден­тич­ность лич­но­сти в вир­ту­аль­ном про­стран­стве. Сре­ди харак­тер­ных струк­тур­ных эле­мен­тов дан­ной под­си­сте­мы мож­но выде­лить «лай­ки» (под фото, видео­кон­тен­том, а так­же под репо­ста­ми на стене поль­зо­ва­те­ля), ком­мен­та­рии, коли­че­ствен­ный и каче­ствен­ный состав дру­зей и под­пис­чи­ков про­фи­ля. Успеш­ность и соци­аль­ное при­ня­тие чело­ве­ка инфор­ма­ци­он­ной эпо­хи про­ис­хо­дит через коли­че­ствен­ную приз­му лай­ков, репо­стов, ком­мен­та­ри­ев и дру­зей (Лисен­ко­ва, 2017).

Так­же к дан­ной под­си­сте­ме мож­но отне­сти при­над­леж­ность поль­зо­ва­те­ля к опре­де­лен­ным закры­тым или откры­тым сооб­ще­ствам и груп­пам по инте­ре­сам. На базе сооб­ществ в соци­аль­ных сетях про­ис­хо­дит моде­ли­ро­ва­ние «сво­е­го» и «чужо­го», фор­ми­ро­ва­ние цен­ност­ных ори­ен­ти­ров и после­ду­ю­щая их транс­ля­ция на дру­гих поль­зо­ва­те­лей, в том чис­ле и при помо­щи вир­ту­аль­но­го обра­за (Лисен­ко­ва, 2017).

Чело­век может при­чис­лять себя одно­вре­мен­но к несколь­ким сооб­ще­ствам, раз­де­лять их цен­но­сти и убеж­де­ния, посте­пен­но под­ни­ма­ясь по иерар­хии от нович­ка до более опыт­но­го чле­на сооб­ще­ства – «олда», кото­рый посвя­щен во все тай­ны и осо­бен­но­сти дан­но­го интер­нет-сооб­ще­ства.

В сво­ей осно­ве ком­по­зи­ция «вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти» име­ет ядро. В него поме­ща­ет­ся вся адек­ват­ная инфор­ма­ция, моти­вы и цели носи­те­ля обра­за. В ходе кон­стру­и­ро­ва­ния обра­за ядро обрас­та­ет инфор­ма­ци­ей реаль­ной или нере­аль­ной в фор­ма­те задан­ной про­фи­лем (акка­ун­том соци­аль­ной сети) и исхо­дя из целей и стра­те­гий поль­зо­ва­те­ля.

Ядро ком­по­зи­ции − «вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти» − име­ет проч­ную вза­и­мо­связь с само­иден­ти­фи­ка­ци­ей лич­но­сти. Совре­мен­ное инфор­ма­ци­он­ное обще­ство поми­мо всех про­чих обра­зов Я (физи­че­ское, соци­аль­ное, граж­дан­ское, ген­дер­ное и т.д.) фор­ми­ру­ет новое Я – вир­ту­аль­ное.

Само­опре­де­ле­ние лич­но­сти, систе­ма его пред­став­ле­ний о самом себе и пред­став­ле­ний зна­чи­мых для него людей ока­зы­ва­ет зна­чи­тель­ное вли­я­ние на кон­стру­и­ро­ва­ние вир­ту­аль­но­го обра­за. Иден­тич­ность может высту­пать свое­об­раз­ным пси­хо­ло­ги­че­ским ядром лич­но­сти, вклю­чая в себя основ­ные лич­ност­ные состав­ля­ю­щие (Пого­ре­лов, Сол­да­то­ва, 2018).

Рас­смат­ри­вая вопрос иден­тич­но­сти в вир­ту­аль­ном про­стран­стве, Шер­ри Тёр­кл на при­ме­ре созда­ния ава­та­ров в играх, при­шла к выво­ду, что аль­тер­на­тив­ная модель иден­тич­но­сти – осно­ва для аль­тер­на­тив­но­го обра­за жиз­ни (Turkle, 1997). Вир­ту­аль­ная само­иден­ти­фи­ка­ция лич­но­сти может про­явить­ся путем скла­ды­ва­ния вир­ту­аль­но­го обра­за из мно­же­ства дру­гих обра­зов уже суще­ству­ю­щих в про­стран­стве Интер­не­та (Вой­скун­ский, Евдо­ки­мен­ко, Феду­ни­на, 2013).

Шер­ри Тёр­кл в сво­ей кни­ге, иссле­дуя соот­но­ше­ние реаль­но­го и вир­ту­аль­но­го Я, утвер­жда­ет, что каж­дый субъ­ект видит себя на экране мони­то­ра совсем ина­че. Каж­дый из нас зача­стую напол­ня­ет наш образ жела­е­мы­ми чер­та­ми, созда­вая тем самым Вто­рое Я (Turkle, 1999).

Насир Пека­ри и Хади Мак­х­до­ми, гово­ря о медиа-иден­тич­но­сти как повсе­мест­ном явле­нии совре­мен­но­го мира, рас­смат­ри­ва­ют сре­ди фак­то­ров постро­е­ния дан­но­го фено­ме­на цен­ност­ные ори­ен­ти­ры. Уче­ные утвер­жда­ют, что совре­мен­ный мир спо­соб­ству­ет быст­рой смене цен­но­стей у людей, сле­до­ва­нию лож­ным цен­но­стям, а так­же под­чи­не­ние новым цен­ност­ным ори­ен­ти­рам и выстра­и­ва­ние сво­ей иден­тич­но­сти в соот­вет­ствии с ними (Peikari, Lotfi, Makhdomi, 2015).

Уче­ные счи­та­ют, что соци­аль­ные сети явля­ют­ся пря­мым про­дук­том про­цес­са иден­ти­фи­ка­ции чело­ве­ка в обще­стве. Совре­мен­ное обще­ство сфор­ми­ро­ва­ло потреб­ность в демон­стра­ции сво­ей иден­тич­но­сти и под­твер­жде­нии и даже одоб­ре­нии ее в сети.

Насир Пека­ри и Хади Мак­х­до­ми пола­га­ют, «что кол­лек­тив­ность, создан­ная в инфор­ма­ци­он­ной сре­де, при­ве­ла к фор­ми­ро­ва­нию ново­го вида иден­тич­но­сти – вир­ту­аль­но­го, кото­рая в свою оче­редь откры­ва­ет для чело­ве­ка новые воз­мож­но­сти в мани­пу­ля­ци­ях и играх со сво­ей иден­тич­но­стью и нере­аль­ным обра­зом» (Peikari, Lotfi, Makhdomi, 2015).

Под воз­дей­стви­ем рево­лю­ции в обла­сти инфор­ма­ци­он­ных и ком­му­ни­ка­ци­он­ных тех­но­ло­гий люди зна­ко­мят­ся с новы­ми обра­за­ми жиз­ни и стал­ки­ва­ют­ся с бес­чис­лен­ны­ми ресур­са­ми иден­тич­но­сти, кото­рые при­ве­ли к транс­фор­ма­ции её в изме­ре­ни­ях тра­ди­ци­он­ной иден­тич­но­сти, появ­ле­нию мно­же­ствен­ных иден­тич­но­стей, транс­фор­ма­ции систе­мы цен­но­стей, изме­не­ния в мето­дах потреб­ле­ния и обра­зе жиз­ни (Adibi, Yazdkhast, Farahmand, 2008).

Кро­ме непо­сред­ствен­ной струк­ту­ры вир­ту­аль­но­го обра­за и инстру­мен­тов его кон­стру­и­ро­ва­ния, кото­рые зада­ют­ся соци­аль­ны­ми сетя­ми, в ком­по­зи­ци­он­ную струк­ту­ру вир­ту­аль­но­го обра­за вхо­дит интен­ци­о­наль­ная состав­ля­ю­щая – ком­му­ни­ка­тив­ное наме­ре­ние, замы­сел.

Фено­мен «вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти» явля­ет­ся про­дук­том непо­сред­ствен­ной само­пре­зен­та­ции и само­иден­ти­фи­ка­ции лич­но­сти в вир­ту­аль­ном про­стран­стве. Одна­ко основ­ные харак­те­ри­сти­ки дан­ной кон­струк­ции зави­сят от моти­вов, кото­рые зало­же­ны в образ самой лич­но­стью. Моти­ва­ци­он­ная состав­ля­ю­щая дан­но­го фено­ме­на так­же ока­зы­ва­ет вли­я­ние и на инстру­мен­ты кон­стру­и­ро­ва­ния само­го обра­за.

Лучин­ки­на А.И. в сво­их рабо­тах подроб­но рас­смот­ре­ла моти­ва­ци­он­ную состав­ля­ю­щую поль­зо­ва­те­лей сети Интер­нет. Сре­ди моти­вов были выде­ле­ны груп­пы, кото­рые при­су­щи людям в целом, и груп­пы моти­вов, при­су­щих толь­ко интер­нет-про­стран­ству (Лучин­ки­на, 2018).

Лучин­ки­на А.И. опре­де­ли­ла сле­ду­ю­щие моти­вы (табл.):

Таблица. Мотивы пользователей интернет-пространства

Таблица. Мотивы пользователей интернет-пространства

Таким обра­зом, поль­зо­ва­тель кон­стру­и­ру­ет свой вир­ту­аль­ный образ, исхо­дя из моти­вов и целей, кото­рые он пре­сле­ду­ет, исполь­зуя сеть Интер­нет и, в част­но­сти, соци­аль­ные сети.

Моти­ва­ци­он­ная состав­ля­ю­щая ком­по­зи­ции так­же может быть свя­за­на с ожи­да­ни­я­ми поль­зо­ва­те­лей, иллю­зи­я­ми, кото­рые у них воз­ни­ка­ют. Шер­ри Тёр­кл в сво­ей кни­ге, посвя­щен­ной вза­и­мо­дей­ствию людей и совре­мен­ных тех­но­ло­гий, в каче­стве одной из при­чин исполь­зо­ва­ния соци­аль­ных сетей выде­ля­ет уяз­ви­мость и боязнь бли­зо­сти. Вир­ту­аль­ное про­стран­ство, по мне­нию уче­но­го, созда­ет впе­чат­ле­ние твер­дой уве­рен­но­сти в кон­тро­ле над ситу­а­ци­ей обще­ния. Так­же в сво­ей рабо­те про­фес­сор Мас­са­чу­сет­ско­го тех­но­ло­ги­че­ско­го инсти­ту­та выде­ля­ет ряд иллю­зий, кото­рые фор­ми­ру­ют­ся у поль­зо­ва­те­лей соци­аль­ных сетей в ходе выстра­и­ва­ния вза­и­мо­дей­ствия с ними: иллю­зия кон­тро­ля, иллю­зия забо­ты и иллю­зия отсут­ствия оди­но­че­ства (Turkle, 2011).

Иллю­зия кон­тро­ля созда­ет впе­чат­ле­ние о том, что поль­зо­ва­тель может сам выби­рать инте­ре­су­ю­щий его кон­тент, может кон­тро­ли­ро­вать свой образ в сети при помо­щи редак­ти­ро­ва­ния фото­гра­фий, кон­тен­та сво­е­го про­фи­ля и тща­тель­но­го обду­мы­ва­ния отве­тов на сооб­ще­ния дру­гих поль­зо­ва­те­лей.

Иллю­зия забо­ты поз­во­ля­ет поль­зо­ва­те­лям счи­тать, что они могут быть услы­ша­ны в любой момент. Созда­ние про­фи­лей в соци­аль­ных сетях поз­во­лят сфор­ми­ро­вать ауди­то­рию из авто­ма­ти­че­ских слу­ша­те­лей, кото­рые на груст­ный или весе­лый кон­тент могут отре­а­ги­ро­вать лай­ка­ми или ком­мен­та­ри­я­ми.

Иллю­зия отсут­ствия оди­но­че­ства фор­ми­ру­ет у поль­зо­ва­те­ля вре­мен­ное ощу­ще­ние нали­чия посто­ян­ной свя­зи с дру­ги­ми людь­ми. Одна­ко, по мне­нию Шер­ри Тёр­кл, дан­ная иллю­зия спо­соб­ству­ет пре­кра­ще­нию рефлек­сии и само­ана­ли­за лич­но­сти, заме­няя эти про­цес­сы вре­мен­ны­ми кон­так­та­ми в сети и сер­фин­гом новост­ной лен­ты (Turkle, 2011).

Дан­ные иллю­зии созда­ют потреб­ность в при­сут­ствии в инфор­ма­ци­он­ном про­стран­стве и необ­хо­ди­мость само­пре­зен­та­ции в нем, кото­рая про­ис­хо­дит при помо­щи обра­за, созда­ва­е­мо­го поль­зо­ва­те­лем.

Сре­ди моти­вов поль­зо­ва­те­лей так­же мож­но выде­лить потреб­ность в сво­бод­ном выска­зы­ва­нии сво­ей точ­ки зре­ния. Реза Джа­ма­ли в сво­их иссле­до­ва­ни­ях при изу­че­нии эти­че­ской сто­ро­ны вир­ту­аль­но­го про­стран­ства затра­ги­ва­ет вопрос о фак­то­рах фор­ми­ро­ва­ния вир­ту­аль­ной пре­зен­та­ции поль­зо­ва­те­ля, сре­ди кото­рых жела­ние избе­жать нака­за­ния за выра­же­ние сво­ей точ­ки зре­ния. Полу­чая воз­мож­ность выска­зать­ся, поль­зо­ва­те­ли могут обра­тить­ся с посы­лом не толь­ко к обще­ству, но и к пра­ви­тель­ству, что созда­ет свое­об­раз­ный кла­пан для предот­вра­ще­ния чрез­мер­но­го накоп­ле­ния отри­ца­тель­ных эмо­ций и обид на реаль­ный мир (Jamali, 2014).

Интен­ци­о­наль­ная состав­ля­ю­щая струк­тур­ной ком­по­зи­ции вир­ту­аль­но­го обра­за опре­де­ля­ет выбор инстру­мен­та­рия и спо­со­бов транс­ля­ции, зако­ди­ро­ван­но­го в вир­ту­аль­ном обра­зе смыс­ла. А так­же опре­де­ля­ет, в какой мере поль­зо­ва­тель задей­ству­ет тот или иной эле­мент ком­по­зи­ции.

Поми­мо всех выше­пе­ре­чис­лен­ных струк­тур­ных эле­мен­тов ком­по­зи­ции «вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти» необ­хо­ди­мо отдель­но опре­де­лить место усло­вий и фак­то­ров, на фоне кото­рых про­ис­хо­дит кон­стру­и­ро­ва­ние обра­за. Изу­че­ние подоб­ных фоно­вых эле­мен­тов явля­ет­ся очень важ­ной частью иссле­до­ва­ния фено­ме­на вир­ту­аль­но­го обра­за лич­но­сти.

В рабо­тах иссле­до­ва­те­лей Пого­ре­ло­ва Д.Н., Сол­да­то­вой Е.А. (Пого­ре­лов, Сол­да­то­ва, 2018), Howard Th. (Howard, 2010), Белин­ской Е.П., Жич­ки­ной А.Е. (Белин­ская, Жич­ки­на, 2000), Вой­скун­ско­го А.Е., Евдо­ки­мен­ко А.С., Феду­ни­на Н.Ю. (Вой­скун­ский, Евдо­ки­мен­ко, Феду­ни­на, 2013) мож­но выде­лить сле­ду­ю­щие фак­то­ры, име­ю­щие вли­я­ние на кон­стру­и­ро­ва­ние вир­ту­аль­но­го обра­за Я:

  • ано­ним­ность;
  • неудо­вле­тво­рен­ность сво­им реаль­ным обра­зом;
  • кри­зис само­иден­ти­фи­ка­ции;
  • нали­чие широ­ких воз­мож­но­стей для реа­ли­за­ции сво­их жела­ний и потреб­но­стей;
  • боль­шой объ­ем уже гото­вой шаб­лон­ной инфор­ма­ции для созда­ния обра­за.

Воз­мож­ность ано­ним­но­сти аффек­тив­ных про­яв­ле­ний носи­те­ля мож­но счи­тать одним из харак­те­ри­стик про­цес­са кон­стру­и­ро­ва­ния вир­ту­аль­но­го обра­за лич­но­сти. Имен­но ано­ним­ность поз­во­ля­ет вно­сить в струк­тур­ную ком­по­зи­цию обра­за тот инфор­ма­ци­он­ный пласт, кото­рый необ­хо­дим носи­те­лю для осу­ществ­ле­ния успеш­ной само­пре­зен­та­ции. Но при этом дан­ный фено­мен ано­ним­но­сти может при­ве­сти к усред­нен­но­сти вир­ту­аль­но­го обра­за носи­те­ля, неся в себе скры­тое, частич­но осо­зна­ва­е­мое жела­ние быть при­ня­тым в той или иной соци­аль­ной сре­де (Пого­ре­лов, Сол­да­то­ва, 2018).

Тарон Говард в сво­их рабо­тах уде­лят вни­ма­ние кон­стру­и­ро­ва­нию игро­ка­ми «Blizzard» и «World of Warcraft» обра­зов сво­их ава­та­ров – пер­со­на­жа игры, за кото­рым скры­ва­ет­ся поль­зо­ва­тель. Уче­ный выде­ля­ет тот факт, что для созда­ния нуж­но­го обра­за игрок готов вкла­ды­вать доста­точ­но боль­шие инве­сти­ции. Они могут вклю­чать в себя как мате­ри­аль­ные ресур­сы, так и вре­мен­ные, эмо­ци­о­наль­ные и про­чие. Но при этом игрок вкла­ды­ва­ет в сво­е­го пер­со­на­жа не толь­ко искус­ствен­но создан­ные чер­ты лич­но­сти, но и свои соб­ствен­ные, реаль­ные каче­ства. Подоб­ные про­цес­сы Тарон Говард отме­ча­ет и в соци­аль­ной сети Second life (Howard, 2010).

Соглас­но дан­ным иссле­до­ва­ний более 50 % субъ­ек­тов под­ме­ня­ют инфор­ма­цию о себе. Изме­не­нию под­вер­га­ет­ся имя, воз­раст, воз­раст, семей­ное поло­же­ние, внеш­ность, хоб­би. Менее часто под­ме­ня­ет­ся инфор­ма­ция о поло­вой при­над­леж­но­сти, обра­зо­ва­нии, про­фес­сии, месте житель­ства, музы­каль­ных и худо­же­ствен­ных вку­сах, покуп­ках, услу­гах и путе­ше­стви­ях, уровне дохо­да и наци­о­наль­но­сти. Прак­ти­че­ски неиз­мен­ны­ми оста­ют­ся све­де­ния о поли­ти­че­ских и рели­ги­оз­ных взгля­дах (Белин­ская, Жич­ки­на, 2000).

Пого­ре­лов Д.Н. и Сол­да­то­ва Е.Л. в сво­ей рабо­те, посвя­щен­ной фено­ме­ну вир­ту­аль­ной иден­тич­но­сти, опи­сы­ва­ют вир­ту­аль­ный образ как отра­же­ние иде­аль­но­го Я, субъ­ек­тив­но зна­чи­мо­го обра­за. Уче­ные пола­га­ют, что кон­стру­и­ро­ва­ние обра­за про­ис­хо­дит при исполь­зо­ва­нии уже гото­во­го инфор­ма­ци­он­но­го мате­ри­а­ла: набо­ры сим­во­лов, тек­стов и гра­фи­че­ских изоб­ра­же­ний.

Нема­ло­важ­ным фак­то­ром в кон­стру­и­ро­ва­нии вир­ту­аль­но­го обра­за явля­ет­ся исполь­зо­ва­ние уже суще­ству­ю­щей и «одоб­рен­ной» инфор­ма­ции – репо­ста. Репост высту­па­ет в каче­стве обще­ствен­но­го тек­ста, лишен­но­го уни­каль­но­сти и ском­би­ни­ро­ван­но­го из ранее опуб­ли­ко­ван­ной инфор­ма­ции (Пого­ре­лов, Сол­да­то­ва, 2018).

В каче­стве фак­то­ров, кото­рые могут ока­зать вли­я­ние на кон­стру­и­ро­ва­ние вир­ту­аль­но­го обра­за, они выде­ля­ют отсут­ствие удо­вле­тво­рен­но­сти сво­им реаль­ным обра­зом или кри­зис само­иден­ти­фи­ка­ции, при кото­ром может про­изой­ти поте­ря инди­ви­дом целост­но­сти. Кро­ме это­го сре­ди фак­то­ров, вли­я­ю­щих на струк­тур­ную ком­по­зи­цию обра­за мож­но отме­тить нали­чие широ­ких воз­мож­но­стей для реа­ли­за­ции осо­зна­ва­е­мых или неосо­зна­ва­е­мых жела­ний, выра­же­ния себя, рас­кры­тия лич­ност­но­го потен­ци­а­ла, про­иг­ры­ва­ния новых, нети­пич­ных ролей и пере­жи­ва­ния эмо­ций, ока­зав­ших­ся из-за каких-либо обсто­я­тельств недо­стиг­ну­ты­ми в реаль­ной жиз­ни (Пого­ре­лов, Сол­да­то­ва, 2018).

При само­пре­зен­та­ции лич­но­сти в обще­стве носи­тель тра­тит зна­чи­тель­ное коли­че­ство пси­хо­ло­ги­че­ских, вре­мен­ных, мате­ри­аль­ных и про­чих ресур­сов (Пого­ре­лов, Сол­да­то­ва, 2018). Вир­ту­аль­ное про­стран­ство же, напро­тив, откры­ва­ет без­гра­нич­ные воз­мож­но­сти для все­воз­мож­ных мани­пу­ля­ций в кон­стру­и­ро­ва­нии вир­ту­аль­но­го обра­за, тем самым давая носи­те­лю играть с чужим вос­при­я­ти­ем сво­е­го вир­ту­аль­но­го обра­за. Таким обра­зом, субъ­ект созда­ет свое­об­раз­ную симу­ля­цию соб­ствен­но­го реаль­но­го обра­за – сим­воль­ный оттиск сво­е­го реаль­но­го Я.

Так­же одной из ярких харак­те­ри­стик кон­стру­и­ро­ва­ния вир­ту­аль­но­го обра­за мож­но счи­тать при­ня­тие соци­у­мом новых искус­ствен­но создан­ных вир­ту­аль­ных обра­зов, даже при усло­вии невоз­мож­но­сти соот­не­се­ния его с реаль­ным обра­зом носи­те­ля. Таким обра­зом, в вир­ту­аль­ном про­стран­стве появ­ле­ние аль­тер­на­тив­ных иден­тич­но­стей может при­ни­мать­ся обще­ством в рам­ках нор­мы (Вой­скун­ский, Евдо­ки­мен­ко, Феду­ни­на, 2013).

Заключение

Инфор­ма­ти­за­ция совре­мен­но­го обще­ства спо­соб­ству­ет фор­ми­ро­ва­нию ново­го вида соци­аль­ной пер­цеп­ции, кото­рая про­ис­хо­дит в рам­ках вир­ту­аль­но­го про­стран­ства. Соци­аль­ные сети созда­ют у поль­зо­ва­те­лей ряд устой­чи­вых иллю­зий, кото­рые выпол­ня­ют ком­пен­са­тор­ные функ­ции и спо­соб­ству­ют фор­ми­ро­ва­нию потреб­но­сти в соци­аль­ном при­зна­нии, при­сут­ствии и одоб­ре­нии. Основ­ным инстру­мен­том в реа­ли­за­ции дан­ных иллю­зий и моти­вов явля­ет­ся вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти.

Вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти явля­ет­ся слож­ной и мно­го­мер­ной кон­струк­ци­ей, кото­рая име­ет свою струк­тур­ную ком­по­зи­цию, струк­тур­ные ком­по­нен­ты и набор инстру­мен­та­рия. Сре­ди фак­то­ров, вли­я­ю­щих на фор­ми­ро­ва­ние струк­тур­ной ком­по­зи­ции вир­ту­аль­но­го обра­за мож­но счи­тать: неудо­вле­тво­рен­ность сво­и­ми реаль­ны­ми обра­за­ми, кри­зис само­иден­ти­фи­ка­ции, нали­чие широ­ких воз­мож­но­стей для реа­ли­за­ции сво­их жела­ний и потреб­но­стей, ано­ним­ность, боль­шой объ­ем уже гото­вой шаб­лон­ной инфор­ма­ции для созда­ния обра­за.

В про­фи­ле мож­но выде­лить ряд под­си­стем, кото­рые явля­ют­ся опре­де­ля­ю­щи­ми эле­мен­та­ми струк­тур­ной ком­по­зи­ции вир­ту­аль­но­го обра­за и фор­ми­ру­ют­ся непо­сред­ствен­но на базе ядра обра­за: линг­ви­сти­че­ская, гра­фи­че­ская, ауди­аль­ная, рей­тин­го­вая. Сово­куп­ность дан­ных под­си­стем обра­зу­ет глав­ный смысл, зало­жен­ный поль­зо­ва­те­лем-носи­те­лем и дру­ги­ми поль­зо­ва­те­ля­ми. Счи­ты­ва­ние вир­ту­аль­но­го обра­за про­ис­хо­дит путем ана­ли­за, как отдель­но взя­той еди­ни­цы обра­за (под­си­сте­мы), так и их сово­куп­но­сти.

Тео­ре­ти­че­ская зна­чи­мость дан­но­го иссле­до­ва­ния заклю­ча­ет­ся в рас­смот­ре­нии фено­ме­на «вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти» как кон­струк­ции, вклю­ча­ю­щей в себя ряд эле­мен­тов и инстру­мен­та­рия, задан­ных соци­аль­ны­ми сетя­ми, стра­те­гии и моти­вов поль­зо­ва­те­ля и фоно­вых усло­вий, кото­рые вли­я­ют на кон­стру­и­ро­ва­ние вир­ту­аль­но­го обра­за Я. Даль­ней­шее изу­че­ние каж­до­го из этих эле­мен­тов поз­во­лит более чет­ко опре­де­лить осо­бен­но­сти фено­ме­на «вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти», а так­же выде­лить его пси­хо­ло­ги­че­ские харак­те­ри­сти­ки и зако­но­мер­но­сти фор­ми­ро­ва­ния.

Таким обра­зом, вир­ту­аль­ный образ лич­но­сти рас­смат­ри­ва­ет­ся как вме­сти­тель инфор­ма­ции о носи­те­ле-поль­зо­ва­те­ле. Вос­при­я­тие же дан­но­го обра­за про­ис­хо­дит, преж­де все­го, через приз­му опы­та субъ­ек­та, кото­рый вос­при­ни­ма­ет образ. Осо­зна­ет­ся обыч­но лишь его смыс­ло­об­ра­зу­ю­щая функ­ция. Про­ис­хо­дит фор­ми­ро­ва­ние пред­став­ле­ния о том или ином чело­ве­ке путем соци­аль­ной пер­цеп­ции. Выше­пе­ре­чис­лен­ные фак­то­ры, вли­я­ю­щие на кон­стру­и­ро­ва­ние вир­ту­аль­но­го обра­за, могут стать опре­де­ля­ю­щи­ми для рас­кры­тия его смыс­ла.

Список литературы

  1. Белин­ская Е.П., Жич­ки­на А.Е. Само­пре­зен­та­ция в вир­ту­аль­ной ком­му­ни­ка­ции и осо­бен­но­сти иден­тич­но­сти под­рост­ков поль­зо­ва­те­лей Интер­нет // Обра­зо­ва­ние и инфор­ма­ци­он­ная куль­ту­ра. ЦСО РАО. 2000. Часть 5 (7) С. 431–460.
  2. Бода­лев А.А., Вос­при­я­тие и пони­ма­ние чело­ве­ка чело­ве­ком. Москва: Изд-во Мос­ков­ско­го уни­вер­си­те­та. 1982. 200 с.
  3. Вой­скун­ский А.Е., Евдо­ки­мен­ко А.С., Феду­ни­на Н.Ю. Аль­тер­на­тив­ная иден­тич­ность в соци­аль­ных сетях // Вест­ник Мос­ков­ско­го уни­вер­си­те­та. 2013. Серия 14. № 1. С. 66–83.
  4. Вой­скун­ский А.Е., Евдо­ки­мен­ко А.С., Феду­ни­на Н.Ю. Сете­вая и реаль­ная иден­тич­ность: срав­ни­тель­ное иссле­до­ва­ние // Жур­нал Выс­шей шко­лы эко­но­ми­ки. 2013. Т. 10. № 2. С. 98–121.
  5. Лисен­ко­ва А.А. Игры с иден­тич­но­стью как новая фор­ма инкуль­ту­ра­ции // Чело­век. Куль­ту­ра. Обра­зо­ва­ние. 2017. №1 (23). С. 114–122.
  6. Лучин­ки­на А.И. Пси­хо­ло­ги­че­ские зако­но­мер­но­сти соци­а­ли­за­ции лич­но­сти в вир­ту­аль­ном про­стран­стве. Моно­гра­фия. Мини­стер­ство обра­зо­ва­ния, нау­ки и моло­де­жи Рес­пуб­ли­ки Крым, Госу­дар­ствен­ное бюд­жет­ное обра­зо­ва­тель­ное учре­жде­ние выс­ше­го обра­зо­ва­ния Рес­пуб­ли­ки Крым «Крым­ский инже­нер­но­пе­да­го­ги­че­ский уни­вер­си­тет». Сим­фе­ро­поль: ИП Хоте­е­ва Л.В. 2018. 407 с.
  7. Пого­ре­лов Д.Н., Сол­да­то­ва Е.Л. Фено­мен вир­ту­аль­ной иден­тич­но­сти: совре­мен­ное состо­я­ние про­бле­мы // The Education and Science Journal. Обра­зо­ва­ние и нау­ка. 2018. Том 20. № 5. С. 105–124.
  8. Шугай­ло И.В. «Мно­же­ствен­ная лич­ность» как про­яв­ле­ние кон­флик­та (на мате­ри­а­ле ана­ли­за визу­аль­но­го обра­за «ВКон­так­те») // Вест­ник Ленин­град­ско­го госу­дар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та им. А.С. Пуш­ки­на. 2012. С. 45–64.
  9. Adibi, M., Yazdkhast, B., Farahmand, M. (2008), “Globalization with an emphasis on youth social identity Isfahan, national studies”, International Journal of Advanced Studies in Humanities and Social Science (IJASHSS) Volume & Issue, 9 (3), 99–118.
  10. Howard, Th. (2010) Design to Thrive: Creating Social Networks and Online Communities that Last, 1st Edition, Morgan Kaufmann Publishers, Burlington, Massachusetts, USA.
  11. Jamali, R. (2014), Online Arab Spring, 1st Edition, Social Media and Fundamental Change, Chandos Publishing, London, UK.
  12. McCreery, M.P., Krach, Sh.K., Schrader, P.G., Boone, R. (2012) “Defining the virtual self: Personality, behavior, and the psychology of embodiment”, Article in havior, 19, May, 28(3), 976–983.
  13. Peikari, N., Lotfi, R., Makhdomi H., (2015) “Social Networks, Cyberspace and Formation of Virtual Identity of the Users”, International Journal of Advanced Studies in Humanities and Social Science (IJASHSS), Volume & Issue, 4 (2), 92–10.
  14. Turkle, Sh. (1997), Life on the Screen: Identity in the Age of the Internet, Simon & Schuster, New York, USA.
  15. Turkle, Sh. (1999), “Looking toward Cyberspace: beyond grounded sociology”, Cyberspace and Identity Contemporary Sociology, American Sociological Association, 28 (6), 643–648.
  16. Turkle, Sh. (2011), Alone together. Why we expect more from technology and less from each other. Basic books. A member of the perseus books group. New York, USA.
Инфор­ма­ция о кон­флик­те инте­ре­сов: автор не име­ет кон­флик­та инте­ре­сов для декла­ра­ции.
Источ­ник: Науч­ный резуль­тат. Педа­го­ги­ка и пси­хо­ло­гия обра­зо­ва­ния. 2020. Т.6. №1. С. 93–104. DOI: 10.18413/2313–8971-2020–6‑1–0‑8.

Об авторе

Эве­ли­на Осма­нов­на Раси­на — спе­ци­а­лист отде­ла орга­ни­за­ции лицен­зи­ро­ва­ния, аккре­ди­та­ции мони­то­рин­га каче­ства обра­зо­ва­ния, Крым­ский инже­нер­но-педа­го­ги­че­ский уни­вер­си­тет име­ни Фев­зи Яку­бо­ва.

Смот­ри­те так­же:

Категории

Метки

Публикации

ОБЩЕНИЕ

CYBERPSY — первое место, куда вы отправляетесь за информацией о киберпсихологии. Подписывайтесь и читайте нас в социальных сетях.

vkpinterest