Войскунский А.Е. с соавт. Диагностика зависимости от интернета: сравнение методических средств

В

Ста­тья посвя­ще­на срав­не­нию резуль­та­тов при­ме­не­ния трех опрос­ных мето­дик, кото­рые при­зва­ны диа­гно­сти­ро­вать зави­си­мость от Интер­не­та: мето­ди­ки К. Янг (исход­но на англий­ском язы­ке, адап­та­ция выпол­не­на В.А. Лос­ку­то­вой), И. Чен (исход­но на китай­ском язы­ке, адап­та­ция выпол­не­на под руко­вод­ством В.Л. Малы­ги­на), а так­же Л.Н. Юрье­вой и Т.Ю. Боль­бот (раз­ра­бо­та­на в Дне­про­пет­ров­ске, Укра­и­на).

Срав­не­ние про­во­ди­лось в 2013–2015 гг. при­ме­ни­тель­но к одной и той же груп­пе респон­ден­тов школь­ни­ков стар­ших клас­сов от 14 лет и стар­ше (N = 70) и сту­ден­тов не стар­ше 24 лет (N = 92) в г.Баку (Азер­бай­джан); все респон­ден­ты рус­ско­языч­ные, т.е. полу­ча­ют сред­нее и выс­шее обра­зо­ва­ние на рус­ском язы­ке. Интер­ва­лы меж­ду запол­не­ни­ем каж­до­го из трех опрос­ни­ков состав­ля­ли 7–10 дней.

Целью рабо­ты было про­ве­рить, скор­ре­ли­ро­ва­ны ли меж­ду собой резуль­та­ты при­ме­не­ния трех раз­ра­бо­тан­ных в раз­ное вре­мя и в раз­ных стра­нах мето­дик, т.е. диа­гно­сти­ру­ют ли они одну и ту же пси­хо­ло­ги­че­скую реаль­ность.

Допол­ни­тель­но про­ве­ря­лось, вли­я­ют ли на отве­ты респон­ден­тов поло­вые и статусные/возрастные раз­ли­чия (т.е. меж­ду сту­ден­та­ми и школь­ни­ка­ми).

Резуль­та­ты пока­за­ли сле­ду­ю­щее:

  • все кор­ре­ля­ции меж­ду отве­та­ми респон­ден­тов при рабо­те с тре­мя опрос­ни­ка­ми ока­за­лись высо­ки­ми;
  • резуль­та­ты при­ме­не­ния мето­дик мож­но счи­тать сопо­ста­ви­мы­ми и допус­ка­ю­щи­ми про­це­ду­ры срав­не­ния;
  • выше­ука­зан­ные раз­ли­чия меж­ду под­вы­бор­ка­ми поло­вы­ми и ста­тус­ны­ми респон­ден­тов не зна­чи­мы (за исклю­че­ни­ем един­ствен­но­го резуль­та­та: для под­вы­бор­ки сту­ден­тов ока­за­лись зна­чи­мо выше, чем для под­вы­бор­ки школь­ни­ков, кор­ре­ля­ции меж­ду шка­ла­ми, раз­ра­бо­тан­ны­ми Чен и Юрье­вой-Боль­бот);
  • на осно­ве про­ве­ден­но­го иссле­до­ва­ния пред­став­ля­ет­ся целе­со­об­раз­ным при­ме­нять рас­смот­рен­ные диа­гно­сти­че­ские мето­ди­ки в стра­нах, в кото­рых рус­ский язык не явля­ет­ся глав­ным, одна­ко там про­жи­ва­ют рус­ско­го­во­ря­щие носи­те­ли язы­ка (как это име­ет место в Азер­бай­джане).

На про­бле­ма­ти­ку зави­си­мо­сти от Интер­не­та реша­ю­щим обра­зом вли­я­ет надеж­ность мето­дов ее диа­гно­сти­ки и изме­ре­ния. Дей­стви­тель­но, вся­кое про­во­ди­мое иссле­до­ва­ние начи­на­ет­ся с отде­ле­ния иссле­ду­е­мой груп­пы интер­нет-зави­си­мых от не про­яв­ля­ю­щих такой зави­си­мо­сти испы­ту­е­мых. За про­шед­шие 20 лет появил­ся целый ряд мето­дик изме­ре­ния зави­си­мо­сти от Интер­не­та, начи­ная с работ К. Янг [26; 27].

Пона­ча­лу каж­дый иссле­до­ва­тель раз­ра­ба­ты­вал соб­ствен­ную мето­ди­ку изме­ре­ния (в опуб­ли­ко­ван­ной в 2014 г. ста­тье насчи­та­ли не менее 45 таких мето­дик, не счи­тая еще несколь­ких пуб­ли­ка­ций на китай­ском язы­ке [22]), что нель­зя не при­знать неудач­ным сте­че­ни­ем обсто­я­тельств в пери­од зарож­де­ния новой иссле­до­ва­тель­ской обла­сти.

Неуда­ча заклю­ча­ет­ся в затруд­не­ни­ях при попыт­ках сопо­став­ле­ния резуль­та­тов иссле­до­ва­ний, про­ве­ден­ных раз­ны­ми спе­ци­а­ли­ста­ми с при­ме­не­ни­ем несов­па­да­ю­щих мето­ди­че­ских средств.

Труд­но­сти подоб­но­го сопо­став­ле­ния резуль­та­тов и отсут­ствие обще­при­ня­тых мето­дов отде­ле­ния зави­си­мых и неза­ви­си­мых от Интер­не­та поль­зо­ва­те­лей отча­сти обес­це­ни­ва­ют даже наи­бо­лее высо­ко­тех­но­ло­гич­ные иссле­до­ва­ния (с при­ме­не­ни­ем мето­дов ФМРТ, ПЭТ и др.), в кото­рых срав­ни­ва­ют­ся пока­за­те­ли зави­си­мых от Интер­не­та поль­зо­ва­те­лей и пред­ста­ви­те­лей кон­троль­ной груп­пы.

Заслу­жи­ва­ют вни­ма­ния, впро­чем, пла­ны допол­нить став­шие уже тра­ди­ци­он­ны­ми опрос­ные мето­ды выяв­ле­ния интер­нет-зави­си­мых людей реги­стра­ци­ей ней­рон­ных струк­тур голов­но­го моз­га и осо­бен­но­стей меж­по­лу­шар­ной асим­мет­рии [6; 13] или пара­мет­ров веге­та­тив­ной нерв­ной систе­мы [7; 11].

Тра­ди­ци­он­ные мето­ди­ки диа­гно­сти­ки зави­си­мо­сти от Интер­не­та — это, как уже отме­че­но, опрос­ные мето­ди­ки. За послед­нее деся­ти­ле­тие такие мето­ди­ки были пред­ло­же­ны для оцен­ки сте­пе­ни зави­си­мо­сти от Интер­не­та поль­зо­ва­те­лей из раз­ных стран Евро­пы, Азии, Север­ной и Южной Аме­ри­ки, Афри­ки и Австра­лии.

Изме­ри­тель­ные мето­ди­ки по-преж­не­му неред­ко раз­ра­ба­ты­ва­ют­ся зано­во, одна­ко достой­на быть отме­чен­ной и дру­гая тен­ден­ция — пере­во­дить и адап­ти­ро­вать ранее апро­би­ро­ван­ные (на дру­гих язы­ках, в дру­гих куль­тур­ных усло­ви­ях) опрос­ни­ки.

Пере­вод и адап­та­ция, если при этом были долж­ным обра­зом учте­ны спе­ци­фи­че­ские несов­па­да­ю­щие усло­вия той куль­ту­ры, для носи­те­лей кото­рой пла­ни­ру­ет­ся при­ме­нять кон­крет­ную мето­ди­ку, откры­ва­ют доро­гу для срав­ни­тель­ных выво­дов, свя­зан­ных с раз­ви­ти­ем интер­нет-зави­си­мо­сти в раз­ных попу­ля­ци­ях, обще­ствах, стра­нах, куль­ту­рах.

Неуди­ви­тель­но, что чаще все­го пере­во­дят­ся и адап­ти­ру­ют­ся срав­ни­тель­но дав­но заре­ко­мен­до­вав­шие себя мето­ди­ки, а не толь­ко что появив­ши­е­ся в науч­ной пери­о­ди­ке.

Одним из наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ных в раз­ных стра­нах сле­ду­ет при­знать пред­ло­жен­ный и мно­го­крат­но исполь­зо­ван­ный К. Янг Internet Addiction Test (IAT) из 20 вопро­сов. Так, дан­ная мето­ди­ка не толь­ко мно­го­крат­но при­ме­ня­лась в США и в дру­гих англо­языч­ных стра­нах, но и исполь­зо­ва­лась для изу­че­ния зави­си­мо­сти от Интер­не­та в целом ряде стран Латин­ской Аме­ри­ки и Азии при непо­сред­ствен­ном уча­стии К. Янг [21]. Эта мето­ди­ка изме­ре­ния интер­нет-зави­си­мо­сти была адап­ти­ро­ва­на так­же в Рос­сии и неод­но­крат­но применялась[5].

Неко­то­рые дру­гие мето­ди­ки были крат­ко оха­рак­те­ри­зо­ва­ны в нашей рабо­те [3]; за про­шед­шие годы чис­ло их суще­ствен­но уве­ли­чи­лось.

Сле­ду­ет отме­тить рабо­ту над постро­е­ни­ем мето­ди­ки PIUQ: Problematic Internet Use Questionnaire, в ее раз­ра­бот­ке участ­ву­ют вен­гер­ские пси­хо­ло­ги во гла­ве с Ж. Демет­ро­ви­чем [18], к кото­рым при­со­еди­ни­лись дру­гие евро­пей­ские спе­ци­а­ли­сты, вклю­чая М. Гриф­фит­са из Вели­ко­бри­та­нии.

Вме­сте с тем набра­ло опре­де­лен­ный вес мне­ние, соглас­но кото­ро­му наря­ду с зави­си­мо­стью от Интер­не­та (и тем более — зави­си­мо­стью от при­ме­не­ния ком­пью­те­ра), все чаще пред­став­ля­ю­щей­ся явле­ни­ем черес­чур гло­баль­ным и пото­му недо­ста­точ­но спе­ци­фи­ци­ро­ван­ным, сле­ду­ет раз­ра­ба­ты­вать мето­ди­ки, харак­те­ри­зу­ю­щие зави­си­мость от кон­крет­ных сер­ви­сов Интер­не­та — обыч­но гово­рят о ком­му­ни­ка­тив­ных и игро­вых сер­ви­сах.

Раз­ра­бот­чи­ки новых мето­ди­че­ских средств сле­ду­ют в дан­ном слу­чае за спе­ци­а­ли­ста­ми, кото­рые эмпи­ри­че­ски обос­но­вы­ва­ют нали­чие каче­ствен­ных раз­ли­чий меж­ду игро­вой зави­си­мо­стью от игро­вых сер­ви­сов и ком­му­ни­ка­тив­ной зави­си­мо­стью от спо­соб­ству­ю­щих обще­нию интер­нет-сер­ви­сов [1; 23].

В силу ска­зан­но­го про­яв­ля­ет­ся отчет­ли­вая тен­ден­ция раз­ра­ба­ты­вать сред­ства диа­гно­сти­ки зави­си­мо­сти от обще­ния в соци­аль­ных сетях (что ино­гда не вполне пра­во­мер­но име­ну­ет­ся Фейс­бук-зави­си­мо­стью) [14; 20] и наря­ду с этим — сред­ства диа­гно­сти­ки ком­пью­тер­но-игро­вой зави­си­мо­сти [2; 17; 25].

Оста­но­вим­ся на раз­ра­бот­ке и (частич­но) при­ме­не­нии мето­дик диа­гно­сти­ки зави­си­мо­сти от Интер­не­та в нашей стране, в рус­ско­языч­ной сре­де. Так, ряд опрос­ных мето­дик, рас­счи­тан­ных на взрос­лых и на детей, при­ве­ден в каче­стве при­ло­же­ния в кни­ге [4].

В лите­ра­ту­ре встре­ча­ет­ся нема­ло автор­ских мето­дик, про­фес­си­о­наль­но раз­ра­ба­ты­ва­е­мых педа­го­га­ми и пси­хо­ло­га­ми, а в СМИ — отдель­ные опрос­ни­ки для при­вле­че­ния инте­ре­са чита­те­лей; не будем на них оста­нав­ли­вать­ся.

Пере­ве­ден­ные и адап­ти­ро­ван­ные ино­языч­ные опрос­ные мето­ди­ки так­же поль­зу­ют­ся нема­лой попу­ляр­но­стью. Сре­ди них, как уже упо­ми­на­лось, мето­ди­ка диа­гно­сти­ки зави­си­мо­сти от Интер­не­та К. Янг в адап­та­ции В.А. Лос­ку­то­вой (Буро­вой) [8; 9], а так­же пере­ве­ден­ная и адап­ти­ро­ван­ная под руко­вод­ством В.Л. Малы­ги­на шка­ла И. Чен [5], пер­во­на­чаль­но раз­ра­бо­тан­ная в Тай­ване. Эти две мето­ди­ки пре­тер­пе­ли эмпи­ри­че­ское срав­не­ние (в режи­ме онлайн на китай­ской ауди­то­рии) нагру­жен­но­сти пунк­тов, и на осно­ве про­ве­ден­но­го ана­ли­за заяв­ле­но о попыт­ке соста­вить сум­мар­ную улуч­шен­ную мето­ди­ку [28].

Осо­бо отме­тим мето­ди­ку диа­гно­сти­ки зави­си­мо­сти от Интер­не­та, раз­ра­бо­тан­ную укра­ин­ски­ми спе­ци­а­ли­ста­ми, адап­ти­ро­ван­ную в рус­ско­языч­ной сре­де жите­лей Укра­и­ны и, насколь­ко мож­но судить, не при­ме­няв­шу­ю­ся (или почти не при­ме­няв­шу­ю­ся) в Рос­сии [12].

Крайне любо­пыт­на сама пер­спек­ти­ва при­ме­не­ния (в дан­ном слу­чае — и раз­ра­бот­ки) диа­гно­сти­че­ской мето­ди­ки, пред­на­зна­чен­ной для рус­ско­языч­ных жите­лей в стране, в кото­рой рус­ский язык не явля­ет­ся основ­ным.

Про­вер­ке обос­но­ван­но­сти такой пер­спек­ти­вы отча­сти посвя­ще­но дан­ное иссле­до­ва­ние, в кото­ром выбор­ке из пред­ста­ви­те­лей посто­ян­но про­жи­ва­ю­щей вне Рос­сии рус­ско­языч­ной ауди­то­рии после­до­ва­тель­но пред­ло­же­ны три мето­ди­ки диа­гно­сти­ки зави­си­мо­сти от Интер­не­та: две мето­ди­ки были ранее пере­ве­де­ны (с англий­ско­го и с китай­ско­го язы­ков) и адап­ти­ро­ва­ны в Рос­сии, а одна мето­ди­ка раз­ра­бо­та­на и адап­ти­ро­ва­на сре­ди рус­ско­языч­ных жите­лей Укра­и­ны.

Реше­ние вопро­са о целе­со­об­раз­но­сти при­ме­не­ния тех или иных диа­гно­сти­че­ских мето­дик в неко­то­рой новой попу­ля­ции мы ста­вим в зави­си­мость от того, кор­ре­ли­ру­ют ли раз­ные мето­ди­ки меж­ду собой и, зна­чит, соот­вет­ству­ет ли каж­дая из них той реаль­но­сти, изме­рять кото­рую они пред­на­зна­че­ны. Ответ на этот вопрос пока­жет, насколь­ко пер­спек­тив­но при­ме­нять пред­на­зна­чен­ные для рос­си­ян диа­гно­сти­че­ские мето­ди­ки в стра­нах, в кото­рых име­ют­ся зна­чи­тель­ные груп­пы насе­ле­ния, повсе­днев­но поль­зу­ю­щи­е­ся рус­ским язы­ком.

Итак, в ходе иссле­до­ва­ния про­ве­ря­лась гипо­те­за о нали­чии свя­зи меж­ду опрос­ни­ка­ми, изме­ря­ю­щи­ми интер­нет-зави­си­мость: пред­по­ло­же­ние о том, что пере­чис­лен­ные выше опрос­ни­ки в рав­ной сте­пе­ни выяв­ля­ют интер­нет-зави­си­мость, а пото­му каж­дый рас­смот­рен­ный опрос­ник может обос­но­ван­но при­ме­нять­ся для изме­ре­ния зави­си­мо­сти от Интер­не­та, не выгля­дит оче­вид­ным.

Послед­нее обсто­я­тель­ство (т.е. недо­ста­точ­ная оче­вид­ность пред­по­ло­же­ния), по-види­мо­му, побуж­да­ет нема­лое коли­че­ство спе­ци­а­ли­стов про­дол­жать раз­ра­ба­ты­вать новые мето­ди­че­ские сред­ства.

Надо к тому же учи­ты­вать, что пси­хо­ло­ги­че­ская реаль­ность, скры­ва­ю­ща­я­ся за пред­став­ле­ни­я­ми об интер­нет-зави­си­мо­сти, посто­ян­но меня­ет­ся из-за быст­ро­го раз­ви­тия инфор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий и создан­ных на их осно­ве сер­ви­сов, при­ме­ня­е­мых поль­зо­ва­те­ля­ми.

В свя­зи со ска­зан­ным допол­ни­тель­ной зада­чей ста­но­вит­ся про­вер­ка соот­вет­ствия друг дру­гу диа­гно­сти­че­ских мето­дик зави­си­мо­сти от Интер­не­та, раз­ра­бо­тан­ных в раз­ное вре­мя, т. е. с интер­ва­лом в 8—10 лет. А имен­но, про­ве­ря­ют­ся кор­ре­ля­ции меж­ду пред­ло­жен­ной в про­шлом веке мето­ди­кой К. Янг, раз­ра­бо­тан­ной десять лет назад мето­ди­кой Л.Н. Юрье­вой и Т.Ю. Боль­бот, а так­же адап­ти­ро­ван­ной два года назад мето­ди­кой И. Чен.

Нако­нец, как уже отме­ча­лось, про­ве­ря­ет­ся пер­спек­ти­ва при­ме­не­ния рус­ско­языч­ных диа­гно­сти­че­ских средств в попу­ля­ци­ях, в кото­рых рус­ский язык не явля­ет­ся глав­ным язы­ком.

Про­вер­ка соот­вет­ствия мето­дик диа­гно­сти­ки зави­си­мо­сти от Интер­не­та заяв­лен­ной пси­хо­ло­ги­че­ской про­бле­ме реша­ет­ся нами путем срав­не­ния уже раз­ра­бо­тан­ных и испы­тан­ных мето­дик меж­ду собой, а не путем срав­не­ния с резуль­та­та­ми изу­че­ния близ­ких про­блем­ных обла­стей, посколь­ку спе­ци­а­ли­стам до сих пор не уда­лось прий­ти к еди­но­му мне­нию отно­си­тель­но сте­пе­ни бли­зо­сти интер­нет-зави­си­мо­сти дру­гим пси­хо­ло­ги­че­ским фено­ме­нам и явле­ни­ям.

Иссле­до­ва­ние про­ве­де­но в 2013—2015 гг. в г.Баку, сто­ли­це Азер­бай­джа­на. Инфор­ма­ци­он­ные и осо­бен­но мобиль­ные тех­но­ло­гии зани­ма­ют важ­ное место и в эко­но­ми­ке этой стра­ны, и в быто­вой жиз­ни насе­ле­ния.

В г.Баку про­жи­ва­ет зна­чи­тель­ная рус­ско­языч­ная диас­по­ра, она вклю­ча­ет людей раз­но­го про­ис­хож­де­ния, ибо про­цент этни­че­ски рус­ско­го насе­ле­ния доста­точ­но невы­сок — менее 2%. В стране сохра­ни­лось обра­зо­ва­ние (в том чис­ле выс­шее) на рус­ском язы­ке.

Для обос­но­ва­ния ска­зан­но­го доста­точ­но упо­мя­нуть не толь­ко шко­лы, клас­сы, факуль­те­ты и уни­вер­си­тет­ские груп­пы с обу­че­ни­ем на рус­ском язы­ке, но и фили­а­лы рос­сий­ских уни­вер­си­те­тов — таких замет­ных, как МГУ име­ни М.В. Ломо­но­со­ва и МГМУ име­ни Н.И. Пиро­го­ва (фили­ал откры­ва­ет­ся в 2015 г.) с систе­ма­ти­че­ским обу­че­ни­ем сту­ден­тов на рус­ском язы­ке.

Как и во мно­гих дру­гих реги­о­нах, в Азер­бай­джане про­бле­ма­ти­ка интер­нет-зави­си­мо­сти при­вле­ка­ет вни­ма­ние и широ­кой пуб­ли­ки (преж­де все­го — роди­те­лей и педа­го­гов), и спе­ци­а­ли­стов [10]. В Бакин­ском фили­а­ле МГУ име­ни М.В. Ломо­но­со­ва выпол­не­но несколь­ко кур­со­вых и диплом­ных работ по дан­ной тема­ти­ке (А. Гусей­но­ва, Н. Кабаль­нов, А. Раги­мо­ва, Н. Руста­мо­ва).

Сто­ит отме­тить, что про­блем­ная область зави­си­мо­сти от Интер­не­та вызы­ва­ет зако­но­мер­ный инте­рес у спе­ци­а­ли­стов из Тур­ции — стра­ны, род­ствен­ной Азер­бай­джа­ну по язы­ку [15; 16; 19]: воз­мож­но, опыт турец­ких кол­лег может быть исполь­зо­ван при необ­хо­ди­мо­сти осу­ществ­ле­ния иссле­до­ва­ния с уча­сти­ем не вла­де­ю­щих (или недо­ста­точ­но вла­де­ю­щих) рус­ским язы­ком поль­зо­ва­те­лей из Азер­бай­джа­на.

В иссле­до­ва­нии срав­ни­ва­лись резуль­та­ты опро­са одной и той же выбор­ки респон­ден­тов по 3 рус­ско­языч­ным мето­дам: К. Янг — В.А. Лос­ку­то­вой, И. Чен и Л.Н. Юрье­вой — Т.Ю. Боль­бот.

Про­це­ду­ра состо­я­ла в сле­ду­ю­щем:

1) при пер­вой встре­че респон­ден­ты дава­ли отве­ты на опрос­ник Янг — Лос­ку­то­вой,

2) через 7—10 дней они запол­ня­ли шка­лу Чен,

3) при тре­тьей встре­че (так­же через 7—10 дней) они запол­ня­ли опрос­ник Юрье­вой — Боль­бот.

Ука­зан­ные вре­мен­ные про­ме­жут­ки были выдер­жа­ны для того, что­бы отве­ты на раз­ли­ча­ю­щи­е­ся, одна­ко похо­жие опрос­ни­ки не вли­я­ли друг на дру­га. Респон­ден­ты — поль­зо­ва­те­ли Интер­не­та школь­но­го (70 чело­век) и сту­ден­че­ско­го (92 чело­ве­ка) воз­рас­та — опра­ши­ва­лись в режи­ме офлайн. Перед предъ­яв­ле­ни­ем пер­вой мето­ди­ки про­во­ди­лось корот­кое интер­вью.

В табл. 1 пред­став­ле­но рас­пре­де­ле­ние по воз­рас­ту участ­ни­ков, вошед­ших в две под­вы­бор­ки, — сту­ден­тов и школь­ни­ков стар­ших клас­сов (9—11).

Таблица 1. Распределение респондентов по возрасту
Таб­ли­ца 1. Рас­пре­де­ле­ние респон­ден­тов по воз­рас­ту

В таб­лич­ных дан­ных вид­ны опре­де­лен­ные пере­се­че­ния по воз­раст­ным груп­пам. Пере­се­че­ния не вызы­ва­ют удив­ле­ния: извест­но, что одни дети посту­па­ют в шко­лу на 1— 2 года рань­ше или поз­же дру­гих, сту­ден­та­ми так­же ста­но­вят­ся в раз­ном (в том чис­ле в доволь­но юном) воз­расте.

Соци­аль­ный ста­тус в дан­ном слу­чае более зна­чим для рас­смот­ре­ния осо­бен­но­стей исполь­зо­ва­ния Интер­не­та, чем кален­дар­ный воз­раст: при нали­чии респон­ден­тов оди­на­ко­во­го воз­рас­та рас­смот­ре­ние осо­бен­но­стей при­ме­не­ния ими Интер­не­та (в том чис­ле потен­ци­аль­ной зави­си­мо­сти) ско­рее зави­сит от того, сту­ден­ты они или школь­ни­ки, а не от воз­рас­та.

Дру­гой важ­ный фак­тор, кото­рый может вли­ять на исполь­зо­ва­ние Интер­не­та, — это пол. Маль­чи­ки и девоч­ки исполь­зу­ют Интер­нет для раз­ных целей. В обще­стве (осо­бен­но в доволь­но тра­ди­ци­он­ном, с доста­точ­но жест­ким ген­дер­ным раз­де­ле­ни­ем) име­ют­ся импли­цит­ные нор­мы и тре­бо­ва­ния к нор­мам поль­зо­ва­ния Интер­не­том в отно­ше­нии маль­чи­ков и дево­чек.

В табл. 2 пред­став­ле­но коли­че­ство респон­ден­тов жен­ско­го и муж­ско­го пола.

Таблица 2. Гендерное распределение респондентов в подвыборках
Таб­ли­ца 2. Ген­дер­ное рас­пре­де­ле­ние респон­ден­тов в под­вы­бор­ках

Как вид­но, выбор­ка сме­ще­на в сто­ро­ну пред­ста­ви­тель­ниц жен­ско­го пола: это отча­сти объ­яс­ня­ет­ся тем, что опрос про­во­ди­ли сту­дент­ки. Под­вы­бор­ка школь­ни­ков зна­чи­тель­но более сба­лан­си­ро­ва­на в ген­дер­ном плане, неже­ли под­вы­бор­ка сту­ден­тов.

Отме­тим, что девуш­ки зача­стую чаще, чем юно­ши, при­ме­ня­ют Интер­нет, как пока­зы­ва­ют дан­ные в табл. 3.

Таблица 3. Процентное распределение ответов на вопрос, как часто вы пользуетесь Интернетом
Таб­ли­ца 3. Про­цент­ное рас­пре­де­ле­ние отве­тов на вопрос, как часто вы поль­зу­е­тесь Интер­не­том

Апри­ор­но мож­но было бы допу­стить, что фак­то­ры пола и соци­аль­но­го ста­ту­са (школь­ник или сту­дент) ока­зы­ва­ют вли­я­ние на зави­си­мость от Интер­не­та или отсут­ствие такой зави­си­мо­сти. Ины­ми сло­ва­ми, могут быть обос­но­ва­ны аргу­мен­ты, соглас­но кото­рым пол и соци­аль­ный ста­тус гипо­те­ти­че­ски вли­я­ют на интер­нет-зави­си­мость.

Одна­ко про­вер­ка неза­ви­си­мо­сти пере­мен­ных, свя­зан­ных с полом и соци­аль­ным ста­ту­сом, по фи-кри­те­рию про­де­мон­стри­ро­ва­ла уро­вень зна­чи­мо­сти 0,378.

Это пока­зы­ва­ет, что под­вы­бор­ки сба­лан­си­ро­ва­ны по полу. Дан­ное обсто­я­тель­ство поз­во­ля­ет при­ми­рить­ся с фак­том сме­ще­ния выбор­ки в сто­ро­ну пред­ста­ви­тель­ниц жен­ско­го пола.

Рас­смот­рим пока­за­те­ли интер­нет-зави­си­мо­сти при­ме­ни­тель­но к каж­дой из трех мето­дик.

Все шка­лы ока­за­лись доста­точ­но согла­со­ван­ны­ми на всех под­вы­бор­ках. Поэто­му в табл. 4 при­ве­де­ны пока­за­те­ли согла­со­ван­но­сти, вычис­лен­ные отно­си­тель­но пол­ной выбор­ки.

Таблица 4. Показатели надежности-согласованности Альфа Кронбаха
Таб­ли­ца 4. Пока­за­те­ли надеж­но­сти-согла­со­ван­но­сти Аль­фа Крон­ба­ха

Сверх­вы­со­кая надеж­ность мето­ди­ки Чен может, вооб­ще гово­ря, вызвать удив­ле­ние. Ведь фор­му­ли­ров­ки ряда пунк­тов в трех опрос­ни­ках очень близ­ки по смыс­лу, и мож­но пред­по­ло­жить, что отве­ты харак­те­ри­зу­ют не выра­жен­ность кон­струк­та, а согла­сие с опре­де­лен­ным утвер­жде­ни­ем. Одна­ко вни­ма­тель­ный ана­лиз содер­жа­ния пунк­тов пока­зы­ва­ет, что фор­маль­но схо­жие вопро­сы очень часто отно­сят­ся к раз­ным аспек­там диа­гно­сти­ру­е­мо­го кон­струк­та. Так что в дан­ном слу­чае эта сверх­на­деж­ность есть плюс мето­ди­ки Чен.

В таб­ли­це 5 пред­став­ле­ны пока­за­те­ли опи­са­тель­ной ста­ти­сти­ки по всем трем мето­ди­кам.

Таблица 5. Показатели описательной статистики по 3 шкалам, диагностирующим интернет-зависимость
Таб­ли­ца 5. Пока­за­те­ли опи­са­тель­ной ста­ти­сти­ки по 3 шка­лам, диа­гно­сти­ру­ю­щим интер­нет-зави­си­мость

Сопо­став­ле­ние усред­нен­ных пока­за­те­лей по кри­те­рию Стью­ден­та в обе­их выбор­ках по соци­аль­но­му ста­ту­су (школь­ни­ки или сту­ден­ты) не выяви­ло ген­дер­ных раз­ли­чий. А вот сопо­став­ле­ние по ста­ту­су выяви­ло боль­шую декла­ри­ру­е­мую зави­си­мость у школь­ни­ков, при­чем по шка­лам Янг — Лос­ку­то­вой и Юрье­вой — Боль­бот это раз­ли­чие ста­ти­сти­че­ски зна­чи­мо.

Вычис­лен­ные кор­ре­ля­ции Пир­со­на меж­ду резуль­та­та­ми респон­ден­тов, отве­чав­ших на вопро­сы в рам­ках трех мето­дик, пред­став­ля­ют суще­ствен­ный резуль­тат про­ве­ден­но­го иссле­до­ва­ния.

В табл. 6 при­ве­де­ны кор­ре­ля­ции меж­ду отве­та­ми респон­ден­тов на вопро­сы в рам­ках соот­вет­ству­ю­щих мето­дик (верх­ний тре­уголь­ник — для сту­ден­тов, ниж­ний тре­уголь­ник — для школь­ни­ков).

Таблица 6. Корреляции между шкалами для студентов и школьников
Таб­ли­ца 6. Кор­ре­ля­ции меж­ду шка­ла­ми для сту­ден­тов и школь­ни­ков

Таб­лич­ные дан­ные пока­зы­ва­ют, что все кор­ре­ля­ции доста­точ­но высо­кие. При этом кор­ре­ля­ция меж­ду мето­ди­ка­ми Чен и Юрье­вой — Боль­бот в груп­пе сту­ден­тов зна­чи­мо выше, если срав­нить ее с кор­ре­ля­ци­ей меж­ду теми же мето­ди­ка­ми в под­груп­пе школь­ни­ков. Тем самым пока­за­те­ли кор­ре­ля­ции в двух возрастных/статусных под­вы­бор­ках не явля­ют­ся абсо­лют­но иден­тич­ны­ми.

Общий итог состо­ит в том, что все три при­ме­нен­ные в дан­ном иссле­до­ва­нии мето­ди­ки скор­ре­ли­ро­ва­ны и во мно­гом вза­и­мо­за­ме­ня­е­мы и, как мож­но пола­гать, опи­сы­ва­ют одну и ту же пси­хо­ло­ги­че­скую реаль­ность, име­ну­е­мую зави­си­мо­стью от Интер­не­та. Во вся­ком слу­чае, это утвер­жде­ние спра­вед­ли­во при­ме­ни­тель­но к рус­ско­языч­ной выбор­ке в г. Баку и, пред­по­ло­жи­тель­но, к ана­ло­гич­ным выбор­кам в дру­гих стра­нах. Тем самым мож­но пола­гать, что сопо­ста­ви­мы резуль­та­ты иссле­до­ва­ний, про­ве­ден­ных с при­ме­не­ни­ем трех рас­смот­рен­ных в дан­ной ста­тье мето­дик: Янг — Лос­ку­то­вой, Чен или Юрье­вой — Боль­бот.

При этом сле­ду­ет учи­ты­вать один суще­ствен­ный нюанс, выяв­лен­ный в про­ве­ден­ном иссле­до­ва­нии. А имен­но, кор­ре­ля­ции меж­ду шка­ла­ми Чен и Юрье­вой — Боль­бот для сту­ден­тов, т.е. услов­но — для более стар­ше­го воз­рас­та (хотя име­ют­ся отдель­ные пере­се­че­ния в воз­расте двух под­групп), зна­чи­мо выше, чем для школь­ни­ков, и тем более выше, чем для кор­ре­ля­ций меж­ду мето­ди­ка­ми Чен и Янг — Лос­ку­то­вой или меж­ду мето­ди­ка­ми Янг — Лос­ку­то­вой и Юрье­вой — Боль­бот. В каче­стве объ­яс­не­ния мож­но допу­стить, что для стар­ших школь­ни­ков интер­нет-зави­си­мость менее акту­аль­ная и менее суще­ствен­ная про­бле­ма, чем для их несколь­ко более стар­ших бра­тьев и сестер, обла­да­ю­щих соци­аль­ным ста­ту­сом сту­ден­тов.

Литература

  1. Анто­нен­ко А.А. Интер­нет-зави­си­мость под­рост­ков от ком­пью­тер­ных игр и онлайн-обще­ния: кли­ни­ко-пси­хо­ло­ги­че­ские осо­бен­но­сти и про­фи­лак­ти­ка: авто­реф. … канд. пси­хол. наук. — М., 2014.
  2. Бело­вол Е.В., Коло­ти­ло­ва И.В. Раз­ра­бот­ка опрос­ни­ка для оцен­ки сте­пе­ни увле­чен­но­сти роле­вы­ми ком­пью­тер­ны­ми игра­ми // Пси­хо­ло­ги­че­ский жур­нал. — 2011. — Т. 32, № 6. — С. 49–58.
  3. Вой­скун­ский А.Е. Мето­до­ло­ги­че­ские аспек­ты зави­си­мо­сти от Интер­не­та: зару­беж­ные иссле­до­ва­ния // Интер­нет-зави­си­мость: пси­хо­ло­ги­че­ская зави­си­мость и дина­ми­ка раз­ви­тия / ред.-сост. А.Е. Вой­скун­ский. — М.: Акро­поль, 2009. — С. 101–111.
  4. Его­ров А.Ю. Нехи­ми­че­ские зави­си­мо­сти. — СПб.: Речь, 2007.
  5. Интер­нет-зави­си­мое пове­де­ние у под­рост­ков. Кли­ни­ка, диа­гно­сти­ка, про­фи­лак­ти­ка / В.Л. Малы­гин, А.Б. Искан­ди­ро­ва, Н.С. Хоме­ри­ки [и др.]. — М.: Изд-во «Мне­мо­зи­на», 2010. — 136 с.
  6. Интер­нет-зави­си­мость и ее вза­и­мо­связь с меж­по­лу­шар­ной асим­мет­ри­ей и пове­ден­че­ски­ми осо­бен­но­стя­ми лич­но­сти / Л.К. Антро­по­ва, О.О. Анд­рон­ни­ко­ва, В.Ю. Кули­ков [и др.] // Меди­ци­на и обра­зо­ва­ние в Сиби­ри: Сете­вое науч­ное изда­ние. — 2011. — № 3 [Элек­трон­ный ресурс]. — URL: http://ngmu.ru/cozo/mos/article/text_full.php?id=489
  7. Исай­чев С.А., Читал­ки­на Н.К. Дан­ные ней­ро­на­у­ки поз­во­ля­ют созда­вать новые спо­со­бы диа­гно­сти­ки и тера­пии зави­си­мо­сти от ком­пью­тер­ных игр // Дети в инфор­ма­ци­он­ном обще­стве. — 2011. — Вып. 7. — С. 70–75.
  8. Коро­лен­ко Ц.П., Лос­ку­то­ва В.А. Интер­нет-зави­си­мость в рус­ско­языч­ном сек­то­ре Интер­не­та // Бюл­ле­тень СО РАМН. — 2004. — № 3 (113). — С. 45–51.
  9. Лос­ку­то­ва В.А. Интер­нет-зави­си­мость в меди­цин­ской пара­диг­ме // Интер­нет-зави­си­мость: пси­хо­ло­ги­че­ская зави­си­мость и дина­ми­ка раз­ви­тия / ред.-сост. А.Е. Вой­скун­ский. — М.: Акро­поль, 2009. — С. 152–164.
  10. Муста­фа­е­ва Г.Н. Соци­аль­ные аспек­ты интер­нет-зави­си­мо­сти // Наци­о­наль­ный пси­хо­ло­ги­че­ский жур­нал. — 2012. № 2 [8]. — C. 95–99.
  11. Смолл Г., Вор­ган Г. Мозг онлайн: Чело­век в эпо­ху Интер­не­та. — М.: КоЛиб­ри, 2011.
  12. Юрье­ва Л.Н., Боль­бот Т.Ю. Ком­пью­тер­ная зави­си­мость: фор­ми­ро­ва­ние и диа­гно­сти­ка, кор­рек­ция и про­фи­лак­ти­ка. — Дне­про­пет­ровск: Поро­ги, 2006.
  13. Abnormal White Matter Integrity in Adolescents with Internet Addiction Disorder: A Tract-Based Spatial Statistics Study / F. Lin, Y. Zhou, Y. Du [et al.] // PLoS ONE. — 2012. -Vol. 7, № 1.
  14. Andreassen C.S., Pallesen S. Social Network Site Addiction — An Overview // Current Pharmaceutical Design. — 2014. — Vol. 20. — P. 4053–4061.
  15. Ceyhan A.A., Ceyhan E. Loneliness, Depression, and Computer Self-Efficacy as Predictors of Problematic Internet Use // Cyberpsychology & Behavior. — 2008. — Vol. 11, № 6. -Р. 699–701.
  16. Ceyhan E., Ceyhan A.A., Gurcan A. The validity and reliability of the problematic Internet scale usage // Educational Sciences: Theory & Practice. — 2007. — Vol. 7. — P. 387–416.
  17. Core and Peripheral Criteria of Video Game Addiction in the Game Addiction Scale for Adolescents / G.S. Brunborg, D. Hanss, R.A. Mentzoni [et al.] // Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. — 2015. — Vol. 18, № 5. — Р. 280–285.
  18. Demetrovics Z., Szeredi B., Rosza S. The three-factor model of Internet addiction: the development of the Problematic Internet Use Questionnaire // Behavior Research Methods. -2008. — Vol. 40. — P. 563–573.
  19. Evaluation of psychometric properties of the internet addiction scale in a sample of Turkish high school students / F. Canan, A. Ataoglu, L.A. Nichols [et al.] // Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. — 2010. — Vol. 13. — P. 317–320.
  20. Griffiths M.D. Social Networking Addiction: Emerging Themes and Issues // Journal of Addiction Research & Therapy. — 2013. — Issue. 4.
  21. Internet Addiction: A Handbook and Guide to Evaluation and Treatment / Ed. by K.S. Young, C.N. Abreu. — Hoboken, New Jersey: John Wiley & Sons, 2011.
  22. Laconi S., Rodgers R.F., Chabrol H. The measurement of Internet addiction: A critical review of existing scales and their psychometric properties // Computers in Human Behavior. -2014. — Vol. 41. — P. 190–202.
  23. Problematic Internet Use and Problematic Online Gaming Are Not the Same: Findings from a Large Nationally Representative Adolescent Sample / O. Kiraly, M.D. Griffiths, R. Urban [et al.] // Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. — 2014. — Vol. 17. -№ 12. — P. 749–754.
  24. Psychometric properties of the Problematic Online Gaming Questionnaire Short-Form (POGQ-SF) and prevalence of problematic online gaming in a national sample of adolescents / O. Papay, R. Urban, M.D. Griffiths [et al.] // Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. -2013. — Vol. 16, № 5. — Р. 340–348.
  25. The development of the Problematic Online Gaming Questionnaire (POGQ) / Z. Demetrovics, R. Urban, K. Nagygyorgy [at al.] // PLoS ONE. — 2012. — Vol. 7, № 5.
  26. Young K.S. Addictive use of the Internet: A case that breaks the stereotype // Psychological Reports. — 1996. — Vol. 79. — P. 899–902.
  27. Young K.S. Caught in the Net: How to Recognize the Signs оf Internet Addiction -and a Winning Strategy for Recovery. — New York, N.Y.: John Wiley & Sons, 1998.
  28. Zhang J., Xin T. Measurement of Internet Addiction: An Item Response Analysis Approach // Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. — 2013. — Vol. 16, № 6. -Р. 464–468.

Источ­ник: Меди­цин­ская пси­хо­ло­гия в Рос­сии: элек­трон. науч. журн. — 2015. — N 4(33). — C. 11

Об авторах

  • Алек­сандр Евге­нье­вич Вой­скун­ский — кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ских наук, стар­ший науч­ный сотруд­ник, заве­ду­ю­щий лабо­ра­то­ри­ей пси­хо­ло­гии интел­лек­ту­аль­ной дея­тель­но­сти и инфор­ма­ти­за­ции факуль­те­та пси­хо­ло­гии Мос­ков­ско­го госу­дар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та.
  • Мити­на Оль­га Вален­ти­нов­на — кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ских наук, веду­щий науч­ный сотруд­ник, лабо­ра­то­рия пси­хо­ло­гии обще­ния, факуль­тет пси­хо­ло­гии, МГУ име­ни М.В. Ломо­но­со­ва
  • Гусей­но­ва Ари­фа Ариф гызы — сту­дент­ка маги­стра­ту­ры факуль­те­та пси­хо­ло­гии фили­а­ла МГУ име­ни М.В. Ломо­но­со­ва в Баку (Азер­бай­джан).
  • Руста­мо­ва Наи­ля Эль­чин гызы — сту­дент­ка маги­стра­ту­ры факуль­те­та пси­хо­ло­гии фили­а­ла МГУ име­ни М.В. Ломо­но­со­ва в Баку (Азер­бай­джан).

Категории

Метки

Публикации

ОБЩЕНИЕ

CYBERPSY — первое место, куда вы отправляетесь за информацией о киберпсихологии. Подписывайтесь и читайте нас в социальных сетях.

vkgooglepluspinterest