Шнейдер Л.Б., Сыманюк В.В. Пользователь в информационной среде: цифровая идентичность сегодня

Ш

Инфор­ма­ци­он­ная сре­да игра­ет все боль­шую роль в жиз­ни чело­ве­ка. Боль­шое зна­че­ние в ней при­об­ре­ло «кибер­про­стран­ство» – интер­нет. Суще­ство­ва­ние в нем для мно­гих ста­но­вит­ся источ­ни­ком силь­но­го Я, под­креп­лен­но­го ста­ту­сом и само­ува­же­ни­ем.

Из пас­сив­ных потре­би­те­лей поль­зо­ва­те­ли, осо­бен­но дети и моло­дежь, пре­вра­ща­ют­ся в актив­ных про­из­во­ди­те­лей инфор­ма­ции и медиа­про­дук­тов. По дан­ным, при­ве­ден­ным заме­сти­те­лем гене­раль­но­го дирек­то­ра ЮНЕСКО по ком­му­ни­ка­ции и инфор­ма­ции Я.Карклинсом, в 2011 году коли­че­ство поль­зо­ва­те­лей интер­не­та в мире достиг­ло 2,1 млрд, и 45% этих поль­зо­ва­те­лей моло­же 25 лет. Он обра­ща­ет вни­ма­ние, что посто­ян­но рас­тет объ­ем поль­зо­ва­тель­ско­го кон­тен­та, созда­ют­ся все новые плат­фор­мы для его раз­ме­ще­ния. Ссы­ла­ясь на 1 трлн видео­про­смот­ров на YouTube, он кон­ста­ти­ру­ет, насколь­ко быст­ро и широ­ко рас­про­стра­ня­ет­ся кон­тент [Кузь­мин, Пар­ша­ко­ва, 2013, с. 15].

По мне­нию Е.И.Кузьмина, пред­се­да­те­ля Меж­пра­ви­тель­ствен­но­го сове­та и Рос­сий­ско­го коми­те­та про­грам­мы ЮНЕСКО «Инфор­ма­ция для всех», ИКТ созда­ли фан­та­сти­че­скую осно­ву для раз­ви­тия ком­му­ни­ка­ции и само­вы­ра­же­ния [Кузь­мин, Пар­ша­ко­ва, 2013, с. 20].

Молодежь в Сети: от экспериментирования с самовыражением и многопрофильности деятельности к цифровой идентичности

Экс­пе­ри­мен­ти­ро­ва­ние с само­вы­ра­же­ни­ем в Сети поз­во­ля­ет создать новую, вир­ту­аль­ную лич­ность, в кото­рой мож­но пол­но­стью изме­нить внеш­ний облик, устра­нить неже­ла­тель­ные при­зна­ки [Буро­ва, 2000; Ива­нов, 1997; Жич­ки­на, Белин­ская, 2000; Жич­ки­на, 2008; Кот­ля­ров, 2006].

Жела­ние созда­вать вир­ту­аль­ные обра­зы может быть свя­за­но с тем, что реаль­ный мир не предо­став­ля­ет раз­но­об­раз­ных воз­мож­но­стей для про­яв­ле­ния всех аспек­тов лич­но­сти. Дру­гой вари­ант – насто­я­щая жизнь слиш­ком обез­ли­чен­ная, кон­форм­ная, нор­ма­тив­ная. И то и дру­гое порож­да­ет жела­ние созда­вать вир­ту­аль­ные нестан­дарт­ные и, порой, ненор­ма­тив­ные типа­жи [Жич­ки­на, Белин­ская, 2000; Щепи­ли­на, 2010; Кула­ги­на, Тара­со­ва, 2014; Кот­ля­ров, 2006].

Вир­ту­аль­ное само­вы­ра­же­ние может удо­вле­тво­рять потреб­ность в при­зна­нии и сла­ве. Для это­го люди созда­ют такую вир­ту­аль­ную лич­ность, кото­рая соот­вет­ству­ет их иде­а­лу [Гриф­фит, 1996].

Экс­пе­ри­мен­ти­ро­ва­ние с само­вы­ра­же­ни­ем вли­я­ет на само­иден­тич­ность чело­ве­ка, может при­во­дить к лич­ност­ным изме­не­ни­ям – как в луч­шую, так и худ­шую сто­ро­ну. При этом пред­по­ла­га­ем, что ядро лич­но­сти в мень­шей сте­пе­ни под­вер­же­но транс­фор­ма­ции, а вот ее соци­аль­ная сто­ро­на, поли­ти­ка иден­тич­но­сти, репер­ту­ар само­по­да­чи под­вер­жен силь­ным моди­фи­ка­ци­ям.

На лич­ност­ную иден­ти­фи­ка­цию вли­я­ет не толь­ко экс­пе­ри­мен­ти­ро­ва­ние с само­вы­ра­же­ни­ем. Мощ­ное воз­дей­ствие ока­зы­ва­ет сам харак­тер дея­тель­ность в Сети.

До насто­я­ще­го вре­ме­ни наи­бо­лее рас­про­стра­не­ны три вида дея­тель­но­сти, свя­зан­ной с исполь­зо­ва­ни­ем инфор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий и циф­ро­вых средств. Это ком­му­ни­ка­ция (обще­ние в интер­не­те все­ми воз­мож­ны­ми спо­со­ба­ми, поиск новых дру­зей в соци­аль­ных сетях), раз­вле­че­ние (онлайн-игры, поиск раз­но­об­раз­ных фото‑, кино- и видео­ма­те­ри­а­лов) и полу­че­ние инфор­ма­ции (позна­ние, поиск инфор­ма­ции для уче­бы (рабо­ты), чте­ние новост­ных лент, поль­зо­ва­ние обра­зо­ва­тель­ны­ми пор­та­ла­ми, онлайн-кур­са­ми). Кро­ме того, это ска­чи­ва­ние бес­плат­но все­го, что мож­но ска­чать, обще­ние с дру­ги­ми людь­ми в онлайн-играх, созда­ние сай­тов, про­грамм, при­ло­же­ний, созда­ние и раз­ме­ще­ние сво­е­го кон­тен­та, кри­ти­ка, спо­ры, ком­мен­та­рии, поиск инфор­ма­ции о новин­ках в интер­нет-мага­зи­нах, заказ и покуп­ки раз­ных това­ров, поиск воз­мож­но­сти зара­бо­тать и пр. [Сол­да­то­ва и др., 2013, с. 35].

Одна­ко в насто­я­щее вре­мя широ­кое рас­про­стра­не­ние полу­чи­ла прак­ти­ка про­из­вод­ства циф­ро­вой инфор­ма­ции, сбо­ра и раз­ме­ще­ния кон­тен­та в новых кон­тек­сту­аль­ных фор­мах, появ­ле­ния новых видов оцен­ки и ком­мен­ти­ро­ва­ния, кото­рая не име­ет ниче­го обще­го с авто­ри­тет­но­стью или досто­вер­но­стью и оце­ни­ва­ет­ся толь­ко пока­за­те­ля­ми попу­ляр­но­сти [Кузь­мин, Пар­ша­ко­ва, 2013, с. 117].

Из иссле­до­ва­ний моло­деж­ных медиа ста­но­вит­ся ясным, что моло­дые люди исполь­зу­ют ком­пью­тер и интер­нет совсем не так, как тра­ди­ци­он­ные сред­ства мас­со­вой инфор­ма­ции. «Циф­ро­вые або­ри­ге­ны» осво­и­ли уме­ние рабо­тать с несколь­ки­ми медиа сра­зу. По дан­ным иссле­до­ва­ний, про­во­див­ших­ся в США в 2010 году, 29% все­го вре­ме­ни, затра­чен­но­го на исполь­зо­ва­ние медий­ных средств, отно­си­лось к мно­го­про­филь­ной дея­тель­но­сти [Пал­фри, Гас­сет, 2011]. Но это все, без­услов­но, отра­жа­ет­ся на иден­тич­но­сти поль­зо­ва­те­ля. Более того, воз­ни­ка­ет ее новый вид – циф­ро­вая иден­тич­ность.

В Identity Management к циф­ро­вой иден­тич­но­сти (digital identity) отно­сят циф­ро­вое пред­став­ле­ние о набо­ре уни­каль­ных качеств объ­ек­та или субъ­ек­та Identity Management, сете­во­го субъ­ек­та. В каче­стве сете­во­го субъ­ек­та как пред­ме­та циф­ро­вой иден­ти­фи­ка­ции могут высту­пать и чело­век, и груп­па людей или пред­при­я­тие, и про­грам­ма, и устрой­ство или что-то иное, как пра­ви­ло, не пер­со­на­ли­зи­ро­ван­ное [Чер­няк, 2006; Лан­дэ, Фура­шев, 2007]. На тех­ни­че­ском уровне циф­ро­вую иден­тич­ность мож­но пред­ста­вить как набор при­зна­ков сете­во­го субъ­ек­та, зафик­си­ро­ван­ный в виде элек­трон­ных запи­сей [Чер­няк, 2006]. Как видим, в дан­ном слу­чае суть циф­ро­вой иден­тич­но­сти сво­дит­ся к сете­вой иден­ти­фи­ка­ции и циф­ро­во­му про­фай­лин­гу. С нашей точ­ки зре­ния, для пони­ма­ния того, что про­ис­хо­дит с чело­ве­ком в Сети, это­го недо­ста­точ­но, тре­бу­ет­ся дру­гое пони­ма­ние циф­ро­вой идентичности.

Авторский подход и модель цифровой идентичности

Циф­ро­вая иден­тич­ность рас­смат­ри­ва­ет­ся нами как сово­куп­ное осо­зна­ние и пере­жи­ва­ние сво­ей ком­пе­тент­но­сти, тож­де­ствен­но­сти и уни­каль­но­сти в мире циф­ро­вых тех­но­ло­гий, вклю­ча­ю­щее цен­ност­ное отно­ше­ние к себе, дру­гим людям, инфор­ма­ции и интер­не­ту в целом, харак­те­ри­зу­ю­ще­е­ся целе­на­прав­лен­но­стью дей­ствия и уме­ни­ем пол­но­цен­но решать зада­чи при помо­щи циф­ро­вых тех­но­ло­гий, сопро­вож­да­ю­ще­е­ся фор­ми­ро­ва­ни­ем новых смыс­лов дея­тель­но­сти. Струк­тур­но-содер­жа­тель­ная модель циф­ро­вой иден­тич­но­сти пред­став­ле­на на рис. 1.

Рис. 1. Структурно-содержательная модель цифровой идентичности.
Рис. 1. Струк­тур­но-содер­жа­тель­ная модель циф­ро­вой идентичности.

На осно­ва­нии пере­чис­лен­ных выше харак­те­ри­стик, выбран­ных нами для изме­ре­ния уров­ней циф­ро­вой иден­тич­но­сти, далее было про­ве­де­но эмпи­ри­че­ское исследование.

Эмпирическое исследование цифровой идентичности

Эмпи­ри­че­ская часть иссле­до­ва­ния про­во­ди­лась поэтап­но и вклю­ча­ла в себя про­ве­де­ние диа­гно­сти­че­ских про­це­дур с исполь­зо­ва­ни­ем выбран­ных мето­дик.

Эта­пы и цели эмпи­ри­че­ско­го исследования.

  1. Погру­же­ние поль­зо­ва­те­лей в интер­нет-про­стран­ство: эмпи­ри­че­ское изу­че­ние моти­ва­ци­он­ных, про­цес­су­аль­ных и резуль­ти­ру­ю­щих аспектов.
  2. Выяв­ле­ние состав­ля­ю­щих и опре­де­ле­ние уров­не­вых харак­те­ри­стик циф­ро­вой иден­тич­но­сти у обу­ча­ю­щих­ся в вузах.

Гипотезы первого этапа эмпирического исследования

  1. Про­ве­ден­ное в интер­не­те вре­мя и объ­ем обще­ния в Сети свя­за­ны с изме­не­ни­ем состо­я­ния созна­ния пользователя.
  2. Субъ­ек­тив­ная (внут­рен­няя) сто­ро­на про­ис­хо­дя­ще­го с инди­ви­дом в интер­не­те порож­да­ет боль­ше пси­хи­че­ски резуль­ти­ру­ю­щих эффек­тов, чем объ­ек­тив­ные пока­за­те­ли (вре­мя и общение).
  3. Лич­ност­ная иден­тич­ность устой­чи­ва (не свя­за­на) к раз­лич­ным аспек­там погру­же­ния в интернет-пространство.

Гипотезы второго этапа эмпирического исследования

  1. У моло­дых поль­зо­ва­те­лей, обу­ча­ю­щих­ся в вузах, зна­чи­мость пер­со­ни­фи­ци­ро­ван­но­го обще­ния в Сети сни­жа­ет­ся на фоне повы­ше­ния тех­но­ло­ги­че­ски-циф­ро­вой и субъ­ект­ной центрации.
  2. Для моло­дых людей, обу­ча­ю­щих­ся в вузах, интер­нет име­ет осо­бую зна­чи­мость в поис­ке информации.

Организация и выборка исследования

В опро­се участ­во­ва­ли 80 чело­век, сред­ний воз­раст респон­ден­тов – 23,4 года. Все респон­ден­ты – сту­ден­ты мос­ков­ских выс­ших учеб­ных заве­де­ний (Мос­ков­ский пси­хо­ло­го-соци­аль­ный уни­вер­си­тет, Рос­сий­ская ака­де­мия народ­но­го хозяй­ства и госу­дар­ствен­ной служ­бы, Мос­ков­ский педа­го­ги­че­ский госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет, Рос­сий­ский новый уни­вер­си­тет). Никто из них не стра­да­ет ком­пью­тер­ны­ми аддик­ци­я­ми, но все актив­но поль­зу­ют­ся интернетом.

Методики исследования

Про­це­ду­ра диа­гно­сти­ки про­во­ди­лась в учеб­ных ауди­то­ри­ях, на запол­не­ние анке­ты отво­ди­лось око­ло 40 минут. Для изу­че­ния циф­ро­вой иден­тич­но­сти при­ме­ня­лись сле­ду­ю­щие мето­ди­ки: мето­ди­ка изме­ре­ния соци­аль­ной иден­тич­но­сти [Шней­дер, Хру­ста­ле­ва, 2014], мето­ди­ка изу­че­ния лич­ност­ной иден­тич­но­сти [Шней­дер, 2007], опрос­ник «Вос­при­я­тие интер­не­та» [Щепи­ли­на, 2010], мето­ди­ка «Неза­кон­чен­ные пред­ло­же­ния» [Жич­ки­на, 2008; Щепи­ли­на, 2010].

Методы анализа данных

Для интер­пре­та­ции полу­чен­ных резуль­та­тов были при­ме­не­ны мето­ды мате­ма­ти­че­ской ста­ти­сти­ки и кон­тент-ана­лиз. Исполь­зо­ва­лось про­грамм­ное обес­пе­че­ние SPSS Statistics 22.0.

Результаты

Полу­чен­ные на пер­вом эта­пе иссле­до­ва­ния резуль­та­ты с пере­сче­том абсо­лют­ных зна­че­ний (что сде­ла­но для вырав­ни­ва­ния зна­че­ний по шка­лам и удоб­ства срав­не­ния) пред­став­ле­ны в таб­ли­це 1.

Таблица 1. Средние значения замеров по трем методикам

No.Изме­ря­е­мые параметрыПере­счи­тан­ные сред­ние значения
1При­над­леж­ность к сете­вой субкультуре45
2Неце­ле­на­прав­лен­ность поведения37
3Потреб­ность в сен­сор­ной стимуляции44
4Измен. сост. сознания21
5Вос­при­я­тие интер­не­та как луч­ше­го, уход16
6Обще­ние18
7Вре­мя в интернете52
8Про­стран­ство в интернете59
9Вос­при­я­тие интер­не­та как про­ек­тив­ной реальности24
10Оду­шев­лен­ность интернета6,0
11Стрем­ле­ние пере­не­сти нор­мы вир­ту­аль­но­го мира в реальный29
12Лич­ност­ная идентичность38
13Соци­аль­ная идентичность73

Три пер­вые пози­ции (1–3) отне­се­ны нами к моти­ва­ци­он­ным аспек­там погру­же­ния в интер­нет-про­стран­ство. Три сле­ду­ю­щие (4–5) харак­те­ри­зу­ют субъ­ек­тив­ную (внут­рен­нюю) кар­ти­ну про­ис­хо­дя­ще­го с инди­ви­дом в интер­не­те, а 6, 7 и 8 – объ­ек­тив­но отра­жа­ют про­ис­хо­дя­щее. Все вме­сте они могут быть обо­зна­че­ны как про­цес­су­аль­ные аспек­ты. Пози­ции с 9 по 11 явля­ют­ся резуль­ти­ру­ю­щи­ми для поль­зо­ва­те­ля при его погру­же­нии в циф­ро­вую сре­ду. Пока­за­те­ли иден­тич­но­сти высту­па­ют на момент заме­ров в каче­стве кон­троль­ных показателей.

Как вид­но из таб­ли­цы 1, все пока­за­те­ли вос­при­я­тия интер­не­та (моти­ва­ция исполь­зо­ва­ния интер­не­та, изме­не­ние состо­я­ния созна­ния в резуль­та­те исполь­зо­ва­ния интер­не­та, вос­при­я­тие интер­не­та как луч­ше­го, пред­по­чти­тель­но­го по срав­не­нию с реаль­ной жиз­нью («уход»), обще­ние) нахо­дят­ся в обла­сти нор­ма­тив­ных зна­че­ний. Толь­ко зна­че­ние, полу­чен­ное по пара­мет­ру соци­аль­ная иден­тич­ность, явля­ет­ся доволь­но высо­ким.

Для нас это явля­ет­ся допол­ни­тель­ным под­твер­жде­ни­ем, что мы име­ем дело с респон­ден­та­ми, не явля­ю­щи­ми­ся ком­пью­тер­ны­ми аддик­та­ми. Ина­че дело обсто­ит с пока­за­те­ля­ми иден­тич­но­сти: соци­аль­ная иден­тич­ность почти дости­га­ет мак­си­му­ма, а лич­ност­ная име­ет мини­маль­ные зна­че­ния. По-види­мо­му, пре­бы­ва­ние в циф­ро­вом про­стран­стве силь­но воз­дей­ству­ет на лич­ност­ные струк­ту­ры и их про­яв­ле­ния.

На вто­ром эта­пе про­во­дил­ся коли­че­ствен­ный под­счет по всем пара­мет­рам циф­ро­вой иден­тич­но­сти (вклю­чая индекс воз­дей­ствия интер­нет-рекла­мы и опре­де­ле­ние отно­ше­ния к ней, а так­же пара­мет­ров, уста­нов­лен­ных по мето­ди­ке «Неза­кон­чен­ные пред­ло­же­ния), что поз­во­ли­ло выявить спе­ци­фи­ку состав­ля­ю­щих и опре­де­лить уров­не­вые харак­те­ри­сти­ки циф­ро­вой иден­тич­но­сти обу­ча­ю­щих­ся в вузах. Выбор­ка и набор мето­дик опи­са­на выше. Но посколь­ку неко­то­рые шка­лы направ­ле­ны на изу­че­ние ком­пью­тер­ной зави­си­мо­сти, они не засчи­ты­ва­лись как пока­за­те­ли циф­ро­вой иден­тич­но­сти. К ним отно­сит­ся, преж­де все­го: неце­ле­на­прав­лен­ность пове­де­ния, изме­нен­ное состо­я­ние созна­ния, вос­при­я­тие интер­не­та как луч­ше­го, уход, вос­при­я­тие интер­не­та как про­ек­тив­ной реаль­но­сти, оду­шев­лен­ность интер­не­та, стрем­ле­ние пере­не­сти нор­мы вир­ту­аль­но­го мира в реаль­ный. Полу­чен­ные резуль­та­ты пред­став­ле­ны в табл. 2.

Таблица 2. Характеристика основных показателей цифровой идентичности

Основ­ные пока­за­те­ли циф­ро­вой идентичностиПере­счи­тан­ные сред­ние значения
При­над­леж­ность к сете­вой субкультуре45
Потреб­ность в сен­сор­ной стимуляции43
Обще­ние18
Вре­мя в интернете52
Про­стран­ство в интернете59
Сте­пень воз­дей­ствия интернет-рекламы15
Лич­ност­ная идентичность38
Соци­аль­ная идентичность73
Отно­ше­ние к интер­не­ту в целом54
Люди в интернете36
Инфор­ма­ция в интернете53
Я в интернете51

Полу­чен­ные дан­ные поз­во­ли­ли про­ве­сти коли­че­ствен­ный под­счет состав­ля­ю­щих циф­ро­вой иден­тич­но­сти, что отра­же­но в табл. 3 и пред­став­ле­но на рис. 2.

Таблица 3. Характеристика полученных результатов по основным показателям и составляющим цифровой идентичности

Струк­ту­раСодер­жа­ниеРезуль­та­ты
Состав­ля­ю­щиеПока­за­те­лиСово­куп­ный показатель
Субъ­ект­ная (ауто­цен­тра­ция)– Отно­ше­ние к себе (Я в интер­не­те)
– Потреб­ность в сен­сор­ной сти­му­ля­ции
– Лич­ност­ная идентичность
132
Диа­ло­ги­че­ская (аль­те­ро­цен­тра­ция)– Отно­ше­ние к дру­гим людям
– Обще­ние
– Соци­аль­ная идентичность
127
Гипер­тек­сто­вая (информ­цен­тра­ция)– Отно­ше­ние к инфор­ма­ции
– Воз­дей­ствие рекла­мы
– При­над­леж­ность к сете­вой субкультуре
113
Тех­но­ло­ги­че­ски-циф­ро­вая (интер­нет­цен­тра­ция)– Отно­ше­ние к интер­не­ту в целом
– Про­стран­ство в интер­не­те
– Вре­мя в интернете
165
Рис. 2. Составляющие цифровой идентичности.
Рис. 2. Состав­ля­ю­щие циф­ро­вой идентичности.

Как видим, три состав­ля­ю­щих циф­ро­вой иден­тич­но­сти – инфор­ма­ци­он­ная, диа­ло­ги­че­ская и субъ­ект­ная цен­тра­ции – име­ют невы­со­кие зна­че­ния. Ина­че обсто­ит дело с тех­но­ло­ги­че­ски-циф­ро­вой. Послед­няя суще­ствен­но пре­вы­ша­ет все дру­гие.

В струк­тур­но-содер­жа­тель­ной моде­ли (см. рис. 1) нами выде­ле­ны уров­ни циф­ро­вой иден­тич­но­сти (гипе­ри­ден­тич­ность, опти­маль­ный уро­вень циф­ро­вой иден­тич­но­сти, пони­жен­ный уро­вень циф­ро­вой иден­тич­но­сти). Рас­пре­де­ле­ние основ­ных пока­за­те­лей состав­ля­ю­щих циф­ро­вой иден­тич­но­сти по уров­ням пред­став­ле­но в таб­ли­це 4 и изоб­ра­же­но на рис. 3.

Таблица 4. Распределение результатов измерения составляющих цифровой идентичности по уровням (в %)

Таблица 4. Распределение результатов измерения составляющих цифровой идентичности по уровням (в %)
Рис. 3. Распределение совокупного показателя цифровой идентичности по уровням.
Рис. 3. Рас­пре­де­ле­ние сово­куп­но­го пока­за­те­ля циф­ро­вой иден­тич­но­сти по уровням.

Как вид­но из рис. 2 и таб­ли­цы 4, основ­ные резуль­та­ты, харак­те­ри­зу­ю­щие циф­ро­вую иден­тич­ность, нахо­дят­ся в зоне опти­маль­но­го (сред­не­го) уровня.

Далее по мето­ди­ке «Неза­вер­шен­ным пред­ло­же­ния» опре­де­ле­на сде­лан­ная респон­ден­та­ми оцен­ка его поло­жи­тель­ных и отри­ца­тель­ных свойств. На рисун­ке 4 пред­став­ле­но рас­пре­де­ле­ние оце­нок студентов.

Рис. 4. Дифференцированная оценка свойств интернета респондентами.
Рис. 4. Диф­фе­рен­ци­ро­ван­ная оцен­ка свойств интер­не­та респондентами. 

Из рис. 4 вид­но, что респон­ден­ты в целом высо­ко оце­ни­ва­ют поло­жи­тель­ные свой­ства интер­не­та, отме­чая, одна­ко, и нема­лое коли­че­ство его недо­стат­ков. Поло­жи­тель­ные свой­ства интер­не­та очень высо­ко оце­ни­ва­ют 2,5% респон­ден­тов, средне – 96,25%, низ­ко – 1,25%. Отри­ца­тель­ные свой­ства интер­не­та очень высо­ко оце­ни­ва­ют 8,75% респон­ден­тов, средне – 90%, низ­ко – 1, 25%.

Под углом содер­жа­тель­но­го выяв­ле­ния спе­ци­фи­ки вос­при­я­тия интер­не­та и отно­ше­ния к нему по резуль­та­там мето­ди­ки «Неза­вер­шен­ные пред­ло­же­ния» про­ве­ден каче­ствен­ный ана­лиз полу­чен­ных резуль­та­тов. Все­го опро­ше­но 56 чело­век. При­ве­дем неко­то­рые отве­ты.

В каче­стве трех основ­ных слов, обо­зна­ча­ю­щих «интер­нет», респон­ден­ты назва­ли: «инфор­ма­ция», «обще­ние», «раз­вле­че­ние». Они видят в нем и нечто боль­шее: «кла­дезь», «мир», «без­гра­нич­ность». Наря­ду с этим есть и нега­тив­ное обо­зна­че­ние: «рой», «боль­шая свал­ка», «агрес­сия», «безу­мие» и про­чее. Выска­зы­ва­ний ней­траль­но­го (напри­мер, «сеть», «музы­ка», «инфор­ма­ция») или пози­тив­но­го харак­те­ра («неза­ме­ни­мое сред­ство») – 97%, с отри­ца­тель­ной кон­но­та­ци­ей – 3%.

Нахо­дясь в Сети, респон­ден­ты чаще все­го ищут инфор­ма­цию («ищу какую-нибудь инфор­ма­цию», «ищу то, что мне нуж­но», «что-нибудь ищу», «полу­чаю инфор­ма­цию» и пр.), отды­ха­ют и раз­вле­ка­ют­ся. На выска­зы­ва­ния тако­го типа при­хо­дит­ся 94% всех отве­тов респон­ден­тов.

Вре­мя в Сети оце­ни­ва­ет­ся как уско­рен­ное (59% отве­тов), замед­лен­ное (18%), непод­кон­троль­ное (4%) и обыч­ное (6%). 8% поль­зо­ва­те­лей доволь­ны затра­та­ми вре­ме­ни на интер­нет, недо­воль­ны и сожа­ле­ют («ухо­дит бес­по­лез­но») – 5%.

Интер­нет высту­па­ет как помощ­ник в уче­бе (4% отве­тов), в поис­ке инфор­ма­ции (91%), как сред­ство свя­зи и обще­ния (5%).

Боль­шин­ство людей в интер­не­те оце­ни­ва­ют поло­жи­тель­но («хоро­шие люди») 2% респон­ден­тов, ней­траль­но («раз­ные люди») 12%. Оце­ни­ва­ют их как нере­аль­ных, стран­ных или как име­ю­щих нега­тив­ные харак­те­ри­сти­ки («злые», «глу­пые», «неис­крен­ние») соот­вет­ствен­но 37% и 27% респон­ден­тов. Отдель­ную груп­пу по отве­там респон­ден­тов (22%) состав­ля­ют люди, кото­рые, про­си­жи­вая в интер­не­те, «попу­сту тра­тят вре­мя».

После выхо­да из сети чув­ству­ют себя поло­жи­тель­но («удо­воль­ствие», «сво­бо­да», «рас­слаб­ле­ние») 18% респон­ден­тов, ней­траль­но («обыч­но», «ниче­го осо­бен­но­го») – 59%, нега­тив­но («уста­лость», «неудо­вле­тво­рен­ность») – 23%.

В интер­не­те респон­ден­тов при­вле­ка­ет, преж­де все­го, доступ­ность и ско­рость (43%), мно­го­об­ра­зие инфор­ма­ции (41%), обще­ние (7%), воз­мож­ность поку­пок, чте­ние ново­стей, про­слу­ши­ва­ние музы­ки, про­смотр филь­мов – 7%. Ниче­го кон­крет­но­го – 2%.

Дру­гие люди в интер­не­те кажут­ся респон­ден­там луч­ши­ми – 2%, обыч­ны­ми («реаль­ны­ми», «таки­ми же, как я») – 48%, хуже меня – 50%.

Для респон­ден­тов, нахо­дя­щих­ся в Сети, «быва­ет слож­но най­ти инфор­ма­цию» (29%), «ото­рвать­ся от интер­не­та» (34%), «думать о реаль­ных делах» (13%), «сле­дить за вре­ме­нем» (18%). 4% респон­ден­тов испы­ты­ва­ют труд­но­сти с эффек­тив­ным обще­ни­ем (им слож­но «пере­да­вать эмо­ции», «оце­ни­вать реак­цию собе­сед­ни­ка»). Ниче­го слож­но­го во вре­мя пре­бы­ва­ния в Сети не обна­ру­жи­ва­ет­ся для 2% моло­дых людей.

В интер­не­те часто раз­дра­жа­ет рекла­ма (88% отве­тов), непро­ве­рен­ная инфор­ма­ция (2%), спам (2%), виру­сы (2%), неис­крен­ность, агрес­сив­ность, кон­фликт­ность в ком­мен­та­ри­ях (4%).

Инфор­ма­цию в интер­не­те счи­та­ют полез­ной 46% респон­ден­тов, доступ­ной – 2%, невер­ной («бес­по­лез­ная», «сомни­тель­ная») – 52%.

Нахо­дясь в Сети, настро­е­ние не меня­ет­ся («нор­маль­ное», «ста­биль­ное», «обыч­ное») у 75% респон­ден­тов, улуч­ша­ет­ся у 5%. Носит ситу­а­тив­ный харак­тер («ска­чет», «зави­сит от того, чем зани­ма­юсь», «смот­ря с кем обща­юсь») у 18% моло­дых людей, не улуч­ша­ет­ся у 2%.

Интер­нет меша­ет раци­о­наль­но исполь­зо­вать вре­мя 10% респон­ден­тов, учить­ся – 10%, жить – 14%, актив­но дей­ство­вать – 46%. Совсем не меша­ет 20% уча­щей­ся моло­де­жи.

Интер­нет, по мне­нию респон­ден­тов, может при­но­сить поль­зу, если знать, чего хочешь («не зали­пать на ненуж­ных вещах»). На это ука­за­ли 88% опро­шен­ных. О необ­хо­ди­мо­сти уме­ния пра­виль­но тра­тить в нем свое вре­мя («знать меру», «тра­тить вре­мя на него по мини­му­му») выска­за­лись 10%. И 2% респон­ден­тов гото­вы при­знать его поль­зу, если в нем все будет досто­вер­но и без рекла­мы.

Самой боль­шой ошиб­кой, совер­шен­ной в интер­не­те, было, по при­зна­нию респон­ден­тов, обще­ние с незна­ко­мы­ми и непри­ят­ны­ми людь­ми (25%), потра­чен­ное впу­стую вре­мя (16%), реги­стра­ция в соц­се­тях (16%), зара­же­ние виру­сом (11%), вкла­ды­ва­ние денег в доро­гие при­ло­же­ния, игры (7%), ска­чи­ва­ние ненуж­ной инфор­ма­ции (4%). На то, что оши­бок не было, ука­за­ли 21% респон­ден­тов.

При вхож­де­нии в Сеть 25% опро­шен­ных сту­ден­тов кажет­ся, что перед ними откры­ва­ет­ся дру­гой мир, для дру­гих (64%) ниче­го осо­бен­но­го не про­ис­хо­дит («ниче­го не меня­ет­ся», «я про­сто вхо­жу в сеть»). 4% пола­га­ют, что «там весе­ло», 7% сожа­ле­ют, что тра­тят вре­мя зря.

Оце­ни­ва­ют интер­нет пози­тив­но («огро­мен», «вели­кое изоб­ре­те­ние») 29% респон­ден­тов. Отри­ца­тель­но («пло­хо рабо­та­ет», «опа­сен», «это ловуш­ка», «запол­нен мусо­ром», «застав­ля­ет людей глу­петь») –71% моло­дых людей.

Пере­чис­ляя луч­шее, что сде­ла­но во вре­мя пре­бы­ва­ния в интер­не­те, респон­ден­ты (41%) ссы­ла­ют­ся на кон­крет­ные дела, дости­же­ния («создал свой кон­тент», «помог дру­гим людям», «напи­сал доклад», «научи­лась вязать», «позна­ко­ми­лась с хоро­ши­ми людь­ми»), 54% людей из всей выбор­ки отме­ча­ют про­цес­су­аль­ную удо­вле­тво­рен­ность («слу­ша­ла пре­крас­ную музы­ку», «чита­ла кни­гу», «разыс­ка­ла нуж­но­го чело­ве­ка», «зака­за­ла ноут­бук»). Лишь 5% респон­ден­тов при­зна­лись, что «пока ниче­го при­лич­но­го» ими не сде­ла­но.

Вхо­дя в интер­нет, люди обыч­но хотят, по мне­нию респон­ден­тов, най­ти инфор­ма­цию – 64% отве­тов. Раз­влечь­ся – 9%, общать­ся – 14%, отвлечь­ся – 4%, пока­зать себя («похва­стать­ся») – 2%, изба­вить­ся от оди­но­че­ства – 2%; занять свое вре­мя – 5%.

Я в интер­не­те и Я в реаль­ной жиз­ни оце­ни­ва­ют­ся опро­шен­ны­ми моло­ды­ми людь­ми почти одно­знач­но. 93% респон­ден­тов под­чер­ки­ва­ют свою вир­ту­аль­ную и реаль­ную тож­де­ствен­ность, оди­на­ко­вость. 7% счи­та­ют ина­че и заме­ча­ют рас­хож­де­ния меж­ду эти­ми дву­мя обра­за­ми.

При необ­хо­ди­мо­сти най­ти инфор­ма­цию по како­му-либо вопро­су 95% респон­ден­тов ищут ее в интер­не­те, и толь­ко 5% спра­ши­ва­ют у зна­ко­мых или поль­зу­ют­ся дру­ги­ми источ­ни­ка­ми.

Пре­бы­ва­ние в интер­не­те как пози­тив («поиск инфор­ма­ции», «хоро­шее вре­мя­пре­про­вож­де­ние») отме­ти­ли 23% респон­ден­тов, как часть жиз­ни – 4%, ниче­го осо­бен­но­го – 66%, нега­тив («ад», «тра­та вре­ме­ни») – 7%.

Интер­нет, по мне­нию респон­ден­тов, может быть бес­по­лез­ным или даже вред­ным, если не уметь рас­пре­де­лять свое вре­мя («про­во­дить все вре­мя в нем», «не дози­ро­вать вре­мя») – 35% отве­тов, часто им поль­зо­вать­ся – 29%. При­чи­на может быть свя­за­на с самим поль­зо­ва­те­лем, если он неком­пе­тен­тен (14% отве­тов) или не зна­ет целе­вых ори­ен­ти­ров (20%). Дру­гие же моло­дые люди (2%) пола­га­ют, что обна­ру­жи­вать­ся нега­тив будет все­гда, если интер­нет не изба­вить от рекла­мы («мусо­ра»).

По мне­нию респон­ден­тов, их жизнь без интер­не­та ста­ла бы слож­нее (30%) или скуч­нее (27%). Одна­ко 32% опро­шен­ных дума­ют, что их жизнь ста­ла бы насы­щен­нее. 11% пола­га­ют, что ниче­го не изме­ни­лось бы.

Из полу­чен­ных отве­тов сле­ду­ет, что есть все осно­ва­ния для выво­дов о зна­чи­мо­сти интер­не­та в поис­ке инфор­ма­ции. При этом такое погру­же­ние в Сеть хао­тич­но, по сути, оно может быть обо­зна­че­но как инфор­ма­ци­он­ное бро­дяж­ни­че­ство. Об этом же сви­де­тель­ству­ет неце­ле­на­прав­лен­ность пове­де­ния в интер­не­те, кото­рая у 54% респон­ден­тов име­ет высо­кий уро­вень и у 40% – сред­ний.

Сле­ду­ю­щее, что бро­са­ет­ся в гла­за, это вре­мен­ные затра­ты. Мно­гие респон­ден­ты сожа­ле­ют о потра­чен­ном в Сети вре­ме­ни. По-види­мо­му, моло­дым людям не хва­та­ет инфор­ма­ци­он­ной гра­мот­но­сти, что порож­да­ет блуж­да­ние в про­стран­стве интер­не­та и пустую тра­ту вре­ме­ни.

Обра­ща­ет на себя вни­ма­ние тот факт, что обще­ние в интер­не­те не так уж зна­чи­мо, то есть цен­ность бесе­ды, диа­ло­га ниве­ли­ру­ет­ся. Скла­ды­ва­ет­ся впе­чат­ле­ние, что собе­сед­ни­ком для опро­шен­ных сту­ден­тов высту­па­ет сам интер­нет. Отсю­да – пони­же­ние зна­чи­мо­сти обще­ния (для 87% респон­ден­тов харак­те­рен низ­кий уро­вень зна­чи­мо­сти обще­ния в Сети, высо­кий нали­че­ству­ет толь­ко у 1% опро­шен­ных) и повы­ше­ние пока­за­те­лей оду­шев­лен­но­сти интер­не­та (10% респон­ден­тов име­ют по это­му пока­за­те­лю высо­кий уро­вень и 78% – сред­ний). Об этом же сви­де­тель­ству­ют дан­ные, харак­те­ри­зу­ю­щие тех­но­ло­ги­че­ски-циф­ро­вую цен­тра­цию поль­зо­ва­те­лей (см. рис. 1).

В вос­при­я­тие интер­не­та и отно­ше­ния к нему вно­сит свой вклад рекла­ма. В целом, как вид­но из таб­ли­цы 1, отно­ше­ние к ней тер­пи­мое, но при более деталь­ном изу­че­нии уста­нов­ле­но, что нега­тив­ное отно­ше­ние к ней пре­об­ла­да­ет над пози­тив­ным вос­при­я­ти­ем и оцен­кой. Очень раз­дра­жа­ет интер­нет-рекла­ма 58% респон­ден­тов, вызы­ва­ет высо­кий инте­рес у 3%. Сле­до­ва­тель­но, совре­мен­ной сту­ден­че­ской ауди­то­рии рекла­ма в боль­шей сте­пе­ни меша­ет.

Далее был про­ве­ден кор­ре­ля­ци­он­ный ана­лиз с исполь­зо­ва­ни­ем коэф­фи­ци­ен­та кор­ре­ля­ции Пир­со­на.

При осу­ществ­ле­нии кор­ре­ля­ци­он­но­го ана­ли­за был выяв­лен высо­кий уро­вень вза­и­мо­свя­зи меж­ду вре­ме­нем, про­во­ди­мым в Сети, обще­ни­ем в интер­не­те и изме­нен­ным состо­я­ни­ем созна­ния. Зна­че­ние коэф­фи­ци­ен­та Пир­со­на меж­ду обще­ни­ем в интер­не­те и изме­нен­ным состо­я­ни­ем созна­ния соста­ви­ло 0,641 (p ≤ 0,01), а меж­ду потра­чен­ным на интер­нет вре­ме­нем и изме­нен­ным состо­я­ни­ем созна­ния 0,423 (p ≤ 0,01). Таким обра­зом, под­твер­жда­ет­ся сле­ду­ю­щее: чем боль­ше вре­ме­ни чело­век уде­ля­ет пре­бы­ва­нию в Сети и обще­нию в ней, тем боль­ше изме­ня­ет­ся состо­я­ние созна­ния отно­си­тель­но нормы.

Обсуждение результатов

По-види­мо­му, для обу­ча­ю­щих­ся в вузах важен сам интер­нет как циф­ро­вая тех­но­ло­гия, пред­на­зна­чен­ная для позна­ния, раз­вле­че­ния, реа­ли­за­ции поку­па­тель­ско­го спро­са, про­ве­де­ния финан­со­вых опе­ра­ций, ска­чи­ва­ния музы­ки, кино- и фото­ма­те­ри­а­лов и пр. Изме­не­ния самой циф­ро­вой сре­ды и тех­ни­че­ских устройств нагляд­но замет­ны. Воз­рас­та­ю­щая при­вя­зан­ность поль­зо­ва­те­ля к кибер­про­стран­ству менее бро­са­ет­ся в гла­за. О том, что про­ис­хо­дит с чело­ве­ком, регу­ляр­но садя­щим­ся за ком­пью­тер, начи­на­ют обсуж­дать лишь в слу­ча­ях интер­нет-зави­си­мо­сти. Вме­сте с тем про­цесс этот мас­штаб­ный, все­объ­ем­лю­щий и неот­вра­ти­мый. Об этом неумо­ли­мо сви­де­тель­ству­ет пока­за­тель тех­но­ло­ги­че­ски-циф­ро­вой состав­ля­ю­щей циф­ро­вой иден­тич­но­сти или интер­нет­цен­тра­ции (см. рис. 2).

Низ­кое зна­че­ние информ­цен­тра­ции мож­но объ­яс­нить за счет невы­со­кой инфор­ма­ци­он­ной гра­мот­но­сти респон­ден­тов, нераз­ви­ты­ми уме­ни­я­ми адек­ват­но выра­жать свою инфор­ма­ци­он­ную потреб­ность, кри­ти­че­ски отно­сить­ся к полу­ча­е­мой инфор­ма­ции, иден­ти­фи­ци­ро­вать ее суще­ствен­ные и вто­ро­сте­пен­ные аспек­ты. Субъ­ект­ная цен­тра­ция полу­ча­ет коли­че­ствен­ное напол­не­ние за счет пока­за­те­ля «Отно­ше­ние к себе (Я в интер­не­те)», одна­ко при этом лич­ност­ная иден­тич­ность име­ет невы­со­кое зна­че­ние, чего не ска­жешь о соци­аль­ной иден­тич­но­сти. При этом зна­че­ния дру­гих пока­за­те­лей диа­ло­ги­че­ской состав­ля­ю­щей (обще­ние, люди в интер­не­те) невы­со­кие и не выхо­дят за рам­ки нор­ма­тив­ных. По-види­мо­му, коли­че­ствен­ный «ска­чок» каса­ет­ся каких-то глу­бин­ных изме­не­ний лич­но­сти, ее соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ской фено­ме­но­ло­гии.

Дж.Палфри и У.Гассер пола­га­ют, что в циф­ро­вой сре­де боль­шое зна­че­ние име­ют види­мость, кон­текст и ауди­то­рия. Постро­е­ние онлайн-иден­тич­но­сти зави­сит от того, как она выра­жа­ет­ся (так назы­ва­е­мая поли­ти­ка иден­тич­но­сти), кто инте­ре­су­ет­ся этим чело­ве­ком (для кого), в какой сре­де и соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ских обсто­я­тель­ствах это про­ис­хо­дит. С уче­том этих соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ских фак­то­ров чело­век может мани­пу­ли­ро­вать сво­им вир­ту­аль­ным обра­зом, посто­ян­но изме­няя свой ава­тар и настра­и­вая по-ново­му поли­ти­ку соци­аль­ной иден­тич­но­сти. Глав­ная цель осу­ществ­ле­ния подоб­но­го рода дей­ствий, важ­ней­ший аспект пре­бы­ва­ния в Сети – дости­же­ние вза­им­но­сти и при­ня­тия. Имен­но на это ори­ен­ти­ро­ва­ны сете­вые вза­и­мо­от­но­ше­ния циф­ро­вых або­ри­ге­нов.

Онлайн-про­стран­ство, по сути, это ана­лог «сосед­ней дерев­ни» для преж­них вре­мен. Оно поз­во­ля­ет «пой­ти дру­гих посмот­реть, себя пока­зать», при этом в нем неслож­но созда­вать вза­и­мо­от­но­ше­ния и с лег­ко­стью мож­но пре­рвать их. В отли­чие от «сосед­ней дерев­ни» в интер­нет-про­стран­стве лег­ко спря­тать­ся [Пал­фри, Гас­сер, 2011].

Инфор­ма­ци­он­ные тех­но­ло­гии и циф­ро­вые сред­ства обес­пе­чи­ва­ют рас­про­стра­не­ние в Сети сво­бод­ных мно­же­ствен­ных вари­а­тив­ных само­опи­са­ний и созда­ние эмо­ци­о­наль­но-насы­щен­ных пре­зен­та­ций себя, сво­е­го места в окру­жа­ю­щем мире и про­стран­стве чело­ве­че­ских вза­и­мо­от­но­ше­ний. Все вме­сте это и обра­зу­ет «поли­ти­ку» соци­аль­ной иден­тич­но­сти, так как чело­век пози­ци­о­ни­ру­ет­ся пуб­лич­но. Слож­ность заклю­ча­ет­ся в том, что в Сети лег­ко изме­нять соци­аль­ную иден­тич­ность, но труд­но кон­тро­ли­ро­вать ее вос­при­я­тие.

Тем не менее погру­же­ние чело­ве­ка в сете­вое про­стран­ство избав­ля­ет его от соци­аль­ной изо­ля­ции, чему спо­соб­ству­ет неогра­ни­чен­ный круг дру­зей, посто­ян­ная связь с ними и ее лег­кая доступ­ность. Глав­ное для «циф­ро­во­го або­ри­ге­на», что­бы дру­гие его заме­ти­ли, выбра­ли, оце­ни­ли, что­бы к нему как-то отнес­лись, по его пово­ду выска­за­лись (имен­но поэто­му – из-за ожи­да­ния реак­ции на себя, отно­ше­ния к себе – важ­но само про­стран­ство интер­не­та, а не люди, в него вклю­чен­ные, или обще­ние в нем как тако­вое). Онлайн-само­предъ­яв­ле­ние с воз­мож­но­стью постро­е­ния вари­а­тив­но­го обра­за Я фун­ди­ру­ет соци­аль­ную иден­тич­ность, уси­ли­вая ее и сни­мая про­ти­во­ре­чие меж­ду вир­ту­аль­ным и реаль­ным обра­зом Я.

Итак, погру­же­ние в сете­вое про­стран­ство вызы­ва­ет суще­ствен­ные лич­ност­ные изме­не­ния в соци­аль­ной иден­ти­фи­ка­ции.

Судя по резуль­та­там кор­ре­ля­ци­он­но­го ана­ли­за, субъ­ек­тив­ная сто­ро­на про­ис­хо­дя­ще­го с инди­ви­дом в интер­не­те (изме­нен­ное состо­я­ние созна­ния, вос­при­я­тие интер­не­та как луч­ше­го, уход от реаль­но­сти) обна­ру­жи­ва­ет боль­ше вза­и­мо­свя­зей в обла­сти пси­хи­че­ски резуль­ти­ру­ю­щих эффек­тов, чем объ­ек­тив­ные пока­за­те­ли (вре­мя и обще­ние). Об этом крас­но­ре­чи­во сви­де­тель­ству­ют пока­за­те­ли вза­и­мо­свя­зи внут­рен­них про­цес­су­аль­ных аспек­тов с резуль­ти­ру­ю­щи­ми.

Лич­ност­ная иден­тич­ность ока­за­лась не свя­зан­ной (зна­чи­мых коэф­фи­ци­ен­тов вза­и­мо­свя­зи не выяв­ле­но) с раз­лич­ны­ми аспек­та­ми погру­же­ния в интер­нет-про­стран­ство, что поз­во­ля­ет нам трак­то­вать ее как устой­чи­вую харак­те­ри­сти­ку.

Соци­аль­ная иден­тич­ность свя­за­на с вос­при­я­ти­ем интер­не­та как луч­ше­го вре­мя­пре­про­вож­де­ния. Боль­ший уход от реаль­но­сти с погру­же­ни­ем в интер­нет-про­стран­ство свя­зан с пока­за­те­ля­ми соци­аль­ной иден­тич­но­сти, вызы­вая их сни­же­ние.

Исхо­дя из дан­ных эмпи­ри­че­ско­го иссле­до­ва­ния, ста­но­вит­ся оче­вид­ным, что чрез­мер­но дол­гое пре­бы­ва­ние в Сети и обще­ние с вир­ту­аль­ны­ми собе­сед­ни­ка­ми нега­тив­но вли­я­ет на инди­ви­да.

Одна­ко не сто­ит под­хо­дить к реше­нию дан­ной про­бле­мы пря­мо­ли­ней­но и насиль­но огра­ни­чи­вать доступ к циф­ро­вым тех­но­ло­ги­ям. Важ­но повы­шать уро­вень циф­ро­вой гра­мот­но­сти поль­зо­ва­те­лей, обу­чать исполь­зо­вать новые тех­но­ло­гии как сред­ство дости­же­ния цели, а не про­во­дить бес­цель­но все свое вре­мя.

И.Касинскайте-Буддеберг пишет, что «соци­аль­ные медиа и тех­но­ло­ги­че­ские новин­ки (интер­ак­тив­ные план­шет­ные ПК, смарт­фо­ны и т.п.) явля­ют­ся не толь­ко сред­ства­ми обще­ния меж­ду людь­ми, но и мощ­ны­ми инстру­мен­та­ми обра­зо­ва­ния, соци­аль­но­го уча­стия, обще­ствен­но­го обсуж­де­ния и граж­дан­ской вовле­чен­но­сти. Облач­ная обра­бот­ка дан­ных и кра­уд­сор­синг суще­ствен­но рас­ши­ря­ют воз­мож­но­сти про­фес­си­о­наль­ных и нефор­маль­ных сооб­ществ, спо­соб­ствуя эко­но­ми­че­ско­му и соци­аль­но­му раз­ви­тию. Такие новые орга­ни­за­ци­он­ные фор­мы не толь­ко обес­пе­чи­ва­ют новые усло­вия для созда­ния более откры­то­го и более про­зрач­но­го обще­ства, но и меня­ют наши отно­ше­ния, фор­мы наше­го уча­стия в кол­лек­тив­ном обу­че­нии, обще­нии и про­фес­си­о­наль­ной дея­тель­но­сти» [Кузь­мин, Пар­ша­ко­ва, 2013, с. 28].

Ста­но­вит­ся оче­вид­ным, что наи­бо­лее удач­ным реше­ни­ем про­бле­мы адек­ват­но­го погру­же­ния в про­стран­ство интер­не­та будет повы­ше­ние уров­ня инфор­ма­ци­он­ной гра­мот­но­сти каж­до­го чле­на совре­мен­но­го обще­ства, фор­ми­ро­ва­ния ответ­ствен­но­го, вдум­чи­во­го отно­ше­ния к при­ват­ной инфор­ма­ции. Важ­но учить людей исполь­зо­вать интер­нет как необ­хо­ди­мое и без­опас­ное сред­ство осу­ществ­ле­ния дея­тель­но­сти (позна­ва­тель­ной, про­фес­си­о­наль­ной, раз­вле­ка­тель­ной, потре­би­тель­ской и пр.), целе­на­прав­лен­но и эффек­тив­но оце­ни­вать полу­ча­е­мую из Сети инфор­ма­цию, учить­ся рас­пре­де­лять свое вре­мя в поль­зу реаль­но­го мира, а не вир­ту­аль­но­го. Тогда фор­ми­ро­ва­ние дан­ных навы­ков у каж­до­го поль­зо­ва­те­ля, на наш взгляд, посте­пен­но будет спо­соб­ство­вать повы­ше­нию циф­ро­вой иден­тич­но­сти и раци­о­наль­но­му исполь­зо­ва­нию интернета.

Выводы

Спе­ци­фи­ка погру­же­ния чело­ве­ка в про­стран­ство интер­не­та при­во­дит к появ­ле­нию циф­ро­вой иден­тич­но­сти. Она – как и дру­гие виды иден­тич­но­сти совре­мен­но­го чело­ве­ка – это не толь­ко фор­ми­ро­ва­ние необ­хо­ди­мых навы­ков и ком­пе­тен­ций, но и резуль­тат актив­но­го про­цес­са, отра­жа­ю­ще­го пред­став­ле­ния субъ­ек­та о себе, соб­ствен­ном пути раз­ви­тия, и сопро­вож­да­ю­щий­ся ощу­ще­ни­ем силь­но­го «Я» в соб­ствен­ной непре­рыв­но­сти, тож­де­ствен­но­сти и опре­де­лен­но­сти [Шней­дер, 2015, 2016].

Учи­ты­вая тот факт, что на дан­ный момент циф­ро­вая сре­да уже охва­ты­ва­ет боль­шую часть обще­ства, сле­ду­ет при­знать, что тот или иной уро­вень циф­ро­вой иден­тич­но­сти при­сут­ству­ет у боль­шин­ства чле­нов совре­мен­но­го обще­ства. По дан­ным эмпи­ри­че­ско­го иссле­до­ва­ния, основ­ная мас­са опро­шен­ных сту­ден­тов обла­да­ют сред­ним уров­нем циф­ро­вой иден­тич­но­сти.

Опти­маль­ный уро­вень циф­ро­вой иден­тич­но­сти у совре­мен­но­го поль­зо­ва­те­ля будет спо­соб­ство­вать само­со­вер­шен­ство­ва­нию и само­раз­ви­тию, уме­нию предот­вра­щать воз­ни­ка­ю­щие угро­зы, обу­слов­лен­ные дина­мич­ным раз­ви­ти­ем сете­вых тех­но­ло­гий, кото­рые в даль­ней­шем будут толь­ко рас­ши­рять­ся и углубляться.

Литература

  1. Буро­ва В.А. Интер­нет-зави­си­мость – пато­ло­гия XXI века? Вопро­сы мен­таль­ной меди­ци­ны и эко­ло­гии, 2000, IV(1), 11–13.
  2. Гриф­фит В. [Griffith V.] Вир­ту­аль­ный мир рож­да­ет реаль­ные болез­ни. Финан­со­вые изве­стия, 1996, 54(183).
  3. Жич­ки­на А.Е., Белин­ская Е.П. Само­пре­зен­та­ция в вир­ту­аль­ной реаль­но­сти и осо­бен­но­сти иден­тич­но­сти под­рост­ка-поль­зо­ва­те­ля интер­не­та. В кн.: Обра­зо­ва­ние и инфор­ма­ци­он­ная куль­ту­ра. М.: Центр социо­ло­гии обра­зо­ва­ния РАО, 2000. С. 431–460.
  4. Жич­ки­на А.Е. Соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ские аспек­ты обще­ния в интер­не­те. М.: Ака­де­мия, 2008.
  5. Ива­нов Д.В. Вир­ту­а­ли­за­ция обще­ства. В кн: Соци­а­ли­за­ция и соци­аль­ная антро­по­ло­гия. СПб.: Петер­бург­ское Восто­ко­ве­де­ние, 1997.
  6. Кот­ля­ров А.В. Дру­гие нар­ко­ти­ки, или Homo Addictus: Чело­век зави­си­мый. М.: Пси­хо­те­ра­пия, 2006.
  7. Кула­ги­на Я.М., Тара­со­ва И.Ю. Вли­я­ние интер­не­та на совре­мен­ную моло­дежь. В кн.: Акту­аль­ные вопро­сы обще­ствен­ных наук: социо­ло­гия, поли­то­ло­гия, фило­со­фия, исто­рия: сб. ст. по матер. XXXV меж­ду­нар. науч.-практ. конф. Ново­си­бирск: СибАК, 2014. С. 44–45.
  8. Лан­дэ Д.В. Фура­шев В.Н. [Lande D.V., Furashev V.N.] О циф­ро­вой иден­ти­фи­ка­ция лич­но­сти. В кн.: Откры­тые инфор­ма­ци­он­ные и ком­пью­тер­ные инте­гри­ро­ван­ные тех­но­ло­гии. Харь­ков: НАКУ, 2007. Вып. 34, с. 127–135.
  9. Кузь­мин Е.И., Пар­ша­ко­ва А.В. (Сост.). Медиа- и инфор­ма­ци­он­ная гра­мот­ность в обще­ствах зна­ния. М.: МЦБС, 2013.
  10. Пал­фри Дж., Гас­сет У. [Palfrey J., Gasset U.] Дети циф­ро­вой эпо­хи. М.: ЭКСМО, 2011.
  11. Сол­да­то­ва Г.У., Нестик Т.А., Рас­ска­зо­ва Е.И., Зото­ва Е.Ю. (Ред.). Циф­ро­вая ком­пе­тент­ность под­рост­ков и роди­те­лей. Резуль­та­ты все­рос­сий­ско­го иссле­до­ва­ния. М.: Фонд раз­ви­тия Интер­нет, 2013.
  12. Чер­няк Л. Сер­ви­сы, иден­тич­ность и стан­дар­ты, 2006. 
  13. Шней­дер Л.Б. Лич­ност­ная, ген­дер­ная и про­фес­си­о­наль­ная иден­тич­ность: тео­рия и мето­ды диа­гно­сти­ки. М.: МПСИ, 2007.
  14. Шней­дер Л.Б. Иден­тич­ность и граж­дан­ствен­ность в муль­ти­на­ци­о­наль­ном про­стран­стве соци­аль­но­го бытия и про­фес­си­о­на­ли­за­ции. В кн.: Обра­зо­ва­ние как досто­я­ние лич­но­сти: акту­аль­ные про­бле­мы и пути их реше­ния. М.: МПСУ, 2015. С. 77–85.
  15. Шней­дер Л.Б. К соот­но­ше­нию поня­тий: про­фес­си­о­наль­ная иден­тич­ность, хариз­ма, карье­ра и сла­ва. В кн.: Помо­га­ю­щее пове­де­ние: цен­но­сти, смыс­лы, моде­ли. Кол­лек­тив­ная моно­гра­фия. Калу­га: Эйдос, 2016. С. 72–85.
  16. Шней­дер Л.Б., Хру­ста­ле­ва В.В. Ассо­ци­а­тив­ный тест как осно­ва кон­стру­и­ро­ва­ния мето­ди­ки изу­че­ния соци­аль­ной иден­тич­но­сти. Вест­ник РМАТ, 2014, No. 3, 83–96.
  17. Щепи­ли­на Е.А. Ком­пью­тер­ная и интер­нет-зави­си­мость. М.: Ок, 2010.
Источ­ник: Пси­хо­ло­ги­че­ские иссле­до­ва­ния. 2017. Т. 10, № 52. С. 7. 

Об авторах

  • Лидия Берн­гар­дов­на Шней­дер — док­тор пси­хо­ло­ги­че­ских наук, про­фес­сор, заве­ду­ю­щая кафед­рой педа­го­ги­че­ской пси­хо­ло­гии и мето­ди­ки пре­по­да­ва­ния, Мос­ков­ский пси­хо­ло­го-соци­аль­ный уни­вер­си­тет, Москва, Россия.
  • Вале­рий Васи­лье­вич Сыма­нюк —  маги­странт, Мос­ков­ский пси­хо­ло­го-соци­аль­ный уни­вер­си­тет, Москва, Россия.

Смот­ри­те также:

Категории

Метки

Публикации

ОБЩЕНИЕ

CYBERPSY — первое место, куда вы отправляетесь за информацией о киберпсихологии. Подписывайтесь и читайте нас в социальных сетях.

vkpinterest